Для тех,
кто не делает
поспешных выводов

Игра Парижа. Каких сюрпризов ждать Украине от Франции Макрона

Среда, 27 Июня 2018, 09:00
Традиционно сентиментальное отношение к России не мешает нынешней Франции поддерживать Украину. Хоть и в специфической манере

Фото: EPA/UPG

Преемственность между президентствами социалиста Франсуа Олланда и либерального центриста Эммануэля Макрона сегодня уже вполне очевидна. Но поскольку внешнеполитическое послание Парижа миру, кроме как в параграфах сохранения системы свободной торговли, солидарности Запада и федералистской реформы ЕС, остается туманным, ныне представляется более актуальным сконцентрироваться на двусторонних украинско-французских отношениях.

В годы, предшествовавшие Революции достоинства и российской агрессии, едва ли не самым причудливым из звеньев, связывавших украинский и французский политикум, оказался ливийский диктатор Муаммар Каддафи. Впоследствии он превратился в настоящую Немезиду для правоцентристского лагеря во Фран­ции, став отправной точкой множества расследований системной политической коррупции 2000-х. Правда, то, что утопило бывшего лидера французского государства, похоже, совершенно не повредило экс-главе украинского правительства.

Еще одно любопытное сходство - своеобразная реакция тогдашнего премьер-министра Тимо­шен­ко на российскую интервенцию в Грузию была вполне в русле "умиротворяющей агрессора" политики тогдашнего лидера Пятой республики Николя Саркози. Правда, справедливости ради, нельзя не отметить: многие были обмануты прошедшей тогда боевое крещение российской информационной машиной. Впрочем, это не относится ни к Тимошенко, ни к Саркози.

И хотя в отличие от нее он окончательно маргинализирован как политик (равно как и его "дружки" вроде экс-премьера Франсуа Фийона или экс-депутата Тьерри Мариани), шлейф отношений укра­инских популистов и французских, мягко говоря, лоббистов, в том числе и российских интересов, увы, протянулся на годы.

Сегодня, тем не менее, конфигурация совпадений интересов и острых углов качественно поменялась. В частности, Украина и Франция превратились в серьезных партнеров в оборонной сфере. Одним прыжком Франция вышла на второе место в рейтинге украинских оборонных поставщиков, пусть и не оружия как такового.

Это выглядит в особенности пикантным на фоне старой и не до конца забытой истории двадцатилетней давности. А именно - о проигранной "Антоновым" (точнее, пожалуй, украинским правительством) конкуренции за производство общеевропейского военного транспортника (теперь все это, разумеется, Airbus, хотя все еще не доведенный до ума). Впрочем, времена были наивные и непуганые. Сегодня эти остывшие угли можно и не ворошить. Как по той причине, что тогда Украина явно была не готова к серьезной лоббистской игре, в которой пришлось бы соперничать с РФ, так и в силу нынешней политической солидарности. Тем более что в 2018 г. в сфере стратегических экономических отношений между Украиной и Францией произошел позитивный перелом.

В конце мая министр внутренних дел Украины Арсен Аваков и госсекретарь министерства экономики и финансов Франции Дельфин Жени-Стефан подписали соглашение о поставке Украине 55 вертолетов Airbus за 551 млн евро

 Эта вертолетная сделка, безусловно, во многом спорна. Вопросы вызывает прежде всего ее экономическая целесообразность: зачем выводить из страны деньги, если их можно влить в украинские предприятия? И потом, Украина - одна из немногих стран мира, освоившая (причем в последние годы) цикл производства вертолетов. Но вместо того чтобы дать толчок к дальнейшему развитию отрасли, ее тормозят. Это не говоря о том, что контракт стал неприятным сюрпризом для нашего ВПК в целом.

В то же время сделка в пику Москве выглядит расширением коридора сотрудничества с западными поставщиками вооружений, открытого с поставкой ПТРК "Джавелин" (и другого американского и канадского оружия, а также турецких радиосистем). Причем если контракт перейдет в практическую плоскость (его еще ждет ратификация ВР), то Киев тем самым диверсифицирует и каналы поставок, не полагаясь лишь на США. Возможно, реализация этого контракта станет еще одним шагом в приближении к эксплуатационным моделям и стандартам НАТО - в особенности в глазах Парижа, сегодня выступающего против дальнейшего расширения НАТО на Восток.

Не стоит забывать, что ранее Франция - еще при предыдущем президенте Франсуа Олланде - более чем существенно помогла Украине. Причем сразу в двух плоскостях. Первой стал "нормандский формат". Несмотря на весьма скептическое к нему отношение украинской общественности впоследствии, тогда, в июне 2014-го, встреча в Шато-де-Бенувиль одновременно продемонстрировала и готовность франко-германского альянса брать на себя ответственность за обеспечение мира в Европе, и его отказ мириться с агрессивной политикой Кремля, как это было во время кавказской войны 2008 г. И хотя следствием попытки "разрулить все по-быстрому" стал напрочь обессмыслившийся со временем минский процесс и попытки навязать Украине всевозможные схемы далеко не почетной капитуляции вроде пресловутого плана Мореля, нельзя не признать, что тогда, в
2014-м, Украина выстояла не в последнюю (хоть и далеко не в первую) очередь благодаря той встрече.

Второй плоскостью было лишение России возможности в ходе боевых действий осуществлять массированные вертолетные атаки с моря или как минимум бравировать обходом военно-промышленных санкций Запада.

Ведь в конце сентября 2015 г. власти Франции окончательно подтвердили решение продать Египту два вертолетоносца класса "Мистраль", построенных по заказу России. Планировалось, что первый корабль поступит на вооружение российского флота в 2014 г., однако Олланд объявил, что в связи с событиями в Украине "Мистрали" не могут быть переданы Москве. Вызвав негодование Кремля, Париж заключил сделку с Каиром. Правда, Франция согласилась вернуть России 950 млн евро, полученных в рамках контракта.
Несмотря на социальное напряжение в судостроительном центре Франции Сен-Назаре и попытки использовать этот вопрос в избирательной кампании, как предыдущее, так и нынешнее правительство Франции, пусть и сохраняя окно для диалога с Москвой, строго придерживается линии на сдерживание России.

Следует отметить, что 18 июня Совет Европейского Союза на год продлил санкции против России за незаконную аннексию Крыма. То есть ключевой институт Союза, где принимаются общеобязательные решения (формально - консенсусом), продолжил ограничительные меры в ответ на незаконную аннексию Крыма и Севас­тополя Россией до 23 июня 2019 г. И без согласия правительства Франции, в которой, подчеркнем, на грани фола действуют группы на корню купленных российским режимом лоббистов Путина, продолжение политики давления на РФ было бы явно невозможным.

Санкции, в частности, включают запреты на импорт в ЕС продуктов из Крыма (кстати, во французском случае это угробило процветавший крымский бизнес по поставкам во Францию лаванды) и Севастополя

Запрещены инвестиции в Крым и Севас­тополь, и это вынудило остановить строительно-парковые проекты с французами одного из главных финансовых диспетчеров российского терроризма, "православного бизнесмена" Константина Мало­феева.

Однако в тот же день президент Франции Эммануэль Макрон в телефонном разговоре с украинским коллегой Петром Поро­шенко призвал к "быстрому применению" мер относительно уста­новления мира на Донбассе. В Елисейском дворце ждут, что все стороны конфликта должны "немедленно" воплотить то, о чем договорились ранее министры иностранных дел "нормандской четверки". Речь идет, в частности, о соблюдении режима прекращения огня, защите гражданской инфраструктуры, а также соблюдении Минских соглашений. Ранее пресс-служба украинского президента сообщала, что собеседники обсудили ситуацию с безопасностью на Донбассе, необходимость внедрения миротворческой миссии ООН на всей его оккупированной территории и другие вопросы вплоть до возможности визита Макрона в Украину.

Но, конечно, этот звонок выглядит как попытка давления на Киев и применение принципа "равенства ответственности" сторон в условиях, когда РФ отказывается признавать себя стороной конфликта по вполне понятным причинам. В силу тупиковости сложившейся в сфере урегулирования конфликта ситуации созвон с Киевом можно считать формальностью, а Франции Макрона, естественно, необходимо продемонстрировать свой собственный курс в глобальной политике, сегодня это модно.

Вместе с тем 11 июня в Берлине проходила встреча глав внешнеполитических ведомств Гер­ма­нии, Франции, Украины и Рос­сии. И хотя она ожидаемо завершилась ничем, формат ее вполне можно называть "3+1". Тем более что на майской "нормандской" встрече глав государств и правительств красноречиво не было представителя России.

Больше новостей о финансах, бизнесе и промышленности читайте в рубрике Экономика