Для тех,
кто не делает
поспешных выводов

Гаагский суд дал Украине срок. Румыния готова любыми средствами повышать инвестиционную привлекательность своих морских месторождений нефти

Понедельник, 29 Ноября 2004, 00:00

На прошедшей неделе Международный суд ООН обнародовал первые итоги рассмотрения иска Румынии, обвиняющей Украину в нарушении условий делимитации континентального шельфа и исключительных морских экономических зон в Черном море. Суд решил дать девятимесячный срок каждой стороне спора на подготовку процессуальных документов. Так, Бухарест должен представить на рассмотрение суда свой меморандум не позднее 19 августа 2005 г., а Киев обязан подать свой контрмеморандум до 19 мая 2006 г.

В своем иске, поданном 16 сентября этого года, Румыния указала, что Украина нарушила два условия базового договора о режиме украинско-румынской государственной границы, сотрудничестве и взаимопомощи в приграничных вопросах от 17 июня 2003 г. Нас обвиняют в нарушении запрета на хозяйственную деятельность в приграничной зоне и неправомерном распространении статуса территориальных вод на остров Змеиный. Бухарест считает его не частью территории Украины, а необитаемой скалой Шертелой.

Двусторонний конфликт активизировался этим летом. 8 июля Румыния выдвинула протест против восстановления старого судоходного канала Дунай–Черное море, который до 50-х годов проходил через территорию Украины, но потом был замулен. Наше государство отвергло эти претензии, посчитав, что восстановление ранее работавшего канала не подпадает под условия договора. Еще большее раздражение Бухареста вызвала «тарифная война», начатая Киевом после введения в строй первой очереди канала, — за прохождение по нему был установлен тариф, в пять раз меньший, чем за прохождение аналогичного румынского канала, составляющий $10 тыс. за судно. При этом представители нашего Минтранса заявили, что вложенные в строительство канала $50 млн быстро окупятся за счет переключения на Украину около 60% трафика судов, ранее проходивших через Румынию.

Что касается острова Змеиный, то разные позиции двух стран относительно определения его статуса сформировались еще в 2002– 2003 гг. Как раз накануне подписания вышеупомянутого базового договора с Румынией Украина, видимо, рассчитывая поторопить партнера, в мае 2002 г. приняла Программу развития инфраструктуры и внедрения хозяйственной деятельности на Змеином, выделив на данные цели 20 млн грн. Большинство этих денег предназначалось на строительство инфраструктуры, необходимой проживающему на острове населению, и развитие его историко-туристического потенциала (остров внесен в Государственный реестр национального достояния из-за нахождения на нем руин древнегреческого храма Ахилла Понтарха, покровителя моряков).

Однако к середине текущего года на Змеином было использовано лишь около 3 млн грн., что свидетельствовало о неспешном характере работ. Румыния же оценила происходящее с точностью до наоборот, заявив, что строительство на острове выносного причала подтверждает активизацию Украины в освоении расположенной к югу от него Олимпийской нефтегазоносной площадки. В 2002 г. ГАО «Черноморнефтегаз» подтвердило на ней запасы 10 млн т нефти и 10 млрд куб. м газа. Однако, разработав программу освоения этой части Черного моря, Киев решил подготовить к бурению не Олимпийскую, а площадки, находящиеся в большем удалении от границы, — Янтарную, Безымянную и Вал Губкина. При наличии иностранных инвестиций месторождения на этих площадях в ближайшие годы запланировано соединить подводными трубопроводами, которые будут проложены в Измаил через Змеиный. План их освоения в 2002 г. был представлен компаниям стран ЕС. Соглашение с «Черноморнефтегазом» по реализации этого плана заключила австрийская корпорация OMW.

Расценивая по-своему эту информацию, Румыния сразу после подписания договора о режиме границ начала заявлять, что мы строим причал на Змеином для освоения структур, расположенных не к северу, а к югу от острова. Затем она активизировала усилия по объявлению острова скалой и сокращению украинских территориальных вод в этом районе (кроме разведанной Олимпийской, здесь прогнозируется наличие еще четырех нефтеносных площадей — Глотова, Мушкетова, Краевой и Нептун). При этом вся политическая полемика вокруг залежей к югу от острова Змеиный получила откровенную коммерческую привязку. Поскольку наряду с распространением на всю Европу ажиотажа вокруг «нефтяной подоплеки» украинско-румынских проблем, Бухаресту наконец-то удалось привлечь инвестиции в развитие своей морской добычи — продать в июне этого года 25% акций государственной нефтекомпании Petrom той же корпорации OMW.

Все три предыдущих конкурса по продаже пакетов акций Petrom срывались из-за отсутвия заявок. Инвесторов смущало, что Румыния за последние 20 лет сократила добычу нефти с 14 млн т до 6 млн. Введя еще в 1981 г. первую на Черном море платформу на месторождении Лебедь (West Lebada), она не смогла должным образом привлечь инвестиции — к 2003 г. Petrom и его СП пробурили 70 скважин, но смогли ввести в строй только два нефтяных месторождения — Лотос и Перити, а также три газовых — Синя, Дойна и Кобальческу. Однако эти проекты не повлияли на ситуацию в отрасли. Они не убедили ни одного инвестора в необходимости вложить деньги в инициированные Petrom многомиллиардные проекты освоения двух самых богатых, но очень сложных в разработке румынских морских месторождений — Рапсодия и Лучафарул. Как показала удачная продажа акций Petrom, готовность Бухареста пойти на пограничный скандал с Киевом и тяжба в Гаагском суде сделали свое дело и сыграли роль катализатора инвестиционного интереса европейских компаний — создав «большую политику» вокруг Дуная и Змеиного, Румыния смогла убедить инвесторов в действительном наличии у ее берегов «большой нефти», невзирая на глубокий скептицизм геологов.