Государство

Почему террористов Донбасса не судят заочно

В Украине есть все возможности, чтобы удостоить Захарченко и Плотницкого официального статуса "террористы"

Фото: agrimpasa.com

С начала военного конфликта на Донбассе отношения властей Украины к лидерам "ополчения" и рядовым сепаратистам де-юре не изменилось. Все они считаются террористами и пособниками российского военного агрессора. И в конце октября 2014 года президент подписал закон, позволяющий судить таких посягателей на территориальную целостность Украины заочно. Тем не менее, ни в отношении лидера "ДНР" Александра Захарченко и его банды, ни в отношении предводителя "ЛНР" Игоря Плотницкого с соратниками такой процесс до сих пор не начат. Следовательно, этим сепаратистам не понадобится даже обещанная им по Минским соглашениям амнистия, ведь формально они все еще не являются преступниками. 

Внесенные в конце прошлого года изменения в Уголовный и Уголовно-процессуальный кодексы, позволяющие судить подозреваемого заочно, уже были неоднократно использованы отечественной Фемидой. В частности, начат процесс над бывшим президентом Виктором Януковичем, экс-депутатом Вадимом Колисниченко и отдельными участниками террористических боевых формирований "ДНР" и "ЛНР". В то же время, например, лидер донецких сепаратистов Захарченко имеет лишь статус разыскиваемого СБУ предводителя "ДНР". Но искать самопровозглашенного премьера донецких сепаратистов можно бесконечно, а вот назвать его официально террористом, тем более в высоких дискуссиях на эту тему с западными партнерами украинские власти не могут. Нет соответствующего решения суда.

Почему ГПУ, СБУ или МВД не инициируют соответствующее рассмотрение дел самых известных сепаратистов – вопрос риторический. Самый простой ответ – это может навредить переговорам, которые ведутся в рамках контактной группы

Почему ГПУ, СБУ или МВД не инициируют соответствующее рассмотрение дел самых известных сепаратистов, подозреваемых убийствах, грабежах, организации незаконных вооруженных формирований, пытках, контрабанде и посягательстве на территориальную целостность Украины – вопрос риторический. Самый простой ответ – это может навредить переговорам, которые ведутся в рамках контактной группы. Но кто сказал, что с официально признанными террористами нельзя вести переговоры? Когда-то такую позицию высказал президент РФ и зачинщик кровавой бойни на Донбассе Владимир Путин, говоря о чеченских боевиках. Но тогда хозяин Кремля имел в виду именно эту категорию террористов. Что же касается создания, финансирования и координации своих собственных террористических формирований, участвующих в войне против Украины, то в этом случае упомянутый принцип Путина не действует. 

Впрочем, руководство Украины уже сделало первый шаг на пути признания Захарченко и ко террористами. 27 января этого года Верховная Рада приняла в первом чтении законопроект о признании "ДНР" и "ЛНР" террористическими организациями. В начале марта этот документ был отправлен на повторное второе чтение и с тех пор о нем просто "забыли". Вернее, сделали на этом вопросе пиар, ведь общественность была уверена, что тема закрыта, и отложили законопроект в долгий ящик. Поэтому и не удивительно, что сейчас руководство силового блока так спокойно, когда заходит речь о помиловании террористов. Дескать, никого миловать не собираемся, и все террористы ответят за свои преступления. Возможно, официально признанные таковыми по решению суда и ответят, а вот те, кого террористом так и не признают – вряд ли. Поэтому и миловать их не надо. 

В итоге власти рискуют наступить на юридические грабли, на которые уже наступали в других вопросах. То есть, медля с определением бандитов бандитами, руководство правоохранительных органов Украины, по сути, уберегает их от какой-либо ответственности за содеянное. Конечно, рядовые исполнители, которых удастся поймать, будут осуждены и понесут наказания за убийства украинских солдат и грабеж мирных жителей в зоне АТО. Но, почему должны избегать ответственности благодаря банальной бездеятельности силовиков те, кто то руководил бойней на Донбассе и продолжает это делать и сейчас? Тем более, что полученный в украинском суде статус террориста, мягко говоря, усложнит таким кадрам попытку легитимизовать свое положение в руководстве "региона с особым статусом" после того, как оттуда наконец-то уйдут российские войска.