Экономика

Команда "Сидеть!"

Гуманизация уголовного процесса, обещанная авторами нового Уголовно-процессуального кодекса, сработала лишь наполовину. УПК кардинально изменил подход

Гуманизация уголовного процесса, обещанная авторами нового Уголовно-процессуального кодекса, сработала лишь наполовину. УПК кардинально изменил подходы к избранию меры пресечения подозреваемых: формально заключение под стражу должно применяться лишь в исключительных случаях. Например, когда подследственный обвиняется в насилии или убийстве. Причем посадка в СИЗО, согласно новым правилам, возможна только на год. Однако за решетку по-прежнему продолжают попадать тысячи граждан, среди которых немало предпринимателей и бизнесменов, подозреваемых в совершении экономических преступлений. И вопрос, как сохранит свободу, не лишившись при этом бизнеса, все еще остается актуальным.

Выходят не все

По данным Центра политико-правовых реформ, сейчас "население" следственных изоляторов почти на 46% меньше, чем годом ранее. Разгрузке СИЗО поспособствовали два документа. В январе прошлого года вступили в силу законодательные правки, призванные гуманизировать ответственность за правонарушения в сфере хозяйственной деятельности.

По большинству экономических статей тюремное заключение заменено штрафами. В частности, возможность откупиться была предоставлена обвиняемым в контрабанде товаров (за исключением незаконного ввоза культурных ценностей, оружия, боеприпасов, радиоактивных, взрывчатых, отравляющих и сильнодействующих веществ), финансовом мошенничестве, манипуляциях на фондовом рынке, умышленном банкротстве, уклонении от возврата валютной выручки, занятии запрещенными видами деятельности, уклонении от уплаты налогов и пр.

Одновременно были смягчены и меры пресечения к подозреваемым, которые проходят по экономическим делам. Раньше следователи пачками отправляли бизнесменов в следственные изоляторы, где те могли находиться по нескольку лет. Теперь у подследственных появилась альтернатива — внесение залога.

"Только с января 2012 года (с момента принятия закона о декриминализации) до ноября 2012 года (принятия нового УПК) количество преступников, содержавшихся в следственных изоляторах, сократилось на 5 тыс. человек", — рассказал "ДС" эксперт Центра политико-правовых реформ Александр Банчук.

Дела пошли еще живее с принятием нового Уголовно-процессуального кодекса. Его вступление в силу позволило вносить залоги не только экономическим преступникам, но и другим подозреваемым в совершении нетяжких преступлений.

Крайняя мера стала применяться исключительно для случаев, когда наказание предусматривает тюремное заключение на срок более трех лет (например, за насилие или убийство). В этот период вышли на свободу и "сидельцы" по хозяйственным статьям. Сумма залоговых средств, которые поступили с момента принятия нового кодекса на счета Госказначейства, превысила 170 млн грн.

"По многим уголовным делам, которые были возбуждены на момент вступления в силу нового УПК, мера пресечения изменялась. Адвокаты и сами подозреваемые, подсудимые активно подавали ходатайства об изменении меры пресечения в виде заключения под стражу на залог. В большинстве случаев ходатайства были удовлетворены судами", — отмечает директор ЮК "Прайм" Татьяна Кузьмич.

Между тем многие остались ждать суда под стражей. Во-первых, те, кто не сумел наскрести денег на залог (по слухам, для тех, кого суды по тем или иным причинам не хотели выпускать, его размер был специально завышен). Во-вторых, обвиняемые в тяжких преступлениях.

"Замена меры пресечения в виде содержания под стражей на более мягкую возможна, только если инкриминированное деяние предусматривает наказание в виде штрафа, не превышающего 3 тыс. необлагаемых налогом минимумов доходов граждан (равен 50% размера месячного прожиточного минимума для трудоспособного лица, установленного на 1 января отчетного налогового года — сейчас 1,72 млн грн.). — Ред.)", — объясняет юрист "Морис Груп" Наталья Тужеляк.

Мания преследования

Если перспектива загреметь в СИЗО с принятием нового Уголовно-процессуального кодекса стала менее актуальной, то попасть под уголовное преследование теперь, наоборот, проще простого.

Одна из ключевых новаций документа — полная и окончательная ликвидация самой процедуры возбуждения уголовного дела (ранее оно могло быть возбуждено либо по инициативе прокурора или следователя на основании имеющейся у них информации о совершенном или готовящемся преступлении, либо на основании заявления гражданина).

Заявления о возможном преступлении сейчас принимаются в любом случае и тут же вносятся в Единый реестр уголовных материалов (именно этим и поясняется существенный рост числа расследуемых дел). С этого момента жалобщик получает статус потерпевшего, а правоохранители — карт-бланш на начало следственных действий, включая оперативно-разыскные мероприятия, обыски, прослушивание телефонных разговоров и наружное наблюдение.

Причем упомянутые мероприятия смогут проводить не только специализированные подразделения правоохранительных органов, как сегодня, но и любой следователь. Следственные органы могут ходатайствовать о применении к подозреваемому мер пресечения.

Ни обжаловать возбуждение дела, ни остановить следственные действия подозреваемый не может.

"На одного следователя в органах МВД приходится в среднем по 500 уголовных дел. Ни о каком качестве расследования в этой ситуации и речи быть не может. Легкость регистрации заявления в ЕРДР привела к резкому росту и заказных дел, инициированных недобросовестными конкурентами. Работа силовиков строится по принципу: сначала выполнять задачи по "заказникам", проплаченным делам. Остальные заявления ждут отписки", — рассказывает Татьяна Кузьмич.

Часто предприниматели попадают под пресс закона стараниями самих контролирующих органов. Настойчивые проверки фискалов, правоохранителей и т. д. выливаются если не в серьезные санкции, то в значительные расходы.

"Только за прошлый год у нас было семь инспекций. Проверяли все — от регулятора до прокуратуры, причем не по одному разу. Нам просто целенаправленно не давали работать. Пришлось "решать" вопросы, договариваясь с ревизорами", — сообщила "ДС" председатель правления одной из компаний, работающих на финансовом рынке.

Срочно раздобыть наличные большинство бизнесменов могут только одним способом — выведя средства из оборота, сделав обнал. Об этом прекрасно знают и контролеры. Донимая предприятие проверками, они сами подводят предпринимателей к такому решению и получают возможность привлекать их к ответственности уже за реальное преступление.

К тому же у государства по-прежнему остается универсальный способ давления на бизнес — статья 212 УПК Украины "Уклонение от уплаты налогов, сборов (обязательных платежей)".

"В делах об уклонении от уплаты налогов уголовное производство начинается автоматически после передачи акта налоговой проверки вместе с уведомлением-решением в налоговую милицию", — поясняет Наталья Тужеляк. Причем, согласно решению Верховного суда Украины, для инициирования уголовного дела по данной статье нет необходимости даже дожидаться возникновения налогового долга, как его трактует Налоговый кодекс.

"Это вылилось в настоящую вакханалию представителей органов досудебного следствия. Без предъявления обвинения, но на основании лишь зарегистрированного уголовного производства они изымают на предприятиях документы, блокируя их деятельность. По данным Генпрокуратуры, уголовные дела по статье 212 УПК заканчиваются обвинительным актом только по 7% производств в месяц, ходатайством об освобождении от уголовной ответственности — около 10%. Остальные находятся в процессе сбора доказательств, то есть в стадии давления на бизнес", — констатирует юрист ЮФ "Василь Кисиль и Партнеры" Вячеслав Песков.

Правоохранители проявляют все большую изобретательность, привлекая предпринимателей и по другим статьям УПК.

По словам юристов, в последнее время дела часто открываются по обвинению в незаконном использовании знака для товаров и услуг, фирменных наименований (ст. 229 УПК Украины).

"Схема довольно простая: создается компания, которая подписывает договоры с правообладателями торговых марок о защите их прав на территории Украины. После этого милиция совместно с ее представителями проводит контрольную закупку на любом предприятии, которое торгует товаром под известными брэндами. Представители компании пишут заявление в милицию о нарушении статьи 229 УК Украины, и правоохранители возбуждают уголовное дело. После этого предприниматель дает взятку, представитель компании забирает заявление, дело закрывают. В противном случае предприятие подпадает под значительные штрафные санкции", — рассказывает адвокат, партнер ЮК TIC Денис Писанный.

Бес суда и следствия

20 ноября исполнится ровно год с момента вступления в силу нового Уголовно-процессуального кодекса. Его принимали для того, чтобы оставить в прошлом позорные особенности отечественного правосудия: процессуальное неравенство сторон обвинения и защиты, длящиеся годами расследования, во время которых сам попавший в жернова несовершенной системы следствия томится в СИЗО, и, конечно же, антигуманные методы сбора доказательств.

"Следственные изоляторы с принятием нового УПК разгрузятся серьезно — на десятки процентов. Многие лица, доставленные в суд для избрания меры пресечения, не будут арестованы", — утверждал руководитель группы по разработке Уголовно-процессуального кодекса, советник Президента Андрей Портнов накануне вступления в силу этого документа.

Подозреваемых, вынужденных дожидаться приговора суда за решеткой, действительно стало меньше. Однако камеры предварительного заключения отнюдь не пустуют. По данным Центра политико-правовых реформ, на 1 октября 2013 г. в СИЗО находились 17,25 тыс. человек (против 32 тыс. на 1 декабря минувшего года — даты вступления в силу нового УПК).

Ежемесячное количество ходатайств о взятии под стражу в этом году составило 1,4 тыс. против 2,5 тыс. в 2012 г. По оценкам юристов, не менее четверти из них инициируются в отношении подследственных, которые проходят по хозяйственным делам. Часть таких прошений без проблем удовлетворяется, несмотря на то что нахождение на свободе предпринимателя, попавшего в поле зрения следователей, не угрожает безопасности окружающих, а само преступление не относится к категории тяжких.

Непреложное правило: "захотят посадить – посадят", действует по сей день, несмотря на европеизированные правила ведения следствия и проведенную властью декриминализацию хозяйственных преступлений. Главное в этом вопросе — заинтересованность представителей следствия в "посадке" конкретного человека.

"Мотивировать" следствие могут конкуренты, политические или бизнесовые. Ведь отправка на нары зачастую становится самым убедительным аргументом и в переговорах о продаже бизнеса, и в неформальной просьбе пересмотреть свои политические убеждения.

Цена свободы

Новый УПК не помог стать судьям гуманнее, зато серьезно усложнил судебные процедуры. В рамках этого документа следователи лишились возможности самостоятельно инициировать перед судом взятие под стражу подозреваемых.

"Теперь такие полномочия имеют только прокуроры. Следователи обязаны согласовывать у них ходатайства, но они утверждаются далеко не всегда. Поэтому альтернативные меры сейчас применяются чаще. Каждый месяц порядка 40 человек используют личное поручительство, до 250 человек — домашний арест, около 2100 человек — личное обязательство", — констатирует адвокат Investment Service Ukraine Виталий Дорохин.

Но даже притом что содержание под стражей теперь формально является крайней мерой, бизнесмены все же нередко оказываются в СИЗО. Особенно если такую меру для них заказали конкуренты. Чтобы упечь кого-то за решетку, судье нужно всего лишь доказать, что, оставаясь на воле, подследственный может продолжать свою преступную деятельность либо будет активно препятствовать ведению следствия.

Простой пример: ходатайство о направлении директора компании в следственный изолятор может быть подано на том основании, что, пребывая на свободе, он будет иметь доступ к ее хозяйственной деятельности, а значит — сможет уничтожить документы, давить на своих подчиненных и т. д.

Конечно, даже в таком случае предпринимателю обязаны предложить купить свободу, внеся залог. По рядовым делам его размер в среднем составляет от 5,1 тыс. до 17 тыс. грн. за мелкие и средние преступления, 76,5–289 тыс. грн. и более — за тяжелые (но не меньше размера гражданского иска или имущественного ущерба, нанесенного преступлением).

Но, чтобы надавить на неугодного бизнесмена, суд легко может превысить этот потолок, назначив заоблачную сумму. Были прецеденты, когда суммы залогов, назначенных обвиняемым в экономических преступлениях, достигали 5–6 млн грн. и более. Если предприниматели не могут внести залог, они легко оказываются за решеткой.

Заключение под стражу также применяется к подследственным, успевшим нарушить ранее назначенные меры пресечения (к примеру, подписку о невыезде, домашний арест и т. д.). Чтобы гарантированно посадить бизнесмена в СИЗО, судья может "подшить" к его делу дополнительное обвинение — например, отмывание средств, полученных преступным путем (ст. 209 УПК).

"Возможность заказать неугодного предпринимателя есть всегда. В этом смысле показателен пример с владельцем РД Банка Русланом Демчаком. Он был взят под стражу по обвинению в отмывании денег еще до вступления в силу нового Уголовно-процессуального кодекса — в сентябре 2012 г., но был выпущен только в конце февраля 2013 г. Бизнесмен вышел на волю, лишившись политических амбиций (Демчак баллотировался в народные депутаты Украины по одномандатному округу №18 в Винницкой обл. — Ред.) и значительной части своих бизнес-активов. Развитие ситуации по такому сценарию вполне реально и сейчас, в рамках нового УПК", — отметил в разговоре с "ДС" один из юристов.

Исполнение приговора

По данным судебной администрации, в 2012 г. вступили в силу 5017 приговоров в отношении лиц, обвиняемых по статьям 199–235 УПК (преступления в сфере хозяйственной деятельности). Из них были осуждены 3766 человек, 1231 дело закрыто. Статистика 2013 г. выглядит однозначно лучше: за шесть месяцев суды успели вынести 1125 вердиктов: 274 дела были прекращены, 842 человека понесли наказание.

При этом 49 человек были приговорены к лишению свободы на срок от одного до пяти лет (в 2012 г. в места не столь отдаленные отправились 153 бизнесмена, обвиняемых в экономических преступлениях). Больше половины из них сели за изготовление и сбыт фальшивых денежных знаков и государственных ценных бумаг (ч. 2 ст. 199), а также подакцизных товаров (ч. 3 ст. 204). Еще около 20% предпринимателей лишились свободы за преступления, связанные с легализацией доходов, полученных преступным путем.

Остальные, пытаясь избежать наказания, активно трудились над пополнением казны. По данным Миндоходов и сборов, по направленным в суд в 2012 г. делам, связанным со статьей 212 УПК (уклонение от уплаты налогов), были возмещены убытки на сумму 622,43 млн грн. Нынешний год оказался еще более "урожайным": только за девять месяцев преступники перечислили Госказначейству 689,63 млн грн.