Апокалипсис? Окей, я рискну. Как американские избиратели обманули социологов

Белым по черному. Почему Трамп - это новый Обама

Трамп просто занял место Обамы в американской политике – это он теперь президент мечты, великих свершений и побед, врачеватель нации

Главная причина, по которой результат выборов шокировал Белый дом, руководство и сторонников Демократической партии и тысячи комментаторов по всему миру, состоит в искусном сооружении заинтересованными лицами стены предвзятости вокруг Дональда Трампа.

Если бы это было не так, Трамп никогда не смог бы подчинить себе всю «срединную» Америку между ее космополитическим западным и северо-восточным берегами, более того — вторгнуться на территорию демократов и в последний момент откусить у них три важнейших штата: Пенсильванию, Мичиган и Висконсин.  А это значит, что поддержка Клинтон в этих штатах была преувеличенной,  и не только там, но и вообще.Что касается Пенсильвании, то он опередил Клинтон всего на один процент, но какой! Ведь без Пенсильвании Трамп бы не выиграл, тем более что...    

В общем, так называемые либеральные СМИ, так или иначе связанные с Демпартией, близкие к ним мозговые центры, лоббисты и PR-конторы сознательно или нет — это большой вопрос — создали некий фантом, внутри которого, кажется, и поселились сами.    

Для того чтобы продемонстрировать, о чем именно речь,  «Вашингтон пост», к примеру, постоянно твердила, что у Трампа разрушены отношения с партией. На самом деле Республиканский национальный комитет провел блестящую работу по мобилизации избирателей — у него это получилось явно лучше, чем у соперника — Демократического национального комитета (вяло шли голосовать даже афроамериканцы, а молодые сторонники Берни Сандерса тайно голосовали за Трампа). В частности, поэтому то, что у Клинтон проблемы, стало ясно с первых часов публикации результатов подсчета: ее лидерство было неуверенным, а очень вскоре испарилось вообще.    

Но таким же было поведение ее общенационального рейтинга чуть ли не всю кампанию — один лишь раз (после дебатов и обнародования видеопленки с похабными рассказами Трампа) ей удалось вырваться далеко вперед. Однако, как кажется, 50% так никогда и не было.    

Перед самыми выборами внезапно ушла в туман неопределенности Пенсильвания, обозначилась жестокая гонка во Флориде, в Северной Каролине и Нью-Гемпшире. Достаточно сказать, что Клинтон не смогла победить ни в одном из необходимых ключевых штатов, а в центре выиграла только в штате Иллинойс, и то благодаря концентрации избирателей в Чикаго, который многие годы находится под контролем демократов.    

Поэтому  проблемы со способностью избраться были скорее у Клинтон, чем у Трампа, как бы кто не относился к его завихрениям, которые, по-видимому, являются расчетливой и тонкой актерской игрой, призванной кое-что умело скрыть.    

Например, то, что с самого начала Дональд Трамп учуял рецепт победы на первых выборах «после Обамы» — а именно вторгнуться на его территорию, говорить о надежде, переменах, «маленьком человеке», мягко отодвинуть в сторону пугающих большинство христианских консерваторов (а куда они денутся от республиканцев?) и таким образом это большинство получить.    

Причем на фоне того, что Клинтон (а это ее трагедия) была популярной как первая леди, как сенатор, как госсекретарь, она раскрывалась в полную силу как боец, но вот в качестве кандидата в президенты Хиллари неспособна была разжечь в избирателе огонь. Это уже произошло в 2008 г., когда она проиграла финал праймериз Бараку Обаме, это произошло и в 2016 г., когда игравший трамвайного хама Дональд Трамп вызвал к себе гораздо большую симпатию.    

Произнося свою победную речь, Трамп, как и несколько раз во время кампании, внезапно превратился в обычного американского либерально-консервативного политика, мечтающего объединить нацию и излечить ее раны. Впрочем, Клинтон может утешаться победой по количеству голосов избирателей (хотя преимущество совсем незначительное), объяснениями из разряда мести ФБР и медийной травли.    

Травля, несомненно, присутствовала, но Трампа, в представлении консерваторов и нового консервативного избирателя — бывшего избирателя Обамы и Сандерса, травили гораздо сильнее и менее заслуженно.    

Именно агрессивность сторонников Демпартии в СМИ, в Сети и на улице, во-первых, заставила американцев скрывать свой выбор, боясь обвинений в расизме и сексизме, а это один из факторов, существенно исказивших соцопросы (его все боялись в 2008 г. — так называемый эффект Брэдли), а во-вторых, погнала голосовать миллионы его сторонников.    

Победу Трампа уверенно предсказал вашингтонский историк Адам Лихтман (за многие циклы он ни разу не ошибся), у него есть специфическая модель из 12 факторов, которую Лихтман назвал «ключами к Белому дому», на основе которой он прогнозирует, удержит правящая партия власть или нет. В октябре Лихтман уверенно сказал демократам «нет»  после того, как стало ясно, что пусть и небольшую, но такую важную на этих выборах часть голосов у либерального центра откусит либертарианец Гэри Джонсон, хотя сам он по большому счету был потешным кандидатом.    

Победу Трампа на протяжении года предсказывал блогер, мыслитель и писатель, автор комиксов для ведущих газет страны Скотт Адамс. Он назвал свой метод «фильтром Великого Убеждающего», под которым имел в виду Трампа. Адамс объяснял, как Трамп влюбляет в себя избирателя, подчиняет его себе, по сути показывая избирателю голливудское кино, в котором, он, к примеру, перещелкал сначала элиту одной партии, затем дискредитировал вторую, и теперь, преодолев все трудности, переезжает в Белый дом.    

Многие избиратели (возможно, конечно, что таким образом они демонстрировали свой сексизм) жаловались на то, что не понимали, в чем состоит суть послания Клинтон, кроме как в том, что она хочет стать первой женщиной-президентом США. Что наталкивает на мысль: если бы Демпартия не носилась с Клинтон как с писаной торбой, а выдвинула ту же Элизабет Уоррен, сенатора от Массачусетса, кто знает, как могли бы повернуться дела. Месседж Трампа был, наоборот, вполне понятен массам.    

Между прочим, признавая свое поражение, Клинтон, по общему мнению, впервые выглядела здоровым человеком за всю вторую часть избирательной кампании и говорила как-то искренне, сбросив с себя эту оказавшуюся все-таки неподъемной ношу. Безусловно, кампания была исторически брутальной — такого же не натурального, но во всех смыслах компетентного Ромни и близко так не травили, как Клинтон (но — как и Трампа), вообще за последние восемь лет моральные стандарты в американской политической прессе и публицистике чрезвычайно деградировали. Что и вызвало холодную гражданскую войну в обществе, которая могла перейти в горячую.    

Республиканцы выставляли Клинтон уголовницей (Трамп тут же все это дезавуировал в своих заявлениях после победы), демократы превратили Трампа чуть ли не в члена Ку-клукс-клана. Вся эта лавина безудержной пропаганды укрыла от постороннего взгляда глубочайший раскол американского общества — между элитой мегаполисов обоих побережий и рабочим классом атлантических штатов и среднего Запада (не говоря уже о Юге!), между публичными служащими (бюджетниками) и малым бизнесом, поколениями, образовательными категориями, расами и полами. А ведь это вроде бы самое передовое общество на Земле.    

Вот, кстати, еще один пример явных искажений: считалось, что Трамп тянет республиканцев вниз на промежуточных выборах в Сенат и Конгресс. Получилось наоборот, они чудом удержали свои позиции. Чудом, которое и называется Трамп, поскольку это Дональд нашел для унылых республиканцев нового избирателя — «брошенных женщин и мужчин нашей страны», считающих, что Обама восемь лет пробездельничал, не решив ни одной проблемы.      

Теперь у совершенно не заслуживающих этого республиканцев — ведь год назад они должны были быстро лечь под очередного Буша, и он соперничал бы со все той же Клинтон, но тут пришел Трамп и всех разбросал — не только свой вроде бы президент.    

В их руках вся законодательная власть, право назначить члена Верховного суда на пустующее место (а это на практике означает, что Верховный суд станет консервативным лет на двадцать), впереди они и на низовых уровнях. В общем, все как у Виктора Орбана в Венгрии весной 2010 г.    

А Демпартия после отхода Обамы и его кабинета, а также Клинтон и ее команды, представляет собой жалкое зрелище, ее верхушка просто разгромлена. Демократы начнут кристаллизироваться вокруг экс-кандидата в вице-президенты Тима Кейна, что очевидно, но часть авангарда Демпартии уже просто физически старовата. Трамп отправляет на пенсию деятелей обеих системных партий, а кто не поймет этого намека, тем займется возможный генпрокурор Руди Джулиани, в свое время наведший порядок в Нью-Йорке железной рукой (впрочем, есть и другие кандидаты в генпрокуроры).    

Однако говоря о либеральной (в США — скорее социалистически-расовой, термин «либеральный» все быстрее утрачивает смысл) предвзятости, надо сказать и о том, что шансы на победу у Клинтон были. Три раза — перед приходом Манафорта, после обнародования компромата и последних опросов (штабисты Трампа тоже считали, что он проигрывает)  соперник оказывался далеко позади, но события или движения возвращали его вперед.    

Трамп просто занял место Обамы (ко всему отомстив ему за какие-то мелочи восьмилетней давности) в американской политике — это он теперь, нет, не «дракон», а президент мечты, великих свершений и побед, врачеватель нации.     Но — в будущем.    

Сегодня Трамп консультируется с людьми из администраций обеих Бушей (поздравил его только старший) и старинных сторонников интервенции в Ирак в Сенате по вопросам формирования своего внешнеполитического блока — а это хорошие новости для Восточной Европы. Избрание Трампа придает оптимизм и израильскому руководству. Но как будет решать накопившиеся проблемы президент Трамп, завоевавший эту должность путем разрушения всяческих правил и приемов внушения, пока наверняка сказать невозможно.    

Он может стать как успешным аутсайдером, таким как Эйзенхауэр или Рейган, таким же либерал-консерватором, как Трумэн, посмешищем вроде Форда или заложником обстоятельств, как Картер.    

Важно, однако, понимать — Америка изменилась.    

Истерики голливудских актеров о переезде в Канаду надо делить надвое, но то, что расчет Демпартии на коалицию меньшинств не оправдался, а для большинства белых она не нашла ни слов, ни идей, указывает на одну новую черту. Президент Трамп не собирается, разумеется, преследовать геев, феминисток, трансгендеров или борцов за равноправие другого этнорасового характера. Но при этом их политический вес значительно уменьшился — восстание избирателя против политкорректности является частью этого процесса обновления, именно на этом языке Трампу и удалось разговорить десятки миллионов избирателей большинства, до смерти уставших сдерживаться под нападками все новых и новых групп, требующих отнюдь не равноправия, а привилегий.    

Но не стоит думать, что при этом президент Трамп примется разрывать торговые соглашения и разорять американские корпорации — это уже ясно по способу формирования им своего кабинета, да и налоги он (в отличие от Клинтон) пообещал существенно снизить. А изоляционизм сначала нравился и Джорджу Бушу-младшему. Не прошло и одиннадцати месяцев, как ему пришлось воевать. Так что апокалипсис пока отменяется, но впереди — ухабистая дорога.