Государство

Алексей Вадатурский о том, кто лоббирует создание зернового пула и почему против него выступают украинские аграрии

Процесс создания Причерноморского зернового комитета между Украиной, Россией и Казахстаном, который на прошлой неделе сдвинулся с мертвой точки, вызва

Процесс создания Причерноморского зернового комитета между Украиной, Россией и Казахстаном, который на прошлой неделе сдвинулся с мертвой точки, вызвал шквал критики со стороны отечественных аграрных холдингов. Их представители заявили, что это может нанести многомиллионные убытки отрасли и поставить ее в прямую зависимость от властей РФ. Почему прогнозы зернотрейдеров настолько пессимистичны, "ДС" рассказал генеральный директор одного из крупнейших в Украине экспортеров зерна — компании "Нибулон" Алексей Вадатурский.

Получит ли Украина выгоду от создания зернового пула с Российской Федерацией и Казахстаном?

А.В. Эта тема не новая, она периодически всплывает, когда цены на мировом рынке становятся менее привлекательными. Тут необходимо понимать философию зернового пула: с какой целью он создается, от кого будет нас защищать. От Соединенных Штатов Америки? Но все страны бывшего СССР не выращивают столько кукурузы, сколько выращивают США, которые экспортируют до 70 млн т этой культуры в год.

Украина, задекларировавшая в нынешнем году рекордные урожаи, произвела 29 млн т кукурузы, ожидаемый объем ее экспорта — на уровне 15 млн т. Три страны, которые собираются объединяться в зерновой пул, работают в зоне Причерноморского рискованного земледелия и, к сожалению, не могут конкурировать с крупнейшими мировыми экспортерами зерна — США, Канадой, Бразилией, Аргентиной, Австралией.

Тогда кто и с какой целью лоббирует сейчас создание зернового пула?

А.В. Как правило, идея зернового пула исходит от Белокаменной. Россия таким образом хочет увеличить свой авторитет, показать, что продовольственный мир может быть зависим от стран, входящих в зерновой пул. Но эти идеи, я думаю, возникают без каких-либо конкретных расчетов реальных последствий зернового пула для аграрного сектора стран, которые хотят в него втянуть.

В Украине портовая инфраструктура куда более развита, чем в России, эффективнее аграрный сектор, выше культура земледелия. У нас преимущество в географическом положении. А теперь нам нужно будет потесниться и жить по законам, которые станут диктовать нам в Москве. Хотя мы все — страны бывшего СССР, но после двадцатилетнего самостоятельного развития у нас сложились фундаментально разные подходы в ценообразовании.

В Украине дорогие энергоносители и химия, меньшие, чем в России, дотации для аграрного сектора. В Казахстане значительные логистические затраты на доставку зерна. Для россиян базовые для себестоимости элементы намного дешевле. Поэтому, если будет устанавливаться единая цена для всех участников зернового пула, россияне окажутся в более выгодном положении.

Глава Российского зернового союза Аркадий Злочевский утверждает, что портовые мощности Украины намного превышают потребности отечественных экспортеров. Поэтому, получив от россиян дополнительные объемы для перевалки, мы сможем сократить свои расходы на логистику.

А.В. Такие заявления как раз показывают, что прежде всего в зерновом пуле заинтересована Россия. Вместо того чтобы создать у себя порты, надлежащую инфраструктуру, чтобы быть более конкурентоспособной, ей проще посмотреть сверху и сказать: "Вот у Украины в этом вопросе все хорошо. Давайте, входите к нам в пул".

Наши порты сегодня обеспечивают экспортный потенциал страны. Но портовое хозяйство еще нужно совершенствовать. Если Украина поставила себе задачу обеспечить валовой сбор зерновых и масличных культур на уровне 80–100 млн т, нам нужно как минимум вдвое увеличить портовые мощности. Иными словами, уже сегодня у нас дефицит портовых мощностей, не говоря о завтрашнем дне.

Вероятно, логика такова, что, объединив усилия и проводя единую ценовую политику, страны зернового пула смогут влиять на стоимость зерна на мировом рынке.

А.В. Так думать — значит, вернуться в прошлое. Будет сидеть в кабинете большой чиновник и говорить производителю: "Знаешь, Иван Петрович, хозяйство такое-то, ты должен продать зерно по такой-то цене. Мы к тебе направим контролирующие органы и проследим, чтобы ты продал зерно по этой цене".

Но есть же цивилизованные способы обеспечения стабильности цен. Мировые поставщики зерна — США, Австралия, Канада — отказываются от госрегулирования, выступают за чистоту и свободу распоряжения своей сельскохозяйственной продукцией. Сегодня существует уникальный механизм Чикагской товарной и других мировых бирж.

Пожалуйста, заходите, рискуйте, хеджируйте, управляйте своими массивами и работайте. Украина тоже открыла площадки черноморской пшеницы на Чикагской товарной бирже. Отечественным аграриям нужно задействовать формы хеджирования зерна.

Почему, когда цены высокие, нет разговоров о зерновом пуле? Тогда, наоборот, каждая страна ограничивает его вывоз, сбивая цены на внутреннем рынке. И никто не просчитывает, какие миллиарды на таких запретах каждый раз теряет аграрный сектор. Зато зернотрейдеров обвиняют во всех грехах.

Когда цены на мировом рынке высокие, считают, что они сговорились и вывозят зерно из Украины, поэтому хлеб дорожает. Тогда власти вводят превентивные меры, ограничивают вывоз.

В таких случаях всегда нормально зарабатывали аграрии из стран, где нет ограничений, а страны-импортеры дотировали своих жителей, спокойно обходясь без украинского зерна. А мы каждый раз показываем, что не являемся надежными экспортерами. Поэтому потом вход на эти рынки сопровождается для нас ограничениями, нас выводят из тендеров. Мы ходим с протянутой рукой, вынуждены продавать зерно на $10–20 дешевле.

А когда цены на рынке низкие, государство нас обвиняет, что мы у производителей закупаем зерно по демпинговым ценам. Но в таких случаях обычно чиновники ограничиваются критикой, совершенно не занимаясь внутренним рынком, не используют бюджетные и другие средства, которые есть у них в распоряжении, для проведения интервенции на рынке, поднимая тем самым цены для аграрного сектора.

Как результат — колоссальные запасы зерна в Аграрном фонде и Госрезерве, которые требуют обновления и разумного движения. Сейчас Государственная продовольственно-зерновая корпорация Украины и Аграрный фонд выходят на рынок и скупают зерно по более низким, чем у трейдеров, ценам.

В среднем на 20–30 грн. на тонне ниже. Государство в лице ГПЗКУ — это сегодня такая коммерческая структура, у которой если есть зерно, значит, надо его продать. А по какой цене закупят его потом госструктуры, будет ли в этом ущерб государству, никто не задумывается.

Может ли создание зернового пула быть выгодно Государственной продовольственно-зерновой корпорации Украины, ставшей в этом году крупнейшим экспортером пшеницы из нашей страны?

А.В. ГПЗКУ подчиняется государственным структурам, поэтому будет лоббировать все идеи, которые от них исходят. Сегодня корпорация не может отгрузить зерно по контрактам с Китаем. И обращается ко всем субъектам, чтобы помогли ей отгрузить туда 6 млн т. У них один элеватор в Одессе, другой — в Николаеве, суммарные емкости — более 170 тыс. т, которые они не в состоянии обеспечить эффективной работой. А тут берутся управлять аграрным сектором трех стран.

Насколько, по вашему мнению, реально создать зерновой пул в течение полугода, как планируют главы правительств Украины и РФ?

А.В. Правила игры в течение одного маркетингового года менять нельзя. Это неразумно. Такие вещи нужно делать заблаговременно, с начала нового маркетингового года. Допустим, с 1 июля. Или дать нам какой-то переходный период, ввести новые правила с 1 июля 2015 г.

Нужно заранее уведомить субъектов, что они больше не имеют права свободно перемещать зерно, экспортировать. А если сделают зерновой пул непосредственно через полгода, как раз в период весенней посевной кампании, то просто поломают аграриев через колено.

Какие действия могут предпринять украинские зернотрейдеры, чтобы не допустить создания зернового пула? Будете ли вы обращаться в Кабмин или Минагрополитики со своими предложениями?

А.В. Позиция Украинской зерновой ассоциации и Украинской аграрной конфедерации понятна, мы ее не раз излагали. Пока тема зернового пула нашими руководителями ведется на уровне намерений, нам не о чем говорить. Я вообще не представляю, как три страны, которые ведут между собой торговые войны, будут договариваться о ценах на зерно.

Сегодня трем субъектам хозяйствования сложно договориться о цене, каждый ищет клиента, которому можно продать подороже. А тут будут договариваться три страны. Кто будет договариваться?

Даже если это будут самые авторитетные люди, это уже не рыночный подход. Допустим, будет идти на экспорт 50 млн т. Украина собирается вступать в ЕС, воюет с Россией по газовым вопросам, у нас с ней таможенные проблемы. Фактически между странами нет свободного перемещения товаров. И вдруг мы с легкостью соглашаемся создать с РФ зерновой пул. Где логика у наших руководителей? Ведь только в рыночных условиях может нормально развиваться аграрный рынок, без диктата государства. Иначе нас ждут теневые схемы и коррупция.