Экономика

Вот эти — не наши!

В 1970-е годы в Киеве крайне редко на улице встречались иностранцы. Да и откуда им взяться?

В 1970-е годы в Киеве крайне редко на улице встречались иностранцы. Да и откуда им взяться? Посольства в столице УССР отсутствовали — они находились в Москве.

В городе имелись только консульства социалистических стран. Планировали, правда, открыть и консульство США, но в силу разных причин оно так и не появилось.

Офисов иностранных компаний или совместных предприятий в тогдашнем Киеве также не было.

О том, как выглядят иностранные журналисты, обычные киевляне не имели представления. Привычные ныне культурные центры разных стран? О таком в городе и не слыхивали.

Соответственно, носителей языков не сыщешь днем с огнем. Максимум, на что могли рассчитывать люди, желающие в совершенстве овладеть английским или французским, это интеллигентные киевские старушки, которые в далекой дореволюционной юности учились в какой-нибудь Сорбонне.

Они могли "поставить" безупречное произношение и к ним на частные уроки записывались в очередь. Но таких были единицы.

Вообще, стремление выучить иностранный язык — особенно с акцентом на разговорные навыки — выглядело в те времена крайне подозрительно.

Потому что кадровых дипломатов и профессиональных Штирлицев государство само обучало "где надо". Частная же инициатива гражданина, вкладывающего в иностранный язык деньги и время, воспринималась как сигнал, что человек планирует эмигрировать. Либо, оставаясь в СССР, готовится контактировать с иностранцами, то есть "сдавать государственные секреты". То

и другое трактовалось однозначно — измена родине. Поэтому многих частных репетиторов и их клиентов отслеживал КГБ. Для репетиторов это, как правило, не имело последствий, зато у потенциальных "изменников" начинались проблемы с карьерой.

Если и встречались в Киеве иностранцы, то преимущественно туристы. В программу многих зарубежных групп, помимо знакомства с Москвой и Ленинградом, включали также пребывание в Киеве. Свой вклад в языковое разнообразие города также вносили студенты, приезжавшие к нам на учебу из десятков разных стран.

Люди с другой планеты

Зарубежные туристы прибывали в Киев организованными группами по путевкам "Интуриста". Их размещали в гостиницах повышенного комфорта — "Ин-турист", "Либідь", "Дніпро", "Москва". После олимпийских игр — "Русь".

В те времена иностранцы воспринимались как люди с другой планеты. Можно было безошибочно определить: вот эти — не наши. Во-первых, отличаются внешне — независимая походка, уверенный взгляд, совсем другие одежда-обувь-очки.

Во-вторых, наличие жвачки во рту (в те времена "резинку" в СССР не производили и в магазинах не продавали). В-третьих, возраст: в большинстве своем это были леди и джентльмены весьма преклонного возраста.

Причем в непривычных для советских пенсионеров шортах, с ярко окрашенными волосами, каким-то молодежным мейк-апом, а на пестрой майке обычно красовалась дюжина значков с коммунистической символикой.

Иностранные туристы приезжали в Киев, как правило, на два-три дня. Программа пребывания была насыщенной, не оставляя гостям свободного времени на самостоятельные прогулки по городу и общение с его жителями.

Утром и днем — сплошные экскурсии ("Киево-Печерский государственный историко-культурный заповедник", Государственный архитектурно-исторический запо-ведник "Софийский музей", Золотые ворота, памятник Неизвестному солдату, музей Русского искусства, ВДНХ, Музей народной архитектуры и быта УССР в Пирогово).

Вечером — Оперный театр, на сцене которого блистали звезды мировой величины Евгения Мирошниченко и Анатолий Соловьяненко. Второй киевский вечер посвящался "русскому" ужину в гостиничном ресторане с дефицитной икоркой и блинами под водочку "Столичная". А третий вечер — отъезд в очередной город.

Экскурсии не просто знакомили гостей с Киевом. Специально подготовленные гиды исподволь подводили иностранцев к мысли о могуществе советской экономики и преимуществах социализма.

Первое демонстрировалось с помощью "ретроспективного сравнения" — успехи Советского Союза и скромные показатели "царского" 1913 го-да. Второе достигалось сопоставлением чего-то бесплатного из социальной сферы СССР (например, профсоюзная путевка в Крым) с таким же, но платным в США.

Гидов готовили и на случай "провокационных вопросов иностранцев". В "Интуристе" даже создали картотеку с рекомендованными ответами на типичные острые вопросы. Так, на предложение кого-то из экскурсантов: "А не хотите ли вы приехать к нам в гости?" следовало отвечать: "У нас такая огромная, прекрасная страна! Целой жизни не хватит, чтобы посмотреть хотя бы часть. Может и не хватить времени на заграницу…"

После ввода в 1979 году советских войск в Афганистан гидам велели реагировать на соответствующие выпады гостей так: "Когда в СССР была гражданская война, нам никто не помог. Хотя мы ждали этой помощи и были бы благодарны. И вот, помня о нашем тяжелом времени, мы считаем своим долгом помочь афганским братьям".

Кроме того, гиды аккуратно "вешали лапшу" иностранным туристам. В текстах, которые они в обязательном порядке заучивали наизусть, содержались нереальные сведения о зарплатах рабочих и инженеров, продуктах питания и ценах в магазинах, условиях жизни советских людей — рассказывали, например, о десятках квадратных метров жилья на душу населения. Чего, разумеется, в реальной жизни и близко не было.

Декан и проректор

Иностранные студенты появились в киевских вузах еще в 1950-е гг. Это были граждане соцстран (болгары, поляки, чехи, венгры, восточные нем-цы), а также китайцы, вьетнамцы, корейцы. В 1960-е к ним прибавились граждане дружественных стран Африки, Латинской Америки, арабского Востока. Считалось, что Советский Союз оказывает этим государствам "интернациональную помощь".

В университете им. Т. Шевченко, медицинском институте, консерватории, сельскохозяйственной академии и других киевских вузах (включая, кстати, и военные училища) открылись подготовительные факультеты, на которых иностранные студенты, прежде чем стать первокурсниками, осваивали русский язык.

Поэтому преподаватели, читавшие обычным студентам лекции на украинском языке (а таких было не-мало), входя в аудиторию к иностранцам, были обязаны переходить на русский.

Кроме того, в структуре учебных заведений появились деканаты по работе с иностранными студентами. Были введены должности декана и проректора по работе с иностранными студентами.

Советские студенты имели определенный бонус, если на их факультете учились иностранцы. Во-первых, можно было узнать немало интересного о жизни людей в другой стране — в эпоху "железного занавеса" это играло роль форточки в душной комнате. А во-вторых, на каникулы иностранцы отправлялись домой.

Возвращаясь в Киев, везли на продажу джинсы. Сбывали их однокурсникам по 80 руб. за пару. Наиболее предприимчивые покупатели брали сразу 5-6 пар и потом выгодно перепродавали.

"Связь с иностранцем"

Многие советские граждане втайне мечтали выйти замуж за иностранца или жениться на иностранке. Поговаривали, будто у Владимира Высоцкого жена-француженка.

И у чемпиона мира по шахматам Бориса Спасского — тоже. Сплетничали об этом без осуждения, скорее с завистью.

Однако на самом деле заключить брак с гражданином другого государства было сложно. Потому что "связь с иностранцем" власть расценивала как предательство. Конечно, уже давно не действовал сталинский указ, запрещавший подобные браки.

Но в реальной жизни мало что изменилось. Например, в начале 1960-х гг. за отношения с иностранцем или иностранкой увольняли с работы и препятствовали новому трудоустройству. Вынужденных "тунеядцев", бывало, высылали в отдаленные районы страны.

В 1969 году в семейный кодекс внесли поправки — советские граждане получили разрешение создавать семью с иностранцем.

Правда, от желающих вступить в "международный" брак требовали предоставить такие документы и в таком количестве, что собрать их было практически невозможно.

К тому же оформить супружеские отношения можно было только в крупных городах СССР, включая Киев, причем в строго определенных ЗАГСах.

Тех, кому все же удавалось "расписаться" с иностранцем, государство подвергало многочисленным унижениям. Например, артистка Киевской киностудии им. Довженко Галина Логинова познакомилась в ресторане гостиницы "Лыбидь" с югославским врачом Боги Йо-вовичем.

Вспыхнул бурный роман. Актрису пригласили в "первый отдел", где товарищ в штатском уговаривал ее прекратить связь с иностранцем.

А напоследок сказал: "Государство потратило на тебя столько денег, найди себе русского парня!" Галина не отступила.

В ответ на студийных собраниях начали осуждать ее "антиобщественное" поведение и прекратили снимать в кино.

Вскоре после того, как Боги и Галина официально стали супругами, власти выдавили юго-слава из страны и не давали ему въездную визу. И даже когда в Киеве опасно заболела менингитом их 11-месячная дочь, ему не позволили прилететь к семье… Все закончилось эмиграцией в США, где дочь Боги и Галины Мила Йовович стала голливуд-ской звездой.

Аналогично вело себя советское государство и по отношению к известной телеведущей Ангелине Вовк, без которой в 1970-е не обходился ни один новогодний "Голубой огонек", ни одна "Песня года". Женщина полюбила чешского художника и собралась за него замуж.

Власти, будучи не в силах воспрепят-ствовать браку известной теледивы, заставили супругов жить порознь: она — в Москве, он — в Праге. "Я могла к нему поехать лишь раз в год, в лучшем случае — два раза в год, — вспоминала о своей семейной жизни Ангелина Вовк. — И каждый раз на меня косо смотрели в загранкадрах, когда оформляли меня на поездку". Ну а поскольку телевидение считалось идеологическим фронтом, ведущую начали вытеснять из эфира.

И вскоре вообще отказались от ее услуг… В итоге власти добились своего — Вовк, не выдержав прессинга, развелась.

В качестве поощрения была возвращена на "голубой экран". Но женское ее счастье было безвозвратно разрушено.