Для тех,
кто не делает
поспешных выводов

Книга книг. Зачем кинозлодеи вооружаются Библией

Воскресенье, 25 Февраля 2018, 14:00
Одно дело убивать, а другое - совершать акт справедливости. Киноманьяки уже давно нашли эффективный способ превратить первое во второе

Фото: riumph30.org

О киношных злодеях весело и забавно говорить, но тяжело и опасно находиться с ними рядом. Прежде всего из-за их убежденности. Мания, одержимость, детские комплексы или жажда мести меркнут перед тем фактом, что некоторые из них вооружились не только ножами и пистолетами, но и цитатами из Священного Писания. Такого злодея с толку не собьешь, сердце не растопишь, зато после встречи навсегда запомнишь те или иные фразы из Библии. Если выживешь, конечно. 

В "Форме воды" Гильермо дель Торо мы как раз сталкиваемся с убежденным садистом Ричардом Стриклендом. Злодейский полковник на свой лад интерпретирует все, что написано в Священной книге. Ему близка ницшеанская концепция мира, его мало интересует поиск Христа, скорее Сверхчеловека. Себя Стрикленд противопоставляет человеку-амфибии, а христианскую символику, в которой рыба играет не последнюю роль, оставляет кому-нибудь более сентиментальному. 

Злодей, чья дорога в ад усыпана благими намерениями, - настолько привлекательный образ, что никакими проклятиями его не вытеснить из кинематографа. Тем более что в качестве защиты у экранных истязателей и мучителей могут оказаться библейские цитаты, томик священного писания и скрижаль в том месте, где у остальных - душа. В ленте "Бегущий по лезвию 2049" Ниандер Уоллес (Джаред Лето) видит себя этаким богом, которому позволительно создавать одних людей, расправляться с другими и, конечно же, цитировать Евангелие.

Впрочем, эту тенденцию можно наблюдать не только в кинематографе. Одна из самых жестоких и кровожадных банд Нью-Йорка Latin Kings отличалась необыкновенной религиозностью. Даже наркотики и оружие они прятали рядом с Библией и распятиями. Эта их особенность не раз помогала полиции.

Чарльз Мэнсон ныне пребывает за тридевять небес, но когда-то он ходил по нашей грешной земле и не только участвовал в убийствах, но и цитировал Библию. Чаще всего - девятую главу Откровения. В 1967 году он отрастил длинные волосы - весь его облик должен был напоминать Христа. Кроме того что Чарли интерпретировал Библию на свой лад, песня Битлз Helter Skelter была воспринята им как намек на четырех всадников Апокалипсиса. А 9 августа 1969-го название композиции появилось на одном из особняков Беверли-Хиллз. Банда Мэнсона кровью пяти убитых, в числе которых была беременная Шэрон Тейт, вывели Healter Skelter. Ошибки сопровождали Чарли всю его жизнь, но не помешали ему стать для кого-то пророком, а для некоторых и святым.

Семь

Желание привести окружающий мир в соответствие с библейскими канонами - вполне благое, но средства для достижения этой цели не всегда таковы. В свое время Гильермо дель Торо отказался от постановки фильма "Семь", тогда как Дэвид Финчер создал одну из самых лучших и самых страшных своих картин.

От мессианства Джона Доу (Кевин Спейси) несет трупным запахом, он наказывает человечество за прегрешения, выбрав жертву, наиболее соответствующую тому или иному пороку. Самопровозглашенный палач имеет четкую систему оценки и продуманные способы возмездия. Хотя изобретательность в наказаниях низводит Джона Доу с пьедестала бунтаря и праведника в седьмой круг ада, где, собственно, и обитают насильники и убийцы всех мастей.

Интересно, что охраняет этот круг Минотавр. Сам Доу превращает город, в котором происходит действие фильма, в лабиринт. Невидимый и неузнанный, он наблюдает за своими преследователями, вместо нити Ариадны дружески протягивая им список собственных убийств.

Как отмечали критики, Джону Доу близко средневековое судопроизводство, наказывающее как тело, так и душу. В этом городе грехов он, пожалуй, единственный, пытается не поддаваться не только духу времени, но и его законам. Так, по мнению героя Кевина Спейси, наказание должно длиться если не вечно, то максимально долго. Закон контрапассо известен нам прежде всего по произведению Данте, и с латинского это слово переводится как contra и patior - "страдают" и "наоборот". Соответственно, мучения жертв, о которых нам рассказывает фильм "Семь", полностью повторяют и умножают грех, в котором обвиняется убитый.

Взаимодействие двух полицейских - старого и молодого, не могут не вызывать аллюзии на отношения Вергилия и Данте. Путешествуя по дождливому городу, наблюдая иллюстрации наказаний за пороки, главные герои сами подсказывают нам название этого загадочного места - Ад, который можно лицезреть при жизни.

Изобретательный праведник-садист сегодня все чаще встречается в сериалах. Так в "Декстере" мы видим персонажей, стремящихся приблизить Апокалипсис. Цитируя Библию и превращая людей в мертвые декорации, маньяки попадают в руки такого же убийцы, только облаченного полицейской властью.

Благими намерениями

В 1962-м французский режиссер Жюльена Дювивье снял картину "Дьявол и десять заповедей", где в семи эпизодах были представлены все известные грехи. Дювивье не ограничивал себя одним жанром, демонстрируя универсальность Библии. Но если уж мы говорим об отрицательных персонажах, цитирующих Священное Писание, то невозможно обойтись без личности Ларса фон Триера.

Один из самых безжалостных режиссеров современности использует библейские сюжеты и фразы как иглы, которые загоняет под ногти одним своим героям, или как карающий меч, который вкладывает в руки другим. Сам фон Триер считает, что десять заповедей соблюсти невозможно, и что людям приходится всю жизнь изворачиваться. Как пример он говорит о евреях, которые не имеют права пользоваться электричеством в субботу, но обходят закон, чтобы посмотреть телевизор - "это делает людей изобретательными".

Критики христианства создают свой собственный образ приспешников Бога. Например, проповедника Дольфа Лундгрена в "Джонни-Мнемоник". Кроме Библии, у него есть привычка убивать со словами "Покайтесь, грешники". Если кому-то такой персонаж пришелся не по душе, то сам Лундгрен был от него настолько в восторге, что поставил фильм "Миссионер" с собою в главной роли - вооруженный цитатами из Священной книги, его персонаж разъезжает на байке и восстанавливает справедливость наиболее радикальными методами.

Картина "Легион" (2010) и вовсе отдана на откуп ангелам, которые творят в ней что пожелают, но прежде всего стараются расправиться с людьми. Доброму Михаилу здесь противопоставляется злой Гавриил. Каждый из них, естественно, вооружен не только карающим оружием, но и библейскими цитатами, а образ безжалостного Бога к концу фильма сменяется образом Бога милосердного.

В римейке братьев Коэнов "Жестокая хватка" мстительная девочка знает цену жизни и смерти. Знает, что каждое чудо в Священном писании всегда искупается кровью тысячи жертв. И здесь уместно вспомнить героев картины "Нефть" - оригинальное название "И будет кровь" (Исх. 7:19). Религиозная одержимость и жажда наживы, когда надо, впрягутся в одну упряжку, в то время, как душа и тело каждого из персонажей этой драмы уже давно находятся не в ладах друг с другом.


У Серджио Леоне мы путаем, кто хороший, кто плохой, а кто просто злой. Падре в самом известном вестерне режиссера может служить лишь потому, что у него есть брат-бандит Туко (Илай Уоллах). В ленте "На несколько долларов больше" такой же разбойник проповедует с церковной кафедры, а другой убийца берет в руки Библию, чтобы его приняли за священника.

Чаще всего писание цитирует сатана, будь это "Сердце Ангела" или же картина "Адвокат дьявола". В последней герой Аль Пачино сообщает, что его любимый грех - тщеславие. Наряду с гордыней эта напасть обычно преследует церковников, превращая их в самых отвратительных персонажей. В ленте "Имя розы" все построено на цитатах из Библии, даже убийства. А в произведении Вернера Херцога "Агирре гнев божий" из-за этой книги расправляются с индейцем - он не готов принять и понять Священное писание.

В "Криминальном чтиве" Квентина Тарантино на самом деле двое убийц, цитирующих Библию. Первый - Джулс Уиннфилд (Сэмюэль Джексон), а второй подмигивает нам из комикса Питера О'Доннелла "Модести Блэйз". Между тем Джулс, который каждое свое преступление сопровождает библейской фразой, позволяет себе вольности - дело в том, что Тарантино вплетал в цитаты из Священного писания собственный текст. Этот прием он заимствовал у одного из своих любимых кинематографистов Жан-Пьера Мельвиля, который таким же образом подшучивал над "Бусидо". Герой "Криминального чтива" перерождается, когда произносит библейскую фразу, но уже не способен убивать.

Мыс страха

Роберт Де Ниро и Мартин Скорсезе создали героя, у которого цитаты из Библии в голове, на языке и даже на теле. Он сам как Священная книга, в которой нашлось место жестокости, убийствам, сексуальным перверсиям и способности чудом оставаться живым. Только милосердие недоступно Максу Кэди из ленты "Мыс страха".

Де Ниро пытался в этой роли переиграть своего предшественника Роберта Митчема. В оригинале 1962 года мы видим человека-зверя, который полностью соответствует цитате Самуэля Джонсона he who makes a beast of himself (тот, кто превращается в зверя, избавляется от боли быть человеком).


Концепция Де Ниро о том, что такую же силу может дать Библия, стала главным достоинством картины. Готовясь к роли, актер не только проводил много времени на тренировках, но изучал различные религиозные течения. Из всех книг актер выделил Библию короля Джеймса. Он прочел несколько переводов Библии, конкорданс, Книгу Иова Стивена Митчелла, а также труды о пятидесятничестве. Как известно, пятидесятники придают особое значение Крещению Святым духом. Этот момент был использован, когда Макс Кэди отправляется за борт. Хотя Де Ниро решил, что его герой - пятидесятник, ему следовало бы знать, что для этого течения характерно "непротивление злу" (согл. Мф. 5:38-40).

Диссонанс между цитированием Библии и жестокостью того, кто ее цитирует, стал причиной ужаса зрителей и превратил картину в хоррор-классику. Сам актер тесно сотрудничал со сценаристом, предлагая те или иные фразы из Священного писания. Так же активно он участвовал в создании татуировок, которые украшали тело его героя. Единственная настоящая - это изображение пантеры на правой руке, остальные сделаны с помощью пищевого красителя.

Кроме Священной книги Макс читает труды Ницще. Он - идеалист, которого невозможно убедить, а можно только убить. И то не сразу.

Ночь охотника

Но самый прекрасный и в тоже время издевательский образ злодея с библейскими цитатами на устах появился в единственной режиссерской работе Чарльза Лоутона. В свое время Лоутону довелось быть проповедником - возможно поэтому в картине так много черного юмора. Руки главного героя "Ночи охотника" с татуировками "Любовь" и "Ненависть" знакомы каждому киноману.

Подобно отцу Федору из "12 стульев" мизогинист-проповедник Гарри Пауэлл (Роберт Митчем) узнает о чужом сокровище и тут же решает присвоить его себе. Впрочем, о сущности этого персонажа мы узнаем из фразы, заявленной в начале фильма: "Берегитесь лжепророков, которые приходят к вам в овечьей одежде, а внутри суть волки хищные. По плодам их узнаете их". Эту цитату из Библии можно отнести ко всем персонажам данной статьи.

Пауэлл - не только один из самых страшных, но и самых смешных лжепроповедников. В одной из сцен он пытается объяснить значение татуировок на своих руках, ради чего имитирует борьбу между ними, в которой, естественно, побеждает рука с надписью "Любовь". Но дело в том, что для него это понятие всегда связано с похотью, будь перед ним стриптизерша, жена или ребенок. Похоть в его случае можно победить лишь убийством. И Библия для него на самом деле фарисейское прикрытие.

Фильм Лоутона похож на детский кошмар. Но ведь и книга книг - это такое сочетание чудес и ужаса, от которых никуда не уйти и не скрыться. Остается только цитировать Библию и надеяться.

Больше новостей об общественных событиях и социальных проблемах Украины читайте в рубрике Общество