Новые правила игры. Спецконфискация не остановится на «деньгах Януковича»

Чужие уроки. Запад похвалит Украину за экспроприацию награбленного

Приняв закон о взыскании в доход государства необоснованных активов, Верховная Рада лишь реализует конвенцию, которую она ратифицировала еще в 2009 г. Это конвенция ООН против коррупции, успешно применяемая в целом ряде стран

Фото: trbimg.com

Старый законопроект о спецконфискации, принятый в первом чтении в марте этого года, сыграл злую шутку с новым проектом, предложенным ему на замену. Один из авторов старого проекта, Сергей Пашинский, уверял с парламентской трибуны, что "этот закон - абсолютная калька с европейских законов, в частности с итальянского, который четко прописывает процедуру специальной конфискации". Но как раз европейцы и забраковали тот проект. Теперь, когда уже о новом проекте министры рассказывают, что он прошел экспертизу Европейской комиссии, им не слишком верят.

Между тем в отличие от проекта Пашинского и соавторов новый проект имеет основу, к которой европейцы не могут придраться в принципе, поскольку это - конвенция ООН против коррупции, вступившая в силу 14 декабря 2005 г. Она сконцентрировала в себе мировой опыт взыскания в доход государства необоснованных активов (такое взыскание в мировой практике правоприменения имеет устоявшееся название Non-Conviction Based Asset Forfeiture). В ее ст. 54 записано, что "каждое государство-участник... рассматривает вопрос о принятии мер, какие могут потребоваться для того, чтобы создать возможность конфискации такого имущества без вынесения приговора в уголовном порядке по делам в том случае, когда преступник не может быть подвергнут преследованию по причине смерти, укрывательства либо отсутствия или в других соответствующих случаях".

На данный момент участниками этой конвенции являются 180 государств, Украина ратифицировала ее 2 декабря 2009 г. Однако ратификация еще не означает реализацию. В число стран, где действует (и предусмотрена законодательством) конфискация вне уголовного производства, входят, например, США, Канада, Антигуа и Барбуда, Колумбия, Австралия, Фиджи, ЮАР. В Европе - Великобритания (а также коронные владения британской короны - Джерси, Гернси, остров Мэн), Ирландия, Швейцария, Лих­тенш­тейн, Словения, Албания. В Азии - Израиль, Таиланд, Филиппины. Как видим, это страны, активно старающиеся избежать роли прачечной для чужих грязных денег, а также государства, желающие дать решительный бой внутренней коррупции. Украины в этом списке до сих пор нет.

Принятие законопроекта о взыскании в доход государства необоснованных активов будет важным шагом для имплементации конвенции ООН. Однако для достижения желаемого эффекта нужно, чтобы заработало Нацагентство по вопросам выявления, розыска и управления активами, полученными от коррупционных и других преступлений.

Поучительным для Украины может быть опыт Ирландии, где в 1996 г. были приняты два закона: о доходах от преступной деятельности и о Бюро уголовных активов (Criminal Assets Bureau). Ценным подспорьем для Бюро оказалась норма налогового кодекса, согласно которой может облагаться налогом прибыль, полученная от преступной деятельности.

За первые 10 лет деятельности Бюро были заморожены активы стоимостью более 70 млн евро, а поступления налога на прибыль от преступной деятельности превысили 100 млн евро. И это при том, что население Ирландии в 10 раз меньше украинского, а уровень коррупции там гораздо ниже, чем у нас.

Ирландская модель (с налоговой компонентой) оказалась одной из самых эффективных в мире. Взыскание активов и налогообложение преступной прибыли служат мерой сдерживания для тех, кто рассчитывает на доходы от преступной деятельности, и вдобавок сокращают объемы средств, доступных для осуществления преступных операций, а следовательно, подрывают влияние дельцов-преступников.