Для тех,
кто не делает
поспешных выводов

Без маски. Чему учил нас Любомир Гузар

Четверг, 1 Июня 2017, 13:10
Блаженнейший и сегодня остается едва ли не единственным массово признанным моральным авторитетом

Фото: УНИАН

Любомир Гузар - один из немногих людей, которых будет не хватать нам всем. Независимо от того, как каждый из нас относился к нему при жизни: знал или не знал, любил или не любил, прислушивался или даже не замечал его существования. Влияние Гузара на нас, на Украину, на нашу жизнь не сопровождалось спецэффектами, из-за чего для многих, возможно, осталось недооцененным и даже, возможно, незамеченным. Но в сути дела это ничего не меняет. Гузар был тем человеком, который ненавязчиво напоминал нам о мере вещей, границах нормы, о том, что можно в любой ситуации быть и оставаться Человеком.

Как это ему удавалось? В наш перенасыщенный информацией век, когда "каждый знаменит ровно пятнадцать минут", когда минута славы - в полном смысле "минута", когда для того, чтобы привлечь к себе внимание, нужно прыгнуть выше головы, причем не только своей и притом что все вокруг тоже только и делают, что прыгают, Любомир Гузар никогда не прибегал к дешевым методам привлечения внимания. Не примерял маску фрика, не окружал себя "звездами", демонстрировал полное равнодушие к престижным и дорогим вещам. Его популярность не имела ничего общего с попсовыми методами "раскрутки". Он не считал "лайки" и не интересовался количеством фолловерсов, говоря языком, которого он сам, скорее всего, даже не понял бы. Он просто был тем, чем многие хотели бы - и изо всех сил пытаются - казаться. Человеком, который приковывает к себе внимание. Стоило ему появиться, в людях немедленно наступали изменения, видимые невооруженным взглядом - выпрямлялись спины, поднимались головы, из голосов исчезали агрессивные нотки. В этом было что-то мистическое.

Любомир Гузар принес в наше травмированное постсоветское пространство что-то совершенно новое, во что мы почти не верили - пример того, что можно все делать по-другому. По-другому жить, общаться, выстраивать свои представления о мире и о себе, об успехе и счастье. Что бы они ни говорили, его слушали внимательно, потому что пытались понять, найти ответ на самый главный вопрос: что делает этого человека таким, каким он есть? Как он это делает?

Любомир Гузар был - и остается - едва ли не единственным совершенно несомненным, массово признанным моральным авторитетом. Возможно, "последним из великих". Вопрос о том, почему так и как это ему удалось, ему задавали, наверное, все без исключения журналисты, которым доводилось с ним встречаться. Его ответ всегда был скромен: в мире теперь нет крупных фигур. Мы просто бедные и попали в такой "бедный" период истории. "Бедность" эта никак не соотносится - в частности, не отменяется - внешним блеском и лоском, уровнем благосостояния и возможностью купить тачку покруче. Наличие бриллиантов не отменяет бедности, потому что бриллианты-то мелкие. Причем главное слово тут вовсе не "бриллианты", главное - "мелкие". Чего-нибудь всегда мало - и оттого человек беден, даже если со стороны кажется, что он очень богат. Невозможность насытиться - вот что такое бедность. А причина в том, что удовлетворение этого голода человек всегда ищет не там, где его можно найти. Человек не ищет опоры и удовлетворения ни в себе, ни в Боге - он занят поиском бриллиантов покрупнее.

Любомир Гузар показал, что даже в нашем прожженном медийном поле могут быть моральные авторитеты, которые невозможно "отменить" и даже просто пошатнуть никакими информационными атаками. Конечно, они были. Но все попытки его скомпрометировать пропадали втуне - не "играли" ни истории про "брата-уписта" (может, потому, что у него нет брата?), ни про его принадлежность к масонской ложе, ни подозрения в связях с ЦРУ. Его репутация была и остается совершенно незапятнанной. Нам не в чем его подозревать - ни в прошлом, ни в настоящем. Амбиции? Он был главой церкви, мог, как говорили, претендовать даже на папскую тиару, а вместо этого добровольно отрекся от власти. Богатство? Смешно. Влияние? Влияния у него было предостаточно, но он никогда не превращал его в дешевый шантаж.

Ни примитивный, ни самый затейливый компромат к нему "не лип". Может, потому, что его судьба такая "безоблачная", во всяком случае на фоне ХХ ст. Его биография лишена очевидных личных драм. Он не был в сомнительных партиях и объединениях, на нем не оставили отпечатки своих лап спецслужбы, он чист от грязи и крови тюрем и лагерей, от подозрений в сомнительных сделках, на которые были вынуждены идти даже самые лучшие люди, чтобы выжить в аду. Он - ах, счастливчик! - оказался свободен не только от подозрительных страниц в биографии и иллюзорных пятен на репутации - он не отягощен привычными для нас моральными травмами. Из-за которых мы, на самом деле, не доверяем друг другу - потому что знаем, как эти травмы управляют нами. И как они - словно осколок зеркала троллей - искажают наш взгляд на мир и друг на друга.

Взгляд Гузара казался нам свежим - в то время как он был просто чист. Иногда, слушая его, я ловила себя на том, что отмахиваюсь от его слов: они же такие наивные!

Но ведь эти "наивные вещи" - это тот "гамбургский счет", который в наших широтах уже давно никто не принимает во внимание, погрязнув в релятивизме - моральном, социальном, политическом, каком угодно. Это те точки опоры, которые помогают отделить грешное от праведного. Те двери, которые выводят из зоны сливающихся оттенков серого туда, где можно увидеть четкую границу между белым и черным. То, что "скрыл от сильных и открыл младенцам" - чистое, незамутненное видение границы между Добром и Злом. То, за что мы, даже став взрослыми, продолжаем любить детские книги: из подсознательного желания взрослого человека - знающего, что "все относительно" - хоть иногда обретать под ногами островки твердой почвы, на которых можно "стоять и не мочь иначе".

Мудрость Гузара - это способность перекинуть мостик из детского мира четких линий в мир взрослого опыта о том, что "нет ничего однозначного". Он не делал для этого ничего особенного и сверхъестественного - он просто оставался собой и собственным примером убеждал нас в том, что "так можно".

Гузар представлял для нас нормальное положение вещей, при котором у человека слова, действия и образ мыслей совпадают. Для этого нужна огромная смелость - неведомая нам, перепрыгнувшим из "совка" сразу в информационное общество, сменив советскую "культуру стыда", опирающуюся на общественное порицание и товарищеские суды, на другую "культуру стыда", выстроенную вокруг поиска популярности любой ценой и жажды "лайка".

"Есть люди, от которых вы отходите с мыслью: как это хорошо - быть человеком!" - говорил Блаженнейший. Каждый, кому довелось побывать рядом с ним, охотно этому поверит. Потому что сам Любомир Гузар был именно таким человеком.

Рядом с Любомиром Гузаром можно - и нужно - было оставаться собой и поступать так, как считаешь нужным. И это не означало бы разрыва: можно - и даже иногда нужно - совершить ошибку и не получить в ответ осуждения. Его точку зрения можно было не принимать, его образ мысли можно было считать - и даже называть вслух - несовременными, наивными, патриархальными. Так же, как он сам когда-то откровенно не соглашался со своим патриархом Блаженнейшим Иосифом Слипым, с ним можно было не соглашаться и даже спорить, и при этом не натыкаться на глухую стену неприятия. Он никогда не искал единомыслия и единодушия - во всяком случае там, где это не касалось церковных доктрин. Ему всегда были интересны другие и другое. Потеряв на закате жизни зрение и почти полностью слух, живя фактически внутри себя, он не терял связи с миром и людьми.

Если, как писал Аристотель, целое - большее, чем сумма его частей, то человек - нечто большее, чем сумма его суждений и биографических фактов. Любомир Гузар мог бы стать классической иллюстрацией этой максимы. Влияние его личности было настолько сильным, что отходя от него, каждый из нас чувствовал - хотя бы смутно - и начинал верить, что быть человеком - это не просто "хорошо". Это достойно.

Больше новостей об общественных событиях и социальных проблемах Украины читайте в рубрике Общество