Для тех,
кто не делает
поспешных выводов

Расчетливый одессит

Четверг, 11 Декабря 2008, 15:23

О чем может мечтать народный депутат, ранее семь лет проработавший губернатором Одесской области? Естественно, о возвращении статуса хозяина одного из самых богатых регионов страны. Но нынешний статус зависимого от всех главы обладминистрации его явно не устраивает. Сначала он постарается через парламент укрепить полномочия губернаторов. От того, насколько удачно Сергей Гриневецкий использует «золотую акцию» Блока Литвина, зависит не только реализация его хитроумного плана, но и развитие одесской бизнес-империи.

«Запишите мой мобильный телефон, будете в нашем городе – всегда рады». Улыбчивый и коммуникабельный одессит Сергей Гриневецкий – одна из самых публичных фигур сегодняшнего парламента. Он легко вступает в контакт с представителями политических сил разнообразной окраски. Но кажущаяся лояльность обманчива. За умением поддержать приятный разговор с любым собеседником — четкое понимание своего интереса и трезвый расчет. И этим он очень похож на фракцию, одним из лидеров которой является в Верховной Раде. В ходе коалиционных переговоров Блок Литвина демонстрировал готовность сотрудничать как с БЮТ, так и с Партией регионов. И, казалось, полученное в итоге спикерское кресло — предел мечтаний литвиновцев. Но когда дело дошло до распределения портфелей, новые партнеры по коалиции, БЮТ и НУНС, с удивлением открыли для себя, что амбиции у маленького партнера более чем серьезные. Улыбаясь, Гриневецкий заявляет, что его партия не прочь видеть своих представителей не только в руководстве парламента, но и на ключевых должностях в правительстве. За свою «золотую акцию» в коалиции Блок Литвина хочет получить максимум.

Впрочем, в парламенте Гриневецкий известен не только умением отчаянно торговаться. Он один из немногих депутатов, пользующихся авторитетом безупречного прогнозиста. Даты последних отставок правительства он предсказывал с точностью до нескольких дней. Причем делал это публично, приблизительно за полгода до события. Правда, когда «ВД» обратилась с просьбой угадать, сколько осталось нынешнему премьеру Юлии Тимошенко, депутат ушел от ответа: «Сейчас в украинской политике все непредсказуемо, не хочу выглядеть некомпетентным».

Во время коалиционных переговоров главной целью Блока Литвина было кресло спикера парламента без вхождения в коалицию, которая сформирует правительство. Цель странная и нестандартная. Но если подумать — абсолютно прагматичная. Ведь в таком случае литвиновцы избежали бы даже малейшей ответственности за угрожающую ситуацию в экономике, при этом получив отличную стартовую площадку для раскрутки своего кандидата на президентских выборах 2010 года. Не вышло — пришлось войти в коалицию. Нежелание брать на себя ответственность — самое слабое место в позиции Блока Литвина. «ВД», естественно, не упустила возможности начать беседу с хитроумным одесситом именно с этой темы.

>> Оправдала ли себя нейтральная позиция, которую занимал долгое время в парламенте Блок Литвина? Мол, вы деритесь и ссорьтесь, а мы придем и все стабилизируем.

— Думаю, это ошибочная трактовка нашей роли. Нас во фракции всего 20 человек. Действительно, нельзя сказать, что мы постоянно поддерживаем «оранжевый» или «бело-голубой» лагерь. Но это не значит, что у нас нет позиции. Заметьте, что 90% решений Верховной Рады были проголосованы благодаря поддержке нашей фракции. Но когда Партия регионов и БЮТ «сливались в экстазе», мы понимали, что втягивание нас в этот проект в качестве довеска имеет одну цель — склонить к обслуживанию чьих-то интересов.

>> Сейчас ваша позиция изменилась, и кроме поста спикера парламента, Блок Литвина хочет претендовать и на ведущие посты в Кабинете Министров. Не слишком ли много для самой маленькой фракции?

— В составе Народной партии, которая является основой блока, достаточно кандидатур, способных достойно представлять нашу политическую силу в правительстве. Мы готовы предложить своих людей на все посты в Кабинете Министров. Понимаю, что это иллюзия, но кадры есть, и с каждым днем они все более востребованы.

>> Вам не кажется, что из-за слишком больших амбиций Блок Литвина на определенном этапе рисковал остаться вообще ни с чем?

— Я уверен, что если бы коалиция была создана без Блока Литвина, она была бы такой же шаткой, как и все коалиции в последние годы.

>> Правда ли, что Блок Литвина категорически отказывался войти в коалицию БЮТ и Партии регионов?

— Мало кто знает, что на самом деле коалиционные переговоры зачастую проходили без нас. Но переговорщики прекрасно осознавали, что без Блока Литвина им будет сложно удержать стабильность коалиции. А союз БЮТ и Партии регионов нас не устраивает, потому что у каждого из них своя правда.

А две взаимоненавистные правды могут породить большую государственную ложь. Посмотрите, сколько раз за последнее время принимались решения о приватизации Одесского припортового завода и сколько раз они отменялись. Мы бы не хотели участвовать в этом беспределе.

>> Вы верите, что теперь лишь благодаря вхождению литвиновцев в коалицию беспредел в парламенте закончится?

— Как только Литвин стал спикером, с нами начали здороваться по-другому. Мы стали равноправными участниками коалиции. Теперь, применив технику компромиссов, мы сможем заставить парламент снова работать.

>> Правда ли, что в ходе коалиционных переговоров президент предлагал вам пост губернатора Одесской области?

— Это неправда. Последний раз я общался с Виктором Андреевичем в ноябре 2004 года по телефону спецкоммутатора.

>> Но губернаторские амбиции у вас есть?

— Я семь лет проработал губернатором Одесской области (1998-2005 гг. — прим. «ВД»). Поступали предложения о переходе в Киев, но мне всегда было интересно работать в регионе. Можете считать это проявлением одесского патриотизма. На сегодняшний день я себе прекрасно отдаю отчет в том, что если и рассматривать вопрос о возвращении на пост губернатора, то решение должно приниматься в диалоге, без навязывания чуждых одесситам идей. А еще лучше вернуться к этому вопросу после завершения конституционной реформы.

>> Блок Литвина поддерживает лишение президента права назначать губернаторов?

— Блок Литвина настаивает на завершении конституционной реформы. Наше предложение такое: выборы депутатов местных советов по мажоритарной системе, а председателей районных и областных советов избирать всем населением, как это было в 1994 году. Председатель совета возглавляет и исполком, подконтролен и подотчетен правительству, а также депутатскому корпусу.

Инвестиционный покровитель

Финансовой страховкой Сергея Гриневецкого является одесский холдинг «Хлебная гавань». Формально он к этой компании отношения не имеет, ее контролирует младший брат Валерий. Но в округе все знают, что братья вместе строят семейную бизнес-империю. Пик ее развития пришелся на годы, когда Гриневецкий-старший возглавлял Одесскую область. За это время небольшая фирма по ремонту сельхозтехники превратилась в крупнейшего арендатора земли в регионе (около 50 тыс. га). Сегодня «Хлебная гавань» специализируется на выращивании и экспорте зерновых, а также на животноводстве. После отставки с поста губернатора Сергей Гриневецкий возглавил в этой компании внешнеэкономический департамент. Благодаря его связям бизнес удалось расширить. Совместно с сингапурской Delta-Wilmar PTE Limited братья Гриневецкие взялись за строительство завода по переработке пальмового масла в порту «Южный». По данным СМИ, предприимчивым одесситам в этом бизнесе принадлежит 20%. Кроме того, им приписывают контроль над значительной частью товарных потоков одного из крупнейших железнодорожных узлов страны — станции Раздельная (Одесская область). Особенно в направлении непризнанной Приднестровской республики.

Ну а первый предпринимательский опыт Сергей Гриневецкий получил в начале 1990-х. После развала Советского Союза тогдашний первый секретарь Раздельнянского райкома партии некоторое время оставался без работы. «Пытался устроиться на завод им. Октябрьской революции, на «Кислородмаш», но тогда у всех был испуг: читали мою биографию —  и отказывали». Помогли знакомства по партийной линии. Одесский мэр Валентин Симоненко (ныне — глава Счетной палаты Украины) пригласил Гриневецкого возглавить муниципальную компанию «Одесса-Импекс». Формально она была в коммунальной собственности, но реально действовала на коммерческих началах — занималась внешней торговлей, ремонтом транспорта, строительством и даже комплектацией судов. По оборотам эта фирма быстро вышла в лидеры Одесского региона, а сам Гриневецкий стал одной из самых влиятельных фигур области. Собственно, это и стало базой для его дальнейшей политической карьеры.

На сегодняшний день наш герой остается безусловным авторитетом в своем регионе. Без согласования с ним в Одессе не реализуется ни один масштабный бизнес-проект. В том, что одни называют покровительством для инвесторов, другие видят «крышевание» за «откаты». Но, как бы там ни было, именно Гриневецкий во многом определяет сегодня инвестиционный климат в области. И это открывает для компании «Хлебная гавань» новые горизонты.

>> Компанию «Хлебная гавань» принято считать семейным бизнесом Гриневецких. Брат руководит, а вы осуществляете политическое прикрытие. Это так?

— Это проект, который мой брат возглавил еще до того, как я стал политиком. У него есть партнеры.

>> Но ведь именно в «Хлебной гавани» вы работали до прихода в нынешнюю Верховную Раду?

— Честно говоря, я туда пошел работать от безысходности. Мне надо было где-то трудоустраиваться. На семейном совете брат предложил мне должность директора департамента по внешнеэкономическим связям. Передо мной стояла задача привлекать инвестиции в строительство новых объектов. Кстати, Арсений Яценюк тогда был в Одессе первым заместителем председателя обладминистрации, и мне не составило большого труда наладить сотрудничество и организовать эту работу. Мы привлекли $35 млн из Сингапура. Задача стояла такая: построить завод по перевалке пальмового масла. Мы занимались строительством и монтажом оборудования. В итоге заработало очень солидное предприятие.

>> Сегодня вас считают его совладельцем. Это так?

— Компания только выполняла работы в качестве подрядчика. Пальмовое масло — это не профиль деятельности «Хлебной гавани».

>> Правда ли, что вы являетесь инвестиционным консультантом во многих крупных проектах, реализованных в Одесской области?

— Ко мне очень часто обращаются за советом относительно инвестиций в Одесском регионе. Ведь когда я был губернатором, область была на втором месте после Киева по объему привлеченных инвестиций. Потенциал области мы самостоятельно презентовали и в Париже, и в Брюсселе, и в России, и даже в ЮАР. Тогда президент и правительство доверяли губернаторам.

>> Часто ли вам предлагают долю в инвестиционном проекте? Попросту — «откат»?

— Бывало. Однажды ко мне пришли люди переговорить по Одесскому припортовому заводу, начали мне рассказывать про газ, про аммиак. Я их спросил, читали ли они мою биографию, прежде чем зайти ко мне. Оказалось, не читали. Если бы я хоть один «откат» получил при той власти, мигом бы вылетел. До государственной службы я возглавлял внешнеторговое объединение «Одесса-Импекс». С 1998 года я официально декларировал доход до 500 тыс. грн. в год. Вписывал в декларацию все премии и подарки.

>> Одни «откаты» за вашу помощь предлагают, а у руководителя «Хлебной гавани» есть прямой доступ на семейный совет. Компания имела определенные конкурентные преимущества в области?

— А вы спросите об этом у одесских бизнесменов. Руководитель «Хлебной гавани» стал успешным в бизнесе в первую очередь благодаря тому, что он классный инженер-механик. Брат начал с того, что создал небольшую, но эффективную машинно-тракторную станцию. Затем начал брать в аренду землю и обрабатывать ее. Возникла потребность в новом элеваторе, а теперь вот построили современнейший комбикормовый завод. А это рабочие места и все, что отсюда вытекает.

>> Компания контролирует экспортные выходы в портах Одесской области?

— Нет. Продукция отправляется через железнодорожный узел в городе Раздельная.

>> Этот город граничит с Приднестровьем. Через него идет много контрабанды?

— Город не граничит. С Приднестровьем граничит Раздельнянский район. На той границе своя специфика, конечно, есть. В основном это контрабанда сигарет и мяса. Но сейчас этот участок контролируется миссией ЕС.

>> Вас с братом называют неофициальными хозяевами Раздельной…

— Это преувеличение. В Раздельной живет моя мама, мы часто приезжаем туда, помогаем людям, поэтому и пользуемся в этом районе авторитетом. Многие считали, что это наша вотчина. Но после оранжевой революции новая власть поставила своего главу райадминистрации, избрала своего мэра. Правда, сейчас одного из них уже выгнали, а другой сидит в тюрьме за взятки.

>> После оранжевой революции компания «Хлебная гавань», как и все приближенные к бывшей власти, попала под прессинг силовых структур?

— Были и проверки, и «наезды». Приходили даже в благотворительные фонды, где я был членом наблюдательного совета. Стояла задача — разорвать. Еще тогда я сказал губернатору Одесской области Василию Цушко: «Нельзя так тупо выполнять команды. Имей в виду, может случиться так, что Ющенко и Луценко тебя еще посадят». Я ему это говорил в мае 2005-го в своем кабинете председателя областного совета, когда пытались возбудить уголовные дела против моих заместителей. Я уж не говорю о том, сколько раз проверяли меня.

Северодонецкое пятно

Политики, пришедшие к власти после оранжевой революции, имели все основания гневаться на Сергея Гриневецкого. Ведь он был одним из главных организаторов скандально известного Северодонецкого съезда. Тогда депутаты всех уровней, представляющие восточные и южные области страны, собрались под, мягко говоря, сомнительными лозунгами: создания федерации, независимости Юго-Восточного региона, откровенного противопоставления западным бандеровцам. Там же заговорили о создании на базе Одесской области так называемого Новороссийского края. «Киев прогнил, в нем господствует гетманщина», — рьяно выступал на съезде тогдашний одесский губернатор, давая понять, что не собирается подчиняться новой власти в столице.

Сегодня Гриневецкий утверждает, что на этом откровенно сепаратистском мероприятии никто и не думал о расколе. Соответственно, и уголовные дела, возбужденные после съезда в Северодонецке по ст. 110 Уголовного кодекса (посягательство на территориальную целостность Украины), не имели под собой оснований. Тем не менее Гриневецкого шесть раз вызывали на допросы в Генеральную прокуратуру. И это стало самым темным пятном в его политической карьере.

>> Уголовные дела, по которым вы проходили как один из организаторов съезда в Северодонецке, так и не закончились конкретным обвинением?

— А чем эти дела могли закончиться? Я проходил как свидетель. Можно вспомнить, за что меня потянули в прокуратуру. Я сказал, что мы стоим на грани распада страны, что к власти может прийти политическая шпана. Сейчас эти слова цитируют уже все. Только никто не ссылается на автора.

>> Разве вы не понимали, что своими заявлениями можете спровоцировать реальный раскол страны?

— Cъезд в Северодонецке, наоборот, давал сигнал, что этого делать нельзя. Мы предлагали сохранить государство.

>> Тогда вы заявляли о необходимости ввести федерализм. То есть не интегрировать страну, а заморозить существующие противоречия между регионами.

— Начнем с того, что я этого не предлагал. Сначала нужно посмотреть, кто спровоцировал обострение этих противоречий. Сейчас в западных областях начали строить памятники Бандере и дивизии «СС Галичина», Львовский областной совет учредил награду имени Бандеры. Тем временем в восточных областях ставят памятники жертвам ОУН-УПА, в центре — гетману Выговскому, Мазепе и Карлу XII, а на юге — Потемкину и Екатерине ІІ. Разве это не раскол?

>> Но разве политики в этой ситуации должны говорить не о поиске общих идей, а о федерации?

— В Украине фактически уже есть федерация. У нас был и есть бюджетный федерализм, хотя после кризиса может оказаться, что регионов-доноров просто не останется. И тогда действительно нужно будет думать не о том, какие памятники ставить, а что может гарантировать нам суверенитет.

>> Судя по всему, в Северодонецке вы прекрасно осознавали, что играете на очень опасной теме.

— Конечно, все было осознанно. Что такое Восток Украины? Это производство, научно-техническая интеллигенция, русский язык, своя философия, религия, менталитет. Что такое Запад Украины? Это регион потребления, это «національна свідомість», своя философия и религия. Когда западные области начали издавать решения о том, что больше не подчиняются президенту и ориентируются на декреты Майдана, меня это очень встревожило. Северодонецкий съезд спровоцировали именно непродуманные решения западных областей.

>> Правда ли, что Россия на неофициальном уровне активно поддерживала организацию съезда в Северодонецке?

— Мы не видели этой поддержки. Если не считать присутствия мэра Москвы Юрия Лужкова. Москва была излишне самоуверенной в украинском вопросе. Там считали, что все сложится само собой.

>> Допросы в прокуратуре стали малоприятным приключением?

— У следователей Генеральной прокуратуры хорошая школа. Они все понимали. Что бы ни говорили, а харьковская юридическая школа дает отличную базу. Это сейчас 200 вузов готовят юристов. А следователи, которые допрашивали меня, учились в те времена, когда в Украине был один юридический вуз и четыре юридических факультета. Так что выпускались классные кадры. Общение с ними было достаточно комфортным, если вообще может быть комфортным общение со следователями прокуратуры.

Автомобили и кроссворды

Вне работы у Сергея Гриневецкого два главных увлечения — разгадывание кроссвордов и коллекционирование автомобилей. Правда, не новых, а собранных собственными руками. Преимущественно это старые советские марки. Сейчас в гараже у него несколько ВАЗов и «Волг» — все на ходу. Комплектующие для сборки закупает с запасом, так что к нему нередко обращаются соседи по гаражу, чтобы помог с запчастями. Гриневецкий жалуется, что в последнее время все реже проведывает свою коллекцию. Но когда рассказывал о ней «ВД», весь прямо светился от удовольствия. Видно, что тема автосборки ему по-прежнему очень близка.

А вот за кроссвордом его часто можно застать и сегодня. В том числе и на заседаниях парламента. Поиск нужного слова иногда занимает у Гриневецкого явно больше времени, чем очередное блокирование трибуны. Кстати, именно это хобби стало толчком для идеи создания Черноморской и Каспийской энциклопедий. Сейчас в стадии реализации — проект Дунайской энциклопедии. Тема кроссвордов — явно самая любимая у Гриневецкого. Да, как выяснилось, еще и судьбоносная.

>> С чего началось ваше увлечение кроссвордами?

— Ими увлекался еще мой отец. Он любил журнал «Смена», там были самые сложные кроссворды. Слова, которые он не знал, заставлял нас с братом искать в энциклопедиях. Успел он привить любовь к кроссвордам и моей дочке.

>> В парламенте есть депутаты, которые разделяют ваше увлечение?

— В прошлом созыве был Георгий Крючков. На одном нудном совещании я заметил, как он достал газету и начал разгадывать кроссворд. Я одним глазом подглядываю, пытаюсь подсказывать. Потом, бывало, и сам к нему обращался, если не знал какое-то слово.

>> Правда, что уровень кроссвордов в последнее время упал?

— Я бы сказал, что он стал более «плоским». Недавно сказал дочери, чтобы поискала дедушкины кроссворды.

>> Сами пытались кроссворды создавать?

— Создавал. Если серьезно, один кроссворд очень повлиял на всю мою дальнейшую жизнь.

>> Какой кроссворд?

— Это было в 1975 гогду, я тогда учился в институте на первом курсе. На последней лекции, это была «История КПСС», увлекся кроссвордом. Последнее слово осталось, никак не мог разгадать. Вдруг подходит Лев Давыдович Суркис, преподаватель истории, забирает у меня журнал и говорит: «Молодой человек, вы не тем занимаетесь, покиньте аудиторию». Пришлось выйти. А я на все лекции ходил, учился хорошо. Когда пришло время экзамена по «Истории КПСС», я вытащил билет, как сейчас помню — «XIX съезд партии», «Курская дуга» и «Материалы XXIV съезда». Отвечаю нормально, тарабаню, аж самому нравится. А Лев Давыдович на меня смотрит и говорит: «Вы — троцкист, молодой человек, плохо подготовлены. Я не могу поставить оценку, идите в деканат за направлением». Иду за направлением, а декан, Олег Парижский, меня встречает и сразу спрашивает: «Что, банан? Я все знаю, Лев Давыдович на парткоме сказал, что ты экзамен не сдашь». Спрашиваю, в чем же дело. А он мне: «Во-первых, с твоим приходом наш факультет по соцсоревнованию вышел на первое место, а он — секретарь парткома на другом факультете, во-вторых, что ты там за кроссворд разгадал, что сам Лев Давыдович не мог разгадать?» На следующий день экзамен снова не сдал. Лев Давыдович говорит, что я подготовлен еще хуже, чем вчера. Понимаю, что у него ревность какая-то. Что делать? Летом все на пляже, а я, пока Лев Давыдович в отпуске, сдаю комиссии историю. Учебник Пономарева выучил наизусть. Разложили билеты, тяну, отвечаю хорошо, а завкафедрой на меня смотрит: «Это вы — клиент Суркиса? Отвечаете на шесть, но больше тройки поставить не можем». Так у меня и осталась в дипломе единственная тройка. Но это еще не конец истории. Несколько лет спустя, когда я уже работал первым секретарем обкома комсомола, вышло постановление, что кандидатуры всех заведующих кафедрой политических наук должны утверждаться в обкоме партии. Сидим однажды на бюро, и вдруг заходит Суркис на утверждение. Когда он меня увидел, думал, его инфаркт хватит. Я взял слово: «Благодаря этому человеку я сижу за этим столом, он мой преподаватель, прошу утвердить». Закончилось бюро, выхожу, смотрю, Лев Давыдович меня ждет. Подходит ко мне и говорит: «И как далеко я смотрел?» Потом, много лет спустя, в 1998 году, ко мне в Верховной Раде подошел депутат Григорий Суркис и попросил перезвонить Льву Давыдовичу. Оказалось, это его дядя. Я набрал его номер, а он мне: «И как далеко я смотрел?» Так что кроссворды в моей жизни сыграли, можно сказать, определяющую политическую роль.

Перспективы

Вне всяких сомнений, нынешнее депутатство Сергея Гриневецкого — лишь трамплин на пути к более мощной должности. Учитывая специализацию близкого ему холдинга, не исключено, что его амбиции будут удовлетворены креслом министра транспорта (контроль над портами) или аграрной политики (распределение экспортных и импортных квот). Но главной политической целью бывшего одесского губернатора наверняка остается возвращение на пост первого лица региона. Гриневецкий не случайно выступает за максимальную самостоятельность областного главы по итогам конституционной реформы. Если эта должность будет выборной, у него будут неплохие шансы выиграть избирательную гонку.

Что касается перспектив в бизнесе, то в ближайшее время Сергей Гриневецкий вряд ли вернется на работу в «Хлебную гавань». Но это вовсе не значит, что компания потеряет политическое прикрытие с его стороны. Наоборот, в обозримом будущем оно наверняка будет усиливаться. На заседаниях парламентского комитета по вопросам национальной безопасности и обороны он постоянно акцентирует внимание на необходимости принятия антикризисных мер в сельском хозяйстве. Впрочем, главная его роль в деловых кругах будет несколько иной. Один из собеседников «ВД» обозначил ее как «инвестиционная крыша». И сам Гриневецкий против этой составляющей своего имиджа, похоже, ничего не имеет.

Слово — не воробей

«У меня есть оптимистический и пессимистический прогнозы. Но могу дать реалистичный, который окажется вдвое хуже, чем пессимистический». «Главред», 25.11.2008 г.

«Совершенно очевидно, это — распределение государственной собственности, одно из звеньев в дележе собственности элитой. В вопросе продажи Одесского припортового завода важна цена вопроса». «Эхо», 18.11.2008 г.

«Страна вступила в состояние гремучей смеси политического педикулеза с параличом». «Подробности», 14.07.2007 г.

«Во время выборов обществу нужен был враг, и каждая из партий находила своего. Мы не искали врагов, призывая к объединению, и потому, наверное, проиграли на парламентских выборах». «Ура-информ», 23.12.2006 г.

«Любая оппозиция, пришедшая к власти, может называть дни, как ей заблагорассудится, в том числе и Днем Свободы. Я считаю, что в стране в 2004 году победил правовой нигилизм, произошло надругательство над Конституцией». Выступление на съезде в Северодонецке, 28.11.2004 г.


Notice: Undefined variable: TitleUrlNow in /var/www/html/dsnews/dsnews_v2/application/dsnews/modules/default/controllers/PublicationController.php on line 176