Экономика

Реестр золотых унитазов

В доль Оболонской набережной в столице выстроились аккуратные особняки из кирпича. От набережной их отделяет пологий откос, вымощенный бетонными плита

Граждане ринулись в частные дома власть имущих. Это может остановить и без того непростой процесс открытия информации о собственниках недвижимого имущества.

В доль Оболонской набережной в столице выстроились аккуратные особняки из кирпича. От набережной их отделяет пологий откос, вымощенный бетонными плитами, низкий металлический заборчик и кирпичный забор. Окно одного из особняков закрыто полиэтиленовой пленкой. Этот дом принадлежит дочери Сергея Кивалова, а окно было разбито в конце февраля, когда через него внутрь дома проникли неизвестные.

По сообщениям некоторых СМИ, это были активисты Евромайдана, намеревавшиеся сделать фотоснимки и видеозаписи внутреннего интерьера, чтобы показать всем, в какой роскоши живет семья политика. Правдивость этой версии еще предстоит выяснить следствию, но подобные визиты в частные домовладения заставили насторожиться многих.

В постреволюционной обстановке постулат о неприкосновенности частной собственности оказался погребен под желанием отдельных граждан отыскать доказательства незаконных доходов элиты, недавно находившейся у власти. Это не могло не навредить идее полного открытия Госреестра вещных прав на недвижимое имущество, к реализации которой политики попытались приступить в конце прошлого года. Ее идеологи в парламентских кругах теперь придерживаются иного мнения — открывать Реестр рано.

Дескать, информация о недвижимости богатых людей, попав в открытый доступ, спровоцирует новые визиты журналистов, активистов и прочих заинтересованных лиц в имения власть имущих. И нет никаких гарантий, что мародерства удастся избежать.

Но даже это не означает, что идею открытия информации о собственниках недвижимости следует похоронить. "ВД" попыталась разобраться, как грамотно открыть соответствующий реестр.

Что открывать и для кого?

Какие именно данные должны быть открыты и для кого — вопросы, которые предстоит решить в первую очередь. Реестры недвижимости разных стран отличаются по организации и степени открытости данных. В США, например, любой желающий может найти все документы, касающиеся недвижимости, по фамилии собственника.

Благодаря открытости американского реестра, в прошлом году российские журналисты и общественные антикоррупционные организации активно искали в Америке недвижимость российских олигархов. В некоторых европейских странах также придерживаются максимальной открытости — достаточно ввести адрес объекта, и система бесплатно покажет на экране монитора информацию о собственнике имущества и цепочке транзакций, ведущей к существующему собственнику.

Впрочем, в ряде стран ЕС доступ к данным ограничен — их можно получить только по письменному согласию владельца.

"Принято считать, что реестры в Европе являются публичными, но в то же время объем информации, которую можно получить из реестра в свободном доступе, отличается в зависимости от страны, — говорит Юлия Курило, партнер Адвокатского объединения "СК ГРУП". — Как правило, содержание реестров недвижимости условно разделяется на пространственные (кадастровые и топографические карты) и текстовые данные. Доступ к пространственным данным анонимен и свободен, т. е. предоставляется без паролей или логинов. Доступ к текстовым данным, которые содержат персональные данные, как правило, идентифицируется и мотивируется".

Больше возможностей доступа к данным реестров в ЕС — у представителей профессиональных кругов, например сотрудников банковских учреждений.

В настоящее время получить доступ к информации о владельце дома или квартиры в отечественном Реестре прав на недвижимое имущество могут банки, нотариусы и исполнительные службы. Достаточно иметь электронную подпись. Узнать статус своего заявления о регистрации права на недвижимость могут ее владельцы — для этого нужно ввести номер заявки, а также дату и время ее подачи с точностью до секунды.

Расширить доступ к информации Реестра можно двумя способами: увеличив число категорий пользователей, для которых может быть открыта более полная информация, или открыв ее всем. В первом случае надо решить, какие данные и для каких пользователей стоит открыть и как гарантировать защиту от злоупотреблений.

"Можно было бы открыть такую информацию для агентств недвижимости, а чтобы они не смогли злоупотреблять полученными данными, обязать их проходить сертификацию, предусматривающую возложение ответственности за конфиденциальность данных на руководителя агентства, обеспечение безопасности полученной информации и т. д.", — считает один из экспертов, опрошенных "ВД".

Поскольку одной из основных целей открытия Реестра прав на недвижимость называют борьбу с коррупцией, для широкой аудитории имеет смысл открыть данные о недвижимости тех граждан, которые могут быть вовлечены в коррупционные схемы, — высокопоставленных госслужащих.

"Возможно, при разработке правил об открытости реестров следует сделать различие между обычными людьми и теми, кого называют politically exposed person — чиновников высокого ранга, членов парламента, т. е. тех людей, у которых есть предпосылки к тому, чтобы получать доходы незаконным путем, — считает Сергей Онищенко, партнер фирмы Chad­bourne & Parke LLP. — Но при этом надо подумать о возможности ограничить раскрытие информации только для некоторых категорий публичных людей, которые облечены властью, и вообще подумать, сработает ли открытость реестров против коррупции или нет".

Как забрать данные у БТИ?

Нынешний электронный Реестр вещных прав на недвижимость был создан в начале 2013 года. Но в настоящее время никто не отвечает за системный перенос в него данных БТИ, поэтому большая их часть до сих пор не переведена в электронный вариант.

Это могут (но не обязаны) делать сами владельцы недвижимости, но большинство граждан просто не знают о нововведениях в жилищном законодательстве и создании единой системы регистрации имущественных прав. Те же, кто вынужден обращаться за переносом данных о своем имуществе в Реестр, сталкивается с неофициальными сборами за оперативность обработки запросов.

"У собственника необходимость перенесения информации между реестрами возникает тогда, когда нужно нотариально оформить сделку с недвижимостью — отчуждение, аренда или ипотека. Очевидно, что стороны сделки стремятся ее "закрыть" как можно скорее, и потому у собственников появляется дополнительный стимул получить от БТИ информацию в сжатые сроки. Здесь и появляется "прейскурант" от БТИ: цены варьируются от нескольких десятков до нескольких сотен гривен, в зависимости от срочности обработки запроса, — рассказывает Леонид Антоненко, советник юридической фирмы Sayenko Kharenko. — Опыт первого года работы этой системы показал, что администратор нового Реестра также рассматривал многие поданные на его рассмотрение заявления собственников как источник обогащения своих сотрудников. Неофициальная плата за включение информации об имуществе в новый Реестр могла достигать десятков тысяч долларов, если речь шла о крупных объектах промышленной или коммерческой собственности".

Очевидно, перед тем, как открывать Реестр, следует организовать системный перенос данных — иначе в нем просто нет смысла. С одной стороны, можно было бы обязать собственников подать свои данные в Реестр в течение определенного срока. С другой, по мнению некоторых экспертов, за наполнение нового Реестра информацией должны отвечать комиссии, созданные на совместных началах Минюстом и БТИ.

На них должны быть возложены все технические вопросы передачи дел и документов между собой. Для этого необходимо законодательно обязать БТИ передавать архивы, а Минюст — принимать и обрабатывать дела.

Пока же в Реестр не внесены все данные, какие-либо шаги по его открытию для широкой общественности чреваты махинациями. Имея информацию о том, что права на тот или иной объект недвижимости не зарегистрированы в этом Реестре, преступники могут на основании ложных документов зарегистрировать в нем права на недвижимость за собой и продать ее без ведома владельца.

Первый блин комом

Первой попыткой решить вопрос открытия Реестра стал зарегистрированный в начале октября прошлого года законопроект, подписанный пятью депутатами из разных фракций.

"Обществу нужно было показать, что абсолютно все политические силы консолидировано поддерживают эту идею", — пояснила "ВД" Оксана Калетник, один из авторов законопроекта. Впрочем, после революционных событий поддержка этого документа среди депутатов упала (подробнее — см. блиц-интервью с Оксаной Калетник).

Возможно, это даже к лучшему. Ведь этот законопроект во многом носил декларативный характер и нуждался в доработке. В частности, он не отвечал на вопрос о том, как будет организован комплексный перенос данных из БТИ в Реестр. Другое дело, что разработать грамотную замену этому документу крайне важно.

"Отсутствие инфор­мации порождает больше мошеннических схем, чем открытый Реестр", — считает Ксения Забродская, старший юрист, адвокат юридической фирмы "Лексфор". Открытие информации о собственниках недвижимости ликвидирует коррупционный рынок торговли информацией о правах на недвижимость, уменьшает возможности для рейдерства и позволяет гражданам получать сведения о государственном и коммунальном недвижимом имуществе.

И это, конечно, далеко не полный перечень преимуществ открытого Реестра.

Читайте также: Олеся Клименко: Большая часть правоустанавливающих документов на недвижимость все еще не зарегистрирована в новом Реестре

Оксана Калетник: Глядя на сегодняшнюю ситуацию в стране, я думаю, что полное открытие Реестра будет большой проблемой