Для тех,
кто не делает
поспешных выводов

Деглобализация и дезинтеграция. Зачем Трампу тарифные войны

Воскресенье, 8 Июля 2018, 16:00
Поближе к выборам-2020 Трамп снизит градус кипения и объявит о том, что достиг уже "лучших" условий торговли, о которых прожужжал избирателям все уши

Фото: shutterstock.com

Еще в конце мая нынешнего года президент Трамп ввел, как и обещал, новые (существенно повышенные) импортные тарифы на канадскую, европейскую и другую сталь. В том числе и на украинскую продукцию, хотя наша доля американского рынка объективно мизерна. Причем по целому ряду причин как субъективных (таких как многолетнее нежелание хозяев украинских металлургических комбинатов модернизировать предприятия), так и объективных, таких, например, как давно обострившаяся на этом мировом рынке конкуренция, отчасти - иная специализация ряда значимых предприятий. Такое подчеркивание национальных особенностей сегодня является неизбежным, хотя бы в силу того, что "хищное" поведение Трампа задает иные, во многом забытые ориентиры всему международному рынку.

Вредный президент

К примеру, Украине выгодна вялотекущая, со множеством реверансов торговая война между США и Китаем, хотя бы потому что создала и расширяет нашу нишу в агропромышленном импорте в КНР и наращивает текущую в Украину из Поднебесной валютную выручку, перемещает и двигает другие кирпичики нашей ориентированной на экспорт экономики. Подчас самые неожиданные. Однако в данном случае (и стратегически) основное внимание приковано именно к происходящему в Америке и ее, как когда-то привычно было говорить, "геостратегическому окружению", ныне, кажется, непринужденно разваливающемуся.

Поскольку это окружение - торговые и военно-политические партнеры США - является скорее ведомым, реагирующим на шаги Вашингтона, то ему в целом приходится играть в лучшем случае роль второстепенную. Конечно, союзные Европа и Великобритания, Япония и другие бенефициары глобализации возмущены происходящим и пытаются парировать, да вот беда, выбирать им все равно придется между США и Китаем, даже не Россией, чей потребительский рынок мал, а страна интересна лишь с точки зрения извлечения полезных ископаемых.

Несомненно, тарифное решение Трампа было сиюминутно выгодным, по крайней мере, в рамках логики так называемого трампистского движения (стоит ли называть его консервативно-популистским - пока неясно, политологи спорят, поскольку в нем существует множество оттенков) внутри Республиканской партии, как ее официальных активистов, так и "попутчиков".

Ведь считается, что те, кто проголосовал за Трампа в 2016 г., обеими руками поддержал в том числе именно такую политику. Однако экономисты так называемого "мейнстрима", речь о сторонниках макроэкономического равновесия, которое в данном случае, как концепцию, уместно упростить до поговорки "где-то убудет, где-то прибудет", пылко уверяют, что подобные решения президента вредны. Вместе с тем необходимо напомнить, что эта экономическая школа в глобальном масштабе, но прежде всего в США, отчасти тяготеющая к крайне своеобразному "неолиберализму", в рамках которого госаппарат должен служить бизнесу, а отчасти к "неокейнсианству", то есть социал-демократии, болезненно промахнулась мимо кризиса 2008 г.

Позднее, в период президентства в США Барака Обамы, для обуздания кризиса применялись - и удачно - стабилизирующие инструменты, идеологически левого характера. Которые, несомненно, постепенно восстановили экономику США и по ряду как субъективных, так и внешних причин отправили ее в долгосрочный рост. Но при этом способствовали ускоренному изменению ее природы, формированию постоянно расширяющегося разрыва между вовлеченными в глобализацию побережьями и огромной американской глубинкой. Неумышленно, этак походя. Американцы не дождались возвращения к уровню доходов и потребления 2007 г. Новая экономика оказалась тонким слоем масла, размазанным по глобальному бутерброду. Традиционные профессии, большие страты общества начали выбывать из экономики, мало что получая взамен.

Теперь, проиграв, возможно и временно, хоть и неслучайно, во внутренней американской политической борьбе, но сохраняя довлеющее влияние в СМИ и в среде так называемой "экспертократии", сторонники участия США в системе сбалансированной мировой торговли говорят о следующем. На их взгляд, возрождение и повышение тарифов причинит большой ущерб экономике страны в целом. В том числе и, возможно, в первую очередь тем самым избирателям, жителям тех территорий, которые больше всего потеряли из-за сокращения рабочих мест в промышленности. Ведь, и здесь трудно не согласиться, старые рабочие места не вернутся: две трети из них пропали из-за роста производительности труда, а еще часть - от перемещения производств внутри Америки. То же автомобильное производство из Детройта переместилось не столько в Китай и Мексику, сколько в Алабаму и Северную Каролину.

Разрулить между собой

В американской публицистике сейчас идет возмущенная дискуссия, мол, "мы вводим тарифы на продукцию наших союзников", однако это-то как раз неважно: импортные тарифы на товары "стратегического противника", Китая, так же вредоносны для американской экономики. Но раз начав, остановиться трудно, пока не грянет новый кризис (и не этого ли добивается Трамп, как считают некоторые?). По иронии судьбы, стратегией оппонента Трампа в 2020 г., похоже, может стать программа "за тарифы только против Китая", а не "за свободную торговлю".

Пока что настоящая война только вначале и мало отражается на показателях, так, Силиконовая долина возмутилась преградам на пути продукции низкого передела из Китая в США. Похоже, от этого выиграют скорее Южная Корея и сам Китай, масштабно обманывающий американцев на технологиях, но как прогадать на заваливании рынков мира своими гаджетами?

Практически все академические экономисты считают, что тарифы наносят огромный ущерб американской экономике. В 1930 г. целая тысяча экономистов подписала письмо в Конгресс против протекционисткого закона, тарифа Смута-Хоули. Но их усилия были тщетны. Тарифы были введены, они усилили и продлили депрессию. Что самое интересное, в этом моменте американские левые интеллектуалы не выгораживают Франклина Делано Рузвельта, которого их главные противники, консерваторы и ультраправые либертарианцы, традиционно всячески поносят, сравнивая чуть ли не с Гитлером и Сталиным, идолами тотальной государственной концентрации. Не говоря уже о том, что заградительные тарифы внесли вклад в европейскую сначала хозяйственную, а затем и политико-культурную катастрофу.

А ведь похоже, что Америка движется в новые тридцатые, но в Европе не до конца осознают опасность, перемигиваясь с привычными российскими коррупционерами, толкаясь на континенте и занимаясь своими сомнительными и довольно детскими играми... Вроде ответных 25%-ных пошлин на американскую продукцию - виски, сигареты, джинсы, лодки и мотоциклы. На целых 2,8 млрд евро, между прочим.

По иронии судьбы, если и есть в мире самодостаточная экономика, то это США, а соответственно, никакая тарифная политика не оставит американцев голодными и босыми. И даже не оставит их без работы. Просто цена обычных товаров взлетит в разы. Такая перспектива обсуждалась еще в ходе первых дискуссий в отношении изменений торговой политики на заре президентства Трампа, на примере производства джинсов в США и Мексике (где к власти рвутся разозленные Трампом радикалы). Однако в силу личных интересов семьи Трампов в управлении брендами текстильной отрасли, в частности в странах Юго-Восточной Азии и даже самой Поднебесной, дискуссия быстро и тихо сошла на нет. И здесь подчеркнем: кого-кого, а Китай Трамп в G7 пригласить и не подумал - поскольку Россию он рассматривает как заведомо слабого игрока.

Но как провозглашение торговой войны, от которой веет прошлыми веками, способно изменить все еще существующий постбиполярный глобальный порядок, главная черта которого - коллективное доминирование Запада?

А так, что Трамп пока не может определить, зачем ему та же G7, иначе не устраивал бы демаршей, специально подгаданных к мероприятиям форума. Оно, конечно, существует и более прозаичный набор мотивов - туман вокруг характера 45-го президента уже порядком рассеялся, и многие его "микроманевры" становится нетрудно разгадать. Так, очевидно, что его вывел из себя сам факт проведения саммита в Канаде, с которой идет тяжелый торг по условиям сохранения соглашения НАФТА, причем дело движется к фактическому его роспуску. Казалось бы, это детская реакция (проведение форума в Канаде выглядела как неожиданная и ненужная уступка Оттаве - могли бы съехаться и к Трампу в Мар-а-Лаго!), но президент США "повернут" на двусторонних соглашениях и вопросах престижа.

Далее - Трамп, как и Путин, не любитель выходить из зоны комфорта, а в рамках G7, по сути, у него вообще нет "приятных собеседников" (итальянский премьер и тот оказался "слабоват в коленях"). Со всеми участниками группы у Дональда сложились некие рукотворные противоречия.

Думается, он недоумевает, почему нельзя ее распустить и вновь встретиться с по-настоящему "крутым парнем" вроде Си Цзиньпина, который замечательно разрулил вопросы его дочери в Китае, как алаверды за выведение из-под санкций ZТЕ.

То, что Китай не входит в эту группу по такой незначительной причине, как отсутствие демократии, а также что ВВП на душу населения в КНР все-таки пока далек даже от показателей штата Миссисипи, явно воспринимаются нынешним президентом США как досадные и нелепые ограничения.

Остается троллить других членов этой организации, с которыми и так приходится вынужденно общаться чуть ли не ежедневно - и почему бы не подергать за намечающиеся бакенбарды того же Эммануэля Макрона, который еще и осмелился непочтительно пройтись по твитам самого Трампа, не без основания считающего себя первым твиттер-президентом в мире?

Рационально говоря, в рамках своей линии, относительно каковой глава американского государства преимущественно последователен, он побаивается, что его вынудят подписать какой-либо документ, включающий поддержку политики борьбы с глобальным потеплением и окончательного, так сказать, раскрепощения мировой свободной торговли (хотя, справедливости ради, Трамп "как бы предложил" обнулить вообще все пошлины).

Распустить G7

Впрочем, такого коварства со стороны европейских "партнеров" (отметим, что их почти в том же смысле аттестует "партнерами" и Владимир Путин) и чем-то вечно недовольной Японии, которая почему-то не хочет купить у Трампа пару ракет взамен пребывания в стране американских военных баз, явно удалось избежать. И намекнуть на свое видение мироустройства.

Есть США, есть Китай, есть клиенты, союзники не нужны. Есть те, кто приносит Америке деньги и делает уступки, и есть халявщики, которых надо наказать пошлинами. В первую очередь это Германия, "бесстыдно" заваливающая США своими автомобилями и покупающая российский газ вместо американского. А также просто враги - вроде Ирана. Вот примерно так выглядит ментальная карта мира Трампа, умещающего на ней и личное - свои отели, производства своей дочери, сделки своего зятя и его родственников. Правда, ему, вероятно, не приходит в голову, что он способен объединить влиятельных игроков против США. Причем Россия особо не понадобится.

Если стратегические, военно-политические темы, а также инструментарий санкций в той мере, в которой он способствует болезненным подножкам в адрес любых торговых конкурентов, Трамп отдал на откуп Нацбезу, Пентагону и Госдепу (равно как, на наше счастье, и украинскую повестку), то тактику, такую как тарифная политика, он оставил себе. И, конечно, пока что непотопляемому торговому советнику Питеру Наварро. Которому, правда, пришлось извиняться перед канадским премьером Джастином Трюдо, в то время как главный экономический советник президента слег с сердечным приступом.

Отсюда и следует, что в широкой панораме такого специфического (а то, что он маневрирует среди рифов, президент США только начал, похоже, понимать, с удивлением реагируя на ответные меры) курса и впрямь не очень ясна ценность G7 для нынешнего Белого дома. В целом оно, конечно, понятно, что слишком драматизировать сложившуюся ситуацию не стоит - действующая администрация пообтесалась, сработалась, адаптировалась и стала удачно купировать и амортизировать те или иные шаги и филиппики хозяина Белого дома. Но не в политике воздвижения барьеров в стиле тридцатых годов.

Очевидно, что, несмотря на то что он (более масштабно) делает в торговле США практически то же, с чего начинал и Буш-младший, Трампа не удастся "укачать" так же, как глубокому государству удалось сделать это с его партийным предшественником. Дональд будет яриться и гореть, когда искренне, а когда и на публику, пока в нем будет оставаться энергия. Время на дворе - другое, другая сегодня и Республиканская партия, вовлекшая часть традиционных избирателей демократов, другая ныне и расколотая между богатыми и глубинкой Америка. И президент с таким драматическим талантом обязан играть разные роли для все более фрагментированных аудиторий.

Подобным образом выглядит сегодня и планета - более того, пришла эпоха самых фантастических сценариев, ведь нельзя исключать союза Европы, Канады и Юго-Восточной Азии против протекционистских США и геополитически одинокой РФ. На этом фоне американские (или русские) горки Трампа на сцене G7, чей месседж сегодня откровенно расплывчат, могут оказаться меньшим из зол. По сравнению с той русской (или американской?) рулеткой, в которую продолжают играть ведущие ядерные державы, так как будто всей послевоенной истории, на тучном своем излете породившей G7, вовсе никогда и не было.

Россия с ее умирающей экономикой и социальной моделью будет рада оказаться пристяжной к Европе без предварительных условий - лишь бы было куда продавать газ, а атака против офшоров немного утихла. Это, однако, не сможет быть возвращением к обычному бизнесу. Отдельную политику проводит теперь Великобритания, а выбор Москвы в пользу Берлина переквалифицирует Путина в глазах Трампа из любопытного персонажа во враги. Что именно выгодно Украине - сказать не так и просто, поскольку внешняя политика США сегодня имеет двойственную природу, и в ее военно-политической плоскости Киев практически все устраивает.

Но пока Дональд вплотную занялся Китаем - 19 июня он объявил, что готов обложить 10%-ными пошлинами импортируемые китайские товары на сумму $200 млрд, а также об алгоритме дальнейших ограничений. Белый дом указывает, что новые пошлины "вступят в силу по завершении юридических процедур, если Китай не изменит своих действий, а также в том случае, если он будет продолжать введение новых тарифов сверх тех, о которых уже объявил". Ранее Трамп уже анонсировал введение 25%-ных пошлин на китайские товары стоимостью $50 млрд, Пекин ответил тем же в отношении импортируемых американских товаров. США обвиняют Китай главным образом в завладении американской интеллектуальной собственностью. Так на карту барьеров вместо прозрачных границ накладывается теперь и другая модель.

Фунт вместо доллара?

Агрессивная торговая политика Америки Трампа в ближайшее время явно не изменится, равно как и его стремление к двусторонним и тактическим соглашениям (эту склонность лишь "усугубляет" фигура советника Джона Болтона, сторонника концепции о приоритете интересов США над любыми обязывающими коллективными пакетами). В какой-то степени, хотя сегодня так далеко никто особенно не заглядывает, текущую ситуацию может смягчить или модифицировать изменение баланса сил в Конгрессе к концу года, но пока шансы оппозиционных демократов на успех довольно туманны.

Ведь, во-первых, дело о вмешательстве России в американские выборы (сам факт такого вмешательства уже не оспаривается) продолжает набухать в разных направлениях, поглощая ресурсы правоохранительных ведомств и энергию либеральных СМИ, но способно ли оно "похоронить" под собой 45-е президентство - неизвестно.

Во-вторых, зацикленность левого фланга на теме секса во всех его проявлениях отнюдь не расширяет базу поддержки демократов, и уже вызывает изжогу и скуку, не меньшую, нежели "твиттер-выступления" Трампа. Отсюда и необходимость рассчитывать на продолжительность нынешнего курса, временами напоминающего сознательный слом существующего глобального порядка самими же США.

Конспирологи левого и ретроиндустриального направления вещают о том, что действующая администрация инспирирует, вот всеми этими своими виражами, новый затяжной глобальный кризис, и все ради масштабного перезапуска собственной промышленности. Что-то из этого, в общем, читается в риторике и некоторых решениях Белого дома, но, скорее всего, в таком подходе много лишнего.

В Америке и впрямь конкурируют разные хозяйственные и идеологические группировки, но все же это соперничество не покидает границ разумного, поскольку США представляют собой средоточие многопрофильных транснациональных конгломератов, контролирующих производственные и дистрибьюторские цепочки в большинстве стран мира. При желании США (возможно, будучи единственной такой страной на Земле) могут, конечно, закрыться и существовать в режиме экономической автаркии. Но цена такого de-linking ("самовыпиливания") будет просто неподъемной, сам процесс займет даже не годы, а десятилетия, а доллар в итоге потеряет, к радости или к несчастью мечтающих об этом маргиналов, статус мирового коэффициента обмена, главной резервной валюты.

Такое место пусто не бывает, так что этот статус быстро вернет себе фунт стерлингов. Не зря замгоссекретаря США по Европе и Евразии Уэсс Митчелл в ставшей уже знаменитой речи в Атлантическом совете внезапно заявил о центральной роли Великобритании в политической географии Запада "и после Брекзита". А может, это будет ныне многострадальное евро, многообещающий - все еще - юань, или, чем Шива не шутит - индийская рупия. Но это, так или иначе, на данный момент - лишь далекоидущие фантазии.

Своего рода глобальная смута не отменяет того факта (и это куда красноречивее подтверждает именно украинский опыт, не говоря уже о греческом), что Бреттон-Вудские институты - МВФ, Всемирный банк, ВТО - и их сиамский близнец, Федеральный резерв США, продолжают находиться в центре мировой финансовой системы. И лишь наращивают обороты, невзирая на эскапады Белого дома и его тарифную гонку с препятствиями.

Потому что при всем своем, пусть даже весьма вероятном желании, - это правительство США зависит от настроений Уолл-стрит, а не наоборот. В противном случае мы говорили бы о дирижизме в американской внутренней политике, а это именно то, с чем трампистская часть консерваторов и сам ее вождь и кумир призывали и призывают всячески бороться.

Все вышесказанное, между тем, не означает, что Трампу, его ближайшему кругу и "ядерному" избирателю не хотелось бы сломать глобализацию, вернувшись в никогда не существовавшее "старое доброе прошлое" (правда, Рейган с их точки зрения тоже был "глобалистом", но Трамп косплеит его даже с "Космическими войсками"), когда мир внутри и вовне Америки, казалось, был попроще.

Такое возвращение, однако, невозможно уже чисто технически и технологически. Это рациональной частью сознания понимает сам американский президент, чья семья ведет дела по всему миру и который никак не воспротивился повышению потолка заимствований, чем разочаровал правых либертарианцев, частично все еще продолжающих подыгрывать ему из конъюнктурных соображений, но уже с ноткой усталости.

В определенный момент и это, по-видимому, если не произойдет форс-мажоров, случится поближе к выборам-2020, Трамп снизит градус кипения и объявит о том, что достиг уже "лучших" условий торговли, о которых прожужжал избирателям все уши. Ведь второй раз на "хайпе" и обвинениях (теперь уже некого корить) переизбраться, по крайней мере в Америке, явно невозможно, разве что демократы оплошают с кандидатом.

А вот новый мировой кризис - сегодня в этом смысле мир с тревогой следит за Италией - может, увы, и грянуть. Тогда глобальная финансовая власть вновь придет на выручку "реальному сектору", мягко отодвинув в сторону взрослых детей, любящих ломать игрушки... А пока что Трамп верит, что, разрывая спутавшийся вокруг консервативного "Града на холме" невод глобализации, он способен не пустить новый кризис в США и пересмотреть в пользу Америки все сделки на свете.

Больше новостей о событиях за рубежом читайте в рубрике Мир