Для тех,
кто не делает
поспешных выводов

Капкан для инвестора. Нужен ли Украине налог на выведенный капитал

Четверг, 5 Июля 2018, 12:00
Фискальная революция, оторванная от остальных реформ, вместо инвестиционного бума грозит вылиться только в бюджетные потери и дальнейшее усиление налогового давления

Фото: shutterstock.com

Уже со следующего года в Украине может появиться новый налог - на выведенный капитал. Соответствующий законопроект внес в Верховную Раду Петр Порошенко. Он должен заменить неэффективный, по мнению власти, налог на прибыль. В АП и в Минфине признают, что в первые несколько лет действия этого налога бюджет понесет колоссальные потери, но которые сторицей вернутся новыми инвестициями
и оживлением деловой активности. Тем более что и развитые страны сейчас активно раздумывают над похожими принципами налогообложения. Что же может пойти не так в украинских реалиях?

Откуда возьмутся инвестиции в производство

На первый взгляд, новый налог для бизнеса имеет сплошные плюсы. Действующий сейчас налог на прибыль по ставке 18% необходимо уплачивать каждый отчетный период. Налог на выведенный капитал - только при распределении полученного компанией дохода. Скажем, по ставке 15% облагается выплата дивидендов физлицам или юрлицам-нерезидентам. Правда, чтобы у компаний не было соблазна и дальше оптимизировать налогообложение, по всем операциям, которые могут быть "схемными", устанавливается повышенная, 20%-ная, ставка налога. К таким операциям, к примеру, отнесены выплаты нерезидентам по договорам страхования и перестрахования. Именно так в свое время из Украины были выведены немалые суммы.

Но минимизировать вроде как никому и не захочется. Потому что наконец сами оптимизационные схемы станут дороже, чем честная уплата налогов. Идея налога на выведенный капитал такова: пока деньги крутятся внутри бизнеса - не нужно платить налог и отчитываться о проведенных операциях. А это не только хороший стимул для инвестирования в производство, но и колоссальная экономия на ведении отчетности. А в наших условиях - еще и на откатах контролерам, вынужденных переплатах и судебных издержках.

"Когда налоговики проверяют налог на прибыль, их задача - выяснить, не занижена ли база налогообложения (финансовый результат), например, за счет вычета искусственных затрат. Собственно, формирование затрат и, как результат, размер уплаченного налога - основной источник конфликтов между предприятиями и налоговой и возможность налогового давления. Оспаривать доначисления теперь дорого, поэтому компании чаще закрывают проверки "полюбовно" согласованной с налоговиками суммой. Долгие годы такой практики привели к тому, что предприятия стали очень осторожными в формировании и маскировании затрат. После введения нового налога манипуляции с затратами теряют смысл: налог будет взиматься не с финансового результата, а с операций по выплате прибыли собственникам бизнеса. Это уменьшит и количество бумажной работы, и время, которое бухгалтерии тратят на подготовку налоговой отчетности. Это уже не говоря о расчете "налоговых разниц" - корректировок финансового результата по Налоговому кодексу, начислении авансовых взносов и прочих бухгалтерских упражнениях", - говорит Оксана Кобзар, управляющий "Адвокатского бюро", налоговый советник Axon Partners. Для крупных компаний экономия на ведении налоговой отчетности, по оценкам экспертов, будет сопоставима с суммами уплачиваемого налога.

Фискальная революция не просто станет стимулом для реинвестирования собственных средств, но, в идеале, еще и поможет привлекать внешнее финансирование: раз не надо химичить с финансовым результатом, значит, можно не врать и в отчетности, отказаться от двойной бухгалтерии. То есть инвестору, банку, кредитору, акционеру, партнеру можно будет, не опасаясь, предъявить реальные финансовые показатели бизнеса. А они при нынешней налоговой системе могут быть куда выше, нежели нарисованные в отчетах.

"Особо выгодным нововведение может быть предприятиям малого и среднего бизнеса, которые не используют иностранное финансирование, не имеют иностранных материнских компаний, - говорит Игорь Реутов, руководитель департамента Gramatskiy &Partners. - Ведь они, по сути, освобождаются от уплат налога на прибыль и получают дополнительные оборотные средства за счет экономии на налогах".

Выгода государства - в экономии на налоговом администрировании и контроле. "Проверять компании станет гораздо легче - по банковским транзакциям", - уточняет Оксана Кобзар. Не говоря уже о том, что в будущем, теоретически, сильно уменьшится и число конфликтов между налоговой и бизнесом, что также разгрузит суды.

Бизнес на убытках уйдет в прошлое

Впрочем, новый налог имеет и обратную сторону медали. Его действие, по крайней мере на первых порах, будет выгодно далеко не всем. В числе первых пострадавших окажутся убыточные предприятия. "Особенно ощутимым это будет для предприятий, накопивших значительные суммы убытков", - говорит Андрей Реун, руководитель налоговой практики ЮФ EVRIS. Сейчас на сумму понесенных ранее убытков можно уменьшить налогооблагаемую базу. После реформы все отношения между налогоплательщиками и бюджетом фактически предлагается начать с чистого листа. Значит, и платить придется всем в оговоренных законодательством случаях. Исключения сделаны только для банков. Но, по данным Госстата, доля убыточных предприятий по итогам сентября 2017 г. составила 29,7%.

"Определенные потери грозят и налогоплательщикам, которые уплатили авансовые взносы по налогу на прибыль при выплате дивидендов, но не успели использовать такие авансовые взносы путем зачета против налоговых обязательств по налогу на прибыль предприятий", - дополняет Андрей Реун.

Как ни парадоксально, но новая система налогов может быть невыгодна и компаниям с иностранными инвестициями. "Зачастую такие компании консолидируют отчетность на уровне группы, учитывая убытки, задекларированные украинскими компаниями. Также они используют внутригрупповые платежи (процентные займы, роялти) для структурирования финансовых потоков внутри группы. Введение налога на выведенный капитал нивелирует учет убытков на уровне украинской компании, что может повлечь увеличение финансового результата в консолидированной отчетности группы и размер подлежащего уплате налога. При этом компании уже не смогут воспользоваться пре-имуществами подписанных Украиной конвенций об избежании двойного налогообложения. Ведь формально эти договоры применяются только к налогу на прибыль", - рассказывает юрист Галина Мельник.

Скорее всего, для перестраховки предприятия не сразу откажутся и от сложной системы ведения учета. Во-первых, законопроект содержит довольно внушительный перечень хозяйственных операций, приравненных к выводу капитала, то есть подлежащих налогообложению. Во-вторых, устанавливает зависимость размера уплачиваемого налога от контрагента (связанное лицо или нет) и соответствия цены контракта рыночной конъюнктуре (так называемой обычной цене). В-третьих, предоставляет налоговикам право в любой момент поинтересоваться финансовой кухней компании, чтобы проверить правильность примененной налоговой ставки. Поэтому, чтобы аргументировано отстаивать свою позицию, предприятиям придется вести бухгалтерскую и финансовую отчетность.

"Налоговая получит больше прав по контро­лю над ценообразованием. И предприятию придется отвечать на подобные запросы. Если налоговому органу что-то не понравится в ответе или представленных документах, то он сам определит цену контролируемой операции и, соответственно, доначислит налоги. Несогласные могут судиться, но, как показывает практика, далеко не все рискуют усугублять конфликт с налоговой, предпочитая по-тихому доплатить в бюджет. Ведь судебные разбирательства - процесс недешевый и долгий. В среднем судебное рассмотрение налоговых споров длится от шести месяцев до полутора лет", - рассказывает Михаил Можаев, управляющий партнер ЮФ "Можаев и Партнеры".

Наконец, в проигрыше в первые годы действия нового налога окажется бюджет. По информации министра финансов Александра Данилюка, речь идет о недопоступлениях в размере 35-40 млрд грн ежегодно, или примерно 4% доходов бюджета. Чтобы перекрыть эти потери, Минфин предлагает сократить бюджетные расходы. Хотя власть может избрать и другой путь - повышение других налогов, например, дальнейшее увеличение акцизов. Поднимать другие налоги, которые бизнес платит напрямую, будет не комильфо, коль скоро государство задекларировало курс на стимулирование производства. Но в таком случае за налоговую реформу придется заплатить потребителям, на чьи плечи предприятия переложат дополнительные налоговые издержки.

Например, в Эстонии, на чей позитивный опыт ссылаются сторонники налога на выведенный капитал, поступления от него (в сравнении с налогом на прибыль) в первый год после реформы сократились вдвое. И это при- том что в виде компенсаторов там были отменены все льготы по НДС, существенно повышены госпошлины и штрафы. Поэтому параллельно пришлось еще и урезать бюджетные расходы.

Гарантируется ли чудо?

Впрочем, ради инвестиционного бума можно пережить временные бюджетные трудности. То, что налог на выведенный капитал намного прогрессивнее налога на прибыль, - уже не вызывает сомнений. В сентябре прошлого года в Таллинне министры экономики и финансов и президенты центробанков стран - членов ЕС еще раз подтвердили необходимость адаптации налоговых систем к условиям новой цифровой экономики. И главной новацией будущих изменений должна стать уплата налогов (в первую очередь транснациональными корпорациями) в странах, где генерируется прибыль. Собственно, эта же идея лежит и в основе налога на выведенный капитал.

Налог на прибыль не просто перестает отвечать нынешним экономическим реалиям, но и начинает тормозить дальнейшее развитие. "Яркий пример - действующая система амортизации. Предприятие может уменьшить налогооблагаемый доход на сумму, которая откладывается на то, чтобы в будущем заменить отработавшее свой век оборудование на новое. Но, во‑первых, учет этих средств ведется в национальной валюте. Поэтому с учетом девальвации гривни к моменту, когда нужно приобретать новое оборудование, у предприятия может быть накоплено всего 20% от требуемой суммы. Кроме того, и машина нужна будет уже другая, и стоит уже даже в долларах иначе. Нынешняя модель эти вопросы не решает. Эта модель индустриальной эпохи, неторопливого движения. Сегодня она уже не отвечает реалиям", - поясняет Александр Минин, старший партнер "КМ Партнеры".

Вопрос в другом: гарантирует ли простая налоговая рокировка экономическое чудо? Например, в Эстонии, чья модель налога на выведенный капитал положена в основу украинского аналога, налоговая реформа практически не отразилась на динамике инвестиций. Вместо того чтобы вкладываться в расширение производства, тамошние компании стали покупать на сэкономленные на налогах средства ценные бумаги и размещать их на депозитах. Украине, с ее неразвитым фондовым рынком, неустойчивой банковской системой и курсовыми качелями, не грозит даже это. Соответственно, отечественный бизнес и после реформы будет стараться вывести капитал в более надежные юрисдикции.

И уж тем более реформа одного налога не способна завлечь иностранных инвесторов. К слову, действующая сейчас в Украине 18%-ная ставка налога на прибыль - одна из самых низких в мире. К примеру, во Франции она составляет 33,3%, в Германии - 29,72%, в Британии, России и Казахстане - 20%. Остановить отток средств и привлечь реальных инвесторов Украине удастся лишь после того, как государство как минимум гарантирует эффективную защиту прав собственности, создаст условия для свободного движения капитала, обеспечит стабильность банковской системы, справится с инфляцией и курсовыми скачками. Ведь именно нерешенность этих вопросов, а не уровень налоговых ставок играют решающую роль для инвесторов, которые не спешат вкладываться в Украину. И именно после проведения банковской, судебной, финансовой и других реформ эстонской экономике удалось закрепить за собой статус одной из самых успешных малых экономик в Европе.

Больше новостей о финансах, бизнесе и промышленности читайте в рубрике Экономика