Государство

Олег Покальчук: Агент влияния потому и влиятельный человек, что ему совершенно наплевать, на чьей он стороне

Социальный психолог считает, что настоя­щим агентам влияния чужды идеологические пристрастия в политике. Именно поэтому он без труда рисует собиратель

Социальный психолог считает, что настоя­щим агентам влияния чужды идеологические пристрастия в политике. Именно поэтому он без труда рисует собирательный образ современных агентов влияния и объясняет, в чем их сила.

К кому, на ваш взгляд, чаще всего апеллируют агенты влияния других стран, чтобы достичь максимального эффекта в направлении внешнеполитического курса Украины?

— Агенты влияния — это не публичные персоны, а публичные персоны — не агенты влияния. Это моя принципиальная позиция, поскольку никогда декларируемое и демонстрируемое не является маркером чего-то реально происходящего. Любые МИДовские заявления разных стран имеют малое отношение к реальной политике, которую эти страны проводят. Также и с агентами влияния.

Многие эксперты, пытаясь выстроить структурные связи между различными типами агентов влияния, создают из них некую пирамиду. В ее основании ставят общественные организации, выше — медиа, еще выше — аналитические центры, а на вершину — политиков. Вы с этим согласны?

— Дело в том, что все эти кружочки и связи — кто на кого влияет — никогда не бывают стабильными. Это все движется, сталкивается между собой, сообщается. Ведь бывают случаи, когда сегодня определенный человек является агентом влияния одной стороны, а уже завтра — совершенно противоположной.

Он потому и влиятельный человек, что ему совершенно наплевать, на чьей он стороне. Реальные агенты влияния всегда многостаночники. К ним обращаются разные политические силы, именно потому, что они хорошие коммуникаторы.

Влияние — не в том, чтобы провести какую-то идеологию. Смысл влияния в том, чтобы оживить процесс в свою пользу. Агенты влияния — это топ-менеджеры высокого уровня, способные коммуницировать и искать выгоду для обеих сторон. А если агент влияния просто ведет пропаганду — это олух, а не агент.

Нужно понимать, что этические модели политического бытия и в Европе и в Америке с точки зрения нашей постсоветской морали абсолютно циничны. Но с точки зрения конструктивизма, эффективности, выгоды, концепции современного менеджмента — это нормально. Некая принципиальность и моралите — все это ушло в прошлое.

Если попытаться закончить психологический портрет агента влияния, что получится?

— Получится своеобразная прослойка high middle класса. Это носители не идеологии, а европейской бытовой общественно-политической морали. Этот пул, я думаю, известен в каждом посольстве мира. Такие люди являются потенциальными носителями влияния. Это как в бильярде. Шар лежит на столе и не знает, решающий он или нет.

Совокупность ударов его делает в какую-то секунду решающим. Так что агентам влияния достаточно иметь определенный набор черт и потенциальных возможностей. Добавьте сюда знание языков и хорошую образованность, плюс не акцентуированность на какой-то определенной идеологии, а лабильность.

В каких случаях, на ваш взгляд, работа агента влияния может оказаться наиболее эффективной?

— Лишь в том случае, если влияние происходит в открытую, а не через какие-то кулуарные поручения и раздачу денег. Эти люди просто объясняют, что при определенной политической и экономической конфигурации в мире удобнее себя вести так-то и так-то, поскольку варианты развития будут такими-то и такими-то. И к ним прислушиваются. Уверен, что точно так же убедили и Януковича относительно евроинтеграции.

Читайте также: Агенты национальной опасности. Кто сеет зерна раздора в стране

Владимир Фесенко: Украинские олигархи понимают, где им будет лучше. Из этих соображений они и стараются влиять на выбор соответствующего внешнеполитического курса