Государство

Владимир Гройсман: изжить синдром провинциализма

Когда Владимира Гройсмана называют провинциалом, это кажется просто фигурой речи. Провинциал, конечно. А кто из наших политических элит не провинциал?

Фото Сергея Владыкина

Комплекс провинциала выдает себя поведением. Тот, кто попадает в столицу с одним трамвайным билетом, чаще впадает в смущение и растерянность, а приехавший в дорогом костюме, оставив в родном "Запупенске" заводы, газеты, пароходы, - в агрессивную самоуверенность. Гройсман - не исключение. Его первые же выступления, речи и интервью в должности вице-премьера звучали весьма категорично и самоуверенно. Как и многие новоиспеченные государственные топ-менеджеры, он уверен в том, что никому до него многое не приходило в голову, что до сего момента ничего не делалось, что он пришел на целину, а все, что было тут наработано раньше, - только обуза, застой и завал, который по-хорошему надо просто выбросить. Будучи всего несколько дней в высокой должности - возможно, еще даже не распаковав чемоданы, - он уже готов раздавать интервью о том, как все будет. Не потому даже, что он в этом уверен, а просто чтобы сразу "круто на районе засветиться".

Как и многие провинциалы, Гройсман испытывает подсознательную, сосущую нелюбовь к столице. Не к конкретному Киеву, которым он, возможно, искренне восхищается, а к столице как концепции. Многие провинциалы считают, что "столица слишком много о себе мнит". И их подсознательный двигатель - то ли завоевать, то ли взять за что-то реванш.

Особенность положения Владимира Борисовича в том, что у него подспудные желания совпали с официальной задачей (децентрализация власти). Столица должна отдать максимум своих полномочий на места. В речах вице-премьера постоянно возникают демонические образы: "железный диктат Киева", "Киев - это коррупция" и пр. Будучи мэром Винницы, Гройсман получил, судя по его высказываниям, серьезную "травму столицей".

Получится ли у Гройсмана излечить провинциализм усиленным самообразованием, будет видно уже к весне

Идея децентрализации, т. е. передачи максимума власти в регионы, - святая цель каждой очередной провинциальной элиты, которая завоевывает Киев. Когда "донецкие" только начинали подминать под себя Лаврские холмы, вытесняя с них "днепропетровских", вопрос власти над регионами был для них актуален. Поскольку "днепропетровские" и примкнувшие к ним, например, "закарпатские" все норовили что-то урвать в чужой провинции. Но когда "донецкие" закрепились в качестве покорителей Киева, пошла набирать обороты централизация невиданного ранее размаха.

И вот к власти пришла новая региональная элита, на сей раз винницкая. О ней вполне можно говорить как о провинциальной хотя бы потому, как откровенно она обрастает верными людьми, т. е. какое значение придает личной лояльности. Для Гройсмана и всей нынешней команды Президента Киев примерно то же, что и для всех предыдущих "днепропетровских", "донецких", "закарпатских", - это средство, оружие, которое можно обернуть в свою пользу, но можно однажды потерять, и кто-то повернет его против тебя.

Одна из характерных черт провинциализма - неспособность видеть широко. Этот упрек заслуживает далеко не каждый провинциал, но, к сожалению, в случае с Владимиром Борисовичем он может оказаться уместным. Отсутствие классического, традиционного образования (уже в 16 лет Гройсман занимал должность коммерческого директора частного предприятия) не компенсируется опытом в сфере управления бизнесом или даже небольшим городом. МАУП, выдающая диплом юриста за три года, и Академия госуправления - не те университеты, которые дают человеку солидную интеллектуальную подготовку. Для того чтобы осуществлять системные реформы в региональной политике многомиллионной воюющей страны, нужно разбираться в тонких материях как эконмического, так и мировоззренческого свойства. Получится ли у Гройсмана излечить провинциализм усиленным само­об­ра­зованием, будет видно уже к весне.