Общество

Честность. Что Украина может сделать для Анджея Вайды

Уход Анжея Вайды из нашего мира кажется мне обрушением чего-то абсолютно невосполнимого...

Он родился в 1926 году, во время когда Польша восстала из руин, после очень долгого перерыва, который стоил слишком много жизней.

Слушая Фредерика Шопена понимаешь, то чего натерпелись поляки во времена раздела их страны. Но мальчику Анджею повезло лишь закончить семь классов, как вновь, в 1939 году, его страна была разделена старыми врагами.

Только теперь они были еще злее и коварнее.

Убийство его отца в Катыни (или все-таки в Харькове? когда мы об этом точно узнаем?), очень повлияло на Вайду, который продолжал верить в то, что отец жив и обязательно придет и поможет...

Но отец не пришел. Вместо отца пришли "освободители" от которых нужно было скрывать гибель отца, собственную присягу Армии Крайовой и еще многое, многое другое...

Уже первый его фильм "Канал" (который мне повезло увидеть по ТВ, совсем маленьким) - потряс тем жертвенным героизмом и отчаянием, которое запомнил на всю жизнь. Как качество присущее полякам. Уже в этом фильме Вайда показал ядовитое "братство" советского оружия - когда повстанцы упираются в решетку, за которой спасительная, родная Висла, а за Вислой - советские войска. Которые просто тупо ждали, пока немцы уничтожали Варшаву и восставших.

В дальнейших фильмах режиссер бился над одной задачей - понять что делать в безвыходной ситуации войны на два фронта, которую полякам навязывали соседи. "Пейзаж после битвы", "Страстная неделя" столь много говорили о трагедии Холокоста, что никакие современные исследования не умеют сказать.

Кстати - эти фильмы отрицают невозможность говорить на эту тему в советской Польше - Анджей Вайда мог и говорил отлично. По-человечески говорил. Просто показывая людей, такими как они есть. Без героизации, без патетики, без того провинциального обожания "своих", которое столь присуще нашему кино...

А уж то, сколько и как он снял фильмов на темы польской литературы  - достойно Нобелевки. В восхитительные времена "Солидарности" ему удалось снять о Лехе Валенсе. Это всегда очень трудно - снимать кино по горячим следам событий. Но он смог. И его "Дантон" созданный уже в эмиграции - великолепно показывал проблемы революции и революционеров. Во все времена. У нас тоже.

Виктор Ющенко и Анджей Вайда на торжественной церемонии открытия «Дней польского кино в Украине», 2008 г.Фото: УНИАН

Интересным моментом является то, что Вайда как бы не замечал Украины. То, что Виктор Ющенко наградил его орденом Ярослава Мудрого связано больше с общественной деятельностью
режиссера. Конечно, он как интеллигентный человек выступал за примирение, но больше думал о России, как о несомненной проблеме и внушительной силе. Высказывание: "Галстук завязывать - это всё, чему удалось нам, полякам, научить москалей", характеризует его отношение. А то, почему он не видел нас, мне кажется, связано с тайной гибели его отца.

Мы должны раскопать, узнать - случилось ли это все-таки в Харькове, на нашей земле, или таки в Катыни? И чтим ли мы память погибших поляков? Нет, не тех, которые воевали с УПА. Хотя и они воевали за родину и пора бы нам это понимать. А тех, которые жили и строили в нашей стране, которые и сейчас живут. Которые погибли защищая Польшу в 1939-м...

Не могу не сказать. Мою жизнь перевернул фильм Анджея Вайды "Пейзаж после битвы". Сценами расправ над капо в освобожденном концлагере. Сценами объедающихся после голода узников. Тем глубоким одиночеством героя, который собирает книги там где люди убивают друг друга. Нежеланием героя маршировать.

Анджей Вайда на съемках своего фильма "Валенса", 2012 г.

Даже в польской колонне. Той присущей жизни трагедией случая, когда гибнет возлюбленная героя, еврейка, сумевшая скрыть свое происхождения, пережившая все годы нацизма, но погибшая от пули американского солдата...

И тем всесильным взглядом человека, который выбирает свой путь, настаивает на нем, даже в тех ужасающих условиях. И идет туда куда ему нужно. Несмотря ни на какие границы.

Смотрел его на закрытом показе в телестудии Днепра и был потрясен, что такой фильм - скрыт для общего проката. С тех пор мне кажется самым страшным - сокрытие правды, деление информации на то, что "можно" и что "нельзя", всевозможные фокусы с историей, фраза "наши люди не поймут". Поэтому самым лучшим памятником Вайде будет наше стремление говорить о самих себе открыто и честно.

Как он говорил о поляках.