Государство

Анатолий Гриценко о Евромайдане

За три недели продолжающегося в Украине протестного движения Евромайдан стал государством в государстве. Там есть и своя служба охраны, и медицина, и

За три недели продолжающегося в Украине протестного движения Евромайдан стал государством в государстве. Там есть и своя служба охраны, и медицина, и хозяйство, и граждане, но пока нет четкой системы власти. С одной стороны, участниками протеста управляют оппозиционные лидеры, с другой — не меньшее влияние имеют и гражданские активисты.

И хотя говорить о серьезном расколе пока не приходится, без четкого структурирования правящей элиты Евромайдана это может случиться в любой момент. Профессиональный военный стратег и народный депутат Анатолий Гриценко предлагает свою модель решения проблемы, предполагающую создание народного совета. О том, кто должен войти в это образование, а также о том, какие ошибки не стоит допускать власти в отношении участников протестов, политик рассказал в беседе с журналистом "ДС"

Массовые выступления против разгона Евромайдана 30 ноября продолжаются третью неделю, но из ключевых требований митингующих власти выполнили только одно — выпустили часть задержанных активистов. Если Банковая и впредь будет игнорировать остальные пункты, что могут предпринять участники протестного движения?

А.Г. Выход всегда там, где и вход. Если кто-то забыл, я напомню, почему десятки и сотни тысяч наших сограждан вышли на Майдан. Во-первых, потому, что правительство, нарушив рамки своих полномочий, остановило процесс подготовки к подписанию соглашения об ассоциации с ЕС. И этого вполне достаточно, чтобы такой Кабинет Министров ушел в отставку.

Во-вторых, негодование общественности вызвало жестокое избиение "Беркутом" мирных демонстрантов. А такого прощать нельзя, кто бы ни был у власти. Отсюда и требования Евромайдана: отставка министра внутренних дел Виталия Захарченко, привлечение к уголовной ответственности тех, кто отдавал преступные приказы, и тех, кто их исполнял, освобождение из-за решетки всех мирных участников протестов и отставка всего правительства.

Это минимум, без выполнения которого не может идти речи о диалоге с властью. В противном случае нам с вами и миллионам других граждан придется смириться с тем, что мы не являемся источником власти в Украине, как это записано в Конституции. Нам придется признать, что мы тупой скот, который можно бить и разворачивать поочередно то в сторону Евросоюза, то в сторону Таежного союза (Таможенного союза. — "ДС").

Но мириться с этим миллионы украинцев не хотят, поэтому и выходят на акции протеста. И хотя руководство страны уже потеряло много времени и возможности для оперативного разрешения возникшего кризиса, все еще можно исправить. Все зависит от Виктора Януковича.

Лидеры оппозиции твердят, что, кроме невыполнения требований Евромайдна, есть еще одна преграда началу диалога с властью — отсутствие мандата на переговоры от участников протестов. О чем идет речь?

А.Г. Мне сложно комментировать заявления лидеров оппозиции. Но ясно одно: для начала каких-либо переговоров необходимо обеспечить предпосылки, чтобы состоялось не банальное собрание для галочки, а реальный диалог. Это значит, что на такую встречу необходимо пригласить представителей группы людей (а это активные представители гражданского общества), вышедшей на Майдан первой.

Кроме того, обязательным является участие в переговорах представителей инициативной группы "Першого грудня" (объединение известных интеллектуалов и общественных деятелей. — "ДС"), сформированной из признанных в Украине моральных авторитетов.

И очевидно, что не может переговорный процесс обойтись без депутатов от оппозиции, представляющих избирателей, голосовавших за них на минувших выборах, а в данный момент занимающихся обеспечением жизнедеятельности и безопасности Евромайдана.

Многие участники протестного движения и отдельные оппозиционные политики неоднократно предлагали создать альтернативное правительство, которое в случае обострения текущего кризиса могло бы взять на себя отдельные полномочия власти. Есть уже какой-то проект по его формированию?

А.Г. Прежде чем создавать какое-либо альтернативное власти образование, необходимо четко понять, что сужать Евромайдан к одной политической оппозиции ни в коем случае нельзя. Ведь еще не так давно "Свобода", "УДАР" и "Батьківщина" организовывали всеукраинский тур под лозунгом "Вставай, Украина!".

Но на встречу с их лидерами приходили лишь несколько тысяч человек, да и те в основном партийные активисты. Сейчас же в столице и по всей стране мы наблюдаем совсем другую картину. Это акции граждан, к которым присоединились оппозиционные политические силы и беспартийные политики.

Поэтому создавать надо народный совет. В это образование также должны войти моральные авторитеты Украины, например представители той же группы "Першого грудня": кардинал Любомир Гузар, академик НАН Украины Мирослав Попович, диссидент Евгений Сверстюк и др. В совете необходимо представительство влиятельных общественных и студенческих организаций, принимающих активное участие в организации протестов, и народных депутатов, не вызывающих раздражения у большинства избирателей.

Только такой орган сможет легитимно управлять Майданом, определять планы и конкретные действия протестного движения. Первый шаг в этом направлении был сделан 9 декабря, когда получили возможность высказать со сцены свое видение разрешения текущего кризиса представители всех упомянутых групп. Пока что между ними нет четкой координации действий, но, думаю, это дело времени.

Еще одним позитивным моментом стало то, что с Евромайдана практически исчезла партийная символика, и теперь там преимущественно государственные флаги и флаги ЕС. Это консолидирует. Но еще больше консолидирует то, что депутаты, не делясь по партийному признаку, встают живой цепью, чтобы защищать протестующих от штурма силовиков. Опыт неудачной ночной зачистки Евромайдана 11 декабря — яркое тому подтверждение.

17 декабря Виктор Янукович собирается в Москву и, по одной из версий, может подписать там новый договор о стратегическом партнерстве. Вам что-либо известно о содержании этого соглашения?

А.Г. Визит украинского президента в Россию для проведения очередного заседания Украинско-российской межгосударственной комиссии, а именно о нем идет речь, неоднократно откладывался. Поэтому нет никаких гарантий, что он состоится теперь. Не исключено, что вместо Януковича в Москву отправится премьер Николай Азаров, и именно он поставит подпись под готовящимися двусторонними документами. И в этом случае речь будет идти явно о второстепенных документах, регулирующих сотрудничество двух стран в разных сферах.

Возможно, будет подписан и упомянутый вами договор о стратегическом партнерстве. Но речь не идет о замене действующего Большого договора от 1997 года (согласно которому Россия отказалась от территориальных претензий к Украине и признала действующие границы нашего государства. — "ДС"). По моим сведениям, готовится другой, дополнительный документ, похожий по содержанию на хартию о стратегическом партнерстве между Украиной и США, подписанной в 2008 году, в которой изложены базовые принципы взаимного сотрудничества. В любом случае речь не идет о соглашениях, которые нуждаются в ратификации законодательными органами двух стран.

Хотя, насколько я знаю, члены правительства, возможно, за исключением одного или двух, еще не видели никаких проектов соглашений, которые могут подписать в Москве 17 декабря. Поэтому мы вновь имеем дело с практикой, когда принятие решений в сфере отношений с Россией проходит в закрытом режиме, как это было в случае печально известных харьковских соглашений.

А если сбудется прогноз британского издания The Economist и главы двух государств подпишут договор, предусматривающий открытие Киеву кредитной линии на $15 млрд и снижение цены на газ в обмен на вступление в Таможенный союз?

А.Г. Здесь ключевым является союз "если". Думаю, что власть услышала мнение на этот счет не только миллионов сограждан, но и европейских партнеров. Поэтому не хочу прогнозировать, как может отреагировать Евромайдан и Запад на такой шаг Виктора Януковича. Но нет сомнений, что такой вариант однозначно повлияет негативно и на имидж Украины в мире, и на внутриполитическую ситуацию в стране. А в случае дальнейшего обострения ситуации дело может дойти до раскола нашего государства на две или даже три части.

Не в последнюю очередь это будет зависеть от силовых органов. Вы неоднократно заявляли, что имеете информаторов и в армии, и в милиции, какая там сейчас царит атмосфера?

А.Г. Армия как вооруженное формирование пока остается в стороне от текущего политического конфликта, и это правильно. Но появляются первые тревожные сигналы из Министерства обороны о том, что ситуация может измениться. В ходе административной реформы в подчинение этого ведомства перешло министерство по чрезвычайным ситуациям, теперь — так называемая спасательная служба. И эти парни уже засветились во время силовых действий милиции по зачистке Евромайдана в ночь с 10 на 11 декабря.

Они, в частности, разбирали баррикады Евромайдана. Хотя явно не для таких задач создавалась их служба. Выглядело довольно странно, как люди с надписью на форме "МЧС-психолог" с ломами и бензопилами разрушают баррикады. По моим данным, власти задействовали Министерство обороны в организации антимайдана Партии регионов в минувшие выходные. В частности, ведомство Павла Лебедева отвечало за проживание, питание и подвоз участников этого мероприятия.

А общую координацию организации антимайдана осуществлял СНБО и секретарь ведомства Андрей Клюев. То есть вместо того чтобы заниматься своими прямыми обязанностями по локализации угроз внешнего и внутреннего характера, СНБО, наоборот, провоцирует появление таких угроз. К процессу привлечена и Служба безопасности Украины.

Понятно, что есть люди, выполняющие соответствующие приказы, которые, как правило, даются в устной форме. Ведь все хорошо понимают, что один такой письменный приказ — это гарантированная тюрьма в будущем. К счастью, в системе работают люди, хотя их и меньшинство, которые информируют оппозицию о такого рода планах руководства. Что в рамках гражданской этики силовиков абсолютно оправданно и правильно.

Насколько прочен силовой ресурс самого Евромайдана, то есть отряды самообороны?

А.Г. Это можно оценить, обойдя весь периметр баррикад. Но не самооборона является залогом безопасности протестного движения. Главный силовой ресурс Евромайдана — это граждане. Когда их оставалось ночью около двух тысяч, силовики решились на зачистку центра Киева. Но когда по тревоге на Майдан оперативно, подчеркну, среди ночи приехали еще более 10 тысяч, атака милиции захлебнулась.

Можно ли в принципе разогнать Майдан? Конечно, поскольку силовой блок государственной машины насчитывает сотни тысяч человек. Но, прежде чем давать такой приказ, Банковой следует хорошо просчитать возможные последствия. Думаю, что многие из тех, кому будет поручен такой разгон, начиная от командиров и заканчивая рядовыми исполнителями, не смогут потом спокойно уснуть.

Во-первых, потому что это гарантированная тюрьма, ведь в европейской стране нельзя делать такие безответственные вещи. И во-вторых, потому что они понимают: участники протестов защищают не только свои права, но и права людей в форме. К тому же не исключено, что в ответ на силовые действия участники Евромайдана могут также применить силу. Поэтому советую представителям власти, читающим это интервью, искать конструктивные и мирные пути решения противостояния.

Досье

Анатолий Гриценко родился в селе Багачевка Звенигородского района Черкасской области в 1957 г. Высшее образование получил в 1979 г., окончив Киевское высшее военное авиационное инженерное училище. Также окончил Институт иностранных языков Минобороны США (1993 г.), Университет Военно-воздушных сил США (1994 г.) и Академию ВС Украины (1995 г.).

За свою 25-летнюю военную карьеру работал преподавателем, трудился на разных штабных должностях в Минобороны, возглавлял управление проблем военной безопасности и военного строительства Научно-исследовательского центра генерального штаба Вооруженных сил Украины. С 1999 по 2004 гг. руководил Центром экономических и политических исследований им. А. Разумкова.

В 2004 г. работал в избирательном штабе Виктора Ющенко. С 2005 по 2007 гг. возглавлял Министерство обороны. С 2007 по 2012 гг. руководил парламентским комитетом по вопросам национальной безопасности и обороны. Сейчас член комитета ВР по вопросам борьбы с организованной преступностью и коррупцией. Полковник запаса, кандидат технических наук. Лидер партии "Гражданская позиция".