Экономика

Сокровища Скоропадского. Что МВФ забыл сказать украинцам

О том, почему в Украине получаются реформы и как с этим жить дальше, исписаны тонны бумаги, интернет забит истерическими призывами, а воз и ныне там

Фото: vkieve.net/"Kailas-V"

Уже после февральской революции 2014 года эксперты перебрали все возможные варианты реформ, макроэкономической стабилизации, поговорили о коррупции, о дефиците политической воли, но как-то, все время оставляя в стороне вопрос о собственности.

Хотя о том, что именно собственность центральный и важнейший вопрос революции было понятно любому политическому деятелю Европы от Наполеона Бонапарта до Владимира Ульянова-Ленина. Современное поколение экономистов об этом, то ли призабыло, то ли никогда и не знало.

Интереснейшие наблюдения по поводу чудесной амнезии, сделаны американским журналистом, пишущим об экономике Томом Бетеллом в книге "Собственность и процветание". Начинает он с забавной истории о том, как еще в 1990 году Всемирный банк собрал ведущих экспертов поговорить о борьбе с бедностью и перспективах трансформации экономики стран социалистического лагеря. Среди собравшихся был собственно и сам Том Бетелл, который наслушавшись размышлений о роли центробанков, значении учетной ставки и макроэкономической стабильности в своем выступлении отметил, что, мол, не все страны могут захотеть вступить на путь рыночной экономики, все-таки, он чреват разнообразными рисками. Но тем, кто решиться, стоит не столько заморачиваться разнообразными макроэкономическими штучками, сколько решить вопрос собственности. Надо четко определиться с целями и задачами и тем, кто решится добиться такого уровня благосостояния как США и Западная Европа, должен принять их правой режим обеспечивающий защиту частной собственности. Если нужны рост производства и модернизация, то суета с рычагами макроэкономической политики - здесь добавить макроэкономических стимулов, там немножко повысить денежные ограничения - не поможет.

Дальше шаг за шагом Бетелл на примерах показывает, как в тех странах, где частная собственность была защищена, а возможности государства вмешиваться в экономическую деятельность были ограничены законом, в том числе конституцией, начинался экономический рост. У людей появлялся стимул работать, сберегать, инвестировать, вкладываться, в том числе в рискованные предприятия, не только вроде заокеанской торговли и освоения дальних земель, но и в производство паровых станков, прялок и прочих двигателей. Не без доли иронии, Бетелл пишет, что частная собственность естественным образом стимулирует каждого человека заниматься своим делом, а не сбиваться в шайки в надежде успешно пошарить по чужим амбарам.

Бетелл убежден, что именно ограничение власти государства, отличительная черта Европы и особенно США, по сравнению со всем остальным миром. За счет ликвидации произвола властей сначала Европа, а затем и США (как заокеанское продолжение европейской цивилизации) ушли в отрыв от мусульманских стран и Китая, богатея и создавая новые технологии и способы приложения капитала.

Идеи Бетелла, насчет ключевого влияния правой системы и гарантий собственности не столько новые, сколько хорошо забытые старые и не особо популярные в наше время. Еще в 1848 году английский экономист Джон Стюарт Милль писал, что всевластие чиновников парализует всякую хозяйственную деятельность. И это куда хуже бандитских грабежей. От грабителей можно откупиться или вступить с ними в борьбу, а чиновники способны довести до разорения кого угодно. Особенно если они неподкупны и решительны в искоренении порчи.

Идеи Тома Бетелла перекликаются с размышлениями перуанского экономиста Эрнандо Де Сото, который также увязывает проблемы экономического развития стран Третьего мира, в первую очередь с незащищенностью частной собственности перед лицом всесильного и склонного к постоянным экспериментам чиновничества.

Родные овраги

В Украине тема защиты частной собственности и ограничения власти чиновничества, мягко говоря, не принадлежат к числу важных и популярных. Скорее наоборот. Украинские интеллектуалы, как правило, вынашивают планы особой роли государства в построении счастливого и богатого общества. Реализовать такие планы еще ни разу в полном объеме не получалось, но тем не менее, они живучи.
Два года назад, сразу после революции, бывший российский капиталист и грузинский реформатор Каха Бендукидзе пытался убедить украинцев, что главная задача реформ - это максимально ограничить государство в экономике, защитить частную собственность и лишить правоохранителей возможности по собственному желанию вмешиваться в хозяйственную деятельность. Но, несмотря на большую популярность Бендукидзе среди реформаторской элиты, в Украине, идеи органичения влияния государства на экономику, популярностью не пользуются, скорее наоборот. Все надежды украинцы связывают именно с усилением государственного вмешательства, причет в самых разнообразных формах, начиная от благой идеи тотальной борьбы с коррупцией до народных планов раскулачивания олигархов.

Заморские эксперты, в том числе и представители МВФ не особо разубеждают украинцев. Рекомендуя при этом, навести порядок с бюджетной дисциплиной, сбалансировать бюджет и таргетировать инфляцию.

Тайна клада

Проблемами частной собственности, экономисты МВФ особо украинцев не напрягают. А в том случае, когда речь заходит о продаже сельхозземли, что МВФ как раз рекомендует, срабатывает колхозная идея священной всеобщности народного добра, поэтому, согласиться на такой кощунственный акт украинцам никак нельзя.
Печально об этом говорить, но пока украинцы не поймут того, что было ясно как божий день еще в начале XIX века, а именно, что правовая система, ограничивающая произвол государства и защита частной собственности и есть та причина, из-за которой Запад опередил в развитии близких и дальних соседей, то успехов в реформировании нам не видать, как своих ушей. Хоть под чутким руководством МВФ, хоть без него. Можно еще лет 250 реформироваться, бороться коррупцией и делить неправильно разделенную собственность, при этом каждый раз удивляться, почему же ничего не получается?

Пока так сложилось, что последним поборником прав частной собственности в Украине был едва ли не гетман Павел Скоропадский, без малого 100 лет назад, остальная политическая братия начиная от патриотов и националистов и до крайних коммунистов, требовала национализации, контроля и регулирования под самыми экзотическими лозунгами. От борьбы с расхитителями социалистической собственности и до агитации за запрет оффшоров. Отказываться от такого увлекательного занятия никто не собирается. По крайней мере, в среднесрочной перспективе, это значит, что жить придется скромно, строго выполняя предписания эскулапов из МВФ и совершенно искренне не понимая - почему же ничего не получается?