Мир

Братиславский саммит ЕС. При чем тут Канада?

Завтрашняя встреча будет полна внутренних напряжений и попыток сгладить острые углы

Фото: e-news.su

16 сентября в словацкой Братиславе встретятся главы правительств всех ныне принадлежащих к ЕС государств - это уточнение теперь необходимо в свете особой британской ситуации: премьер Великобритании Тереза Мэй тоже будет принимать участие в саммите, однако, как известно, представительство Соединенного Королевства на уровне Союза уже сокращено. 

Тем не менее, хотя г-жа Мэй и заявила, что, в общем, планирует запустить процедуру выхода страны из ЕС собственным решением без согласования с парламентом, с точки зрения "правовой логистики" оформить это расставание ранее 2019 года никак не удастся.  

Таким образом, пусть и с некоторой двусмысленностью, но это по-прежнему саммит 27 стран-членов. Выбор Братиславы в качестве места проведения мероприятия, вероятно, неслучаен - словацкий премьер Роберт Фицо чудом, или, скорее, благодаря таланту политической гибкости удержавшийся у власти после провальных для его социалистической партии выборов, сегодня явно подзабыл свои конъюнктурные антимигрантские заявления и выступает чуть ли не яростным противником сохранения европейского единства.  

Впрочем, Терезу Мэй критикуют за и впрямь несколько странный внепарламентский механизм развода с ЕС и в самой Британии: с одной стороны, механизм выхода, как явления беспрецедентного и правда нигде не прописан, чем и пользуются юристы правительства, но с другой стороны политический класс недоволен шагами премьера "в стиле Генриха VIII", тем более что подавляющее большинство законодателей (480) и лордов выступает против "Брекзита", уже отразившегося на состоянии британской экономики.

Однако, британская тема, при всей своей противоречивой экзотике вряд ли будет доминировать в повестке дня братиславского саммита. Более животрепещущим является решение Ангелы Меркель возглавить христианских демократов на выборах в Бундестаг, которые состоятся через год - на фоне новостей о том, что Германия принимает еще 300,000 беженцев и поражения на местных выборах в Мекленбурге. Это показывает, что Меркель храбро направляет свой политический корабль в бурю. Отчасти поэтому саммит в Словакии должен продемонстрировать способность именно европейских лидеров, к которым теперь следует отнести Германию, Францию и Польшу, решать нависшие на блоком проблемы. Причем, если позиции Берлина и Парижа и разнятся - то лишь в вопросе строгости по отношению к России (Меркель ясно указывает на необходимость продолжения санкций, в то время как Франсуа Олланд, чьи электоральные перспективы не так радужны, выражает "сожаление" по поводу заморозки отношений с Москвой ), то Польша явно выдвигается в авангард стран, желающих затормозить процесс размывания юрисдикции национальных правительств. Что не может не вызывать печальную иронию в обстоятельствах, когда во главе Европейского Совета стоит поляк из другого политического лагеря - Дональд Туск.  

"Новая Европа" стремится в некотором смысле "рационализировать" деятельность институтов ЕС, а что касается южных стран блока, то их традиционная задача состоит в ослаблении бюджетной дисциплины. "Новая Европа", судя по всему, наелась разного рода "уравниловки", а также требует четкого и долгосрочного антироссийского внешнеполитического курса вместо дурнопахнущих маневров, постоянно предпринимаемых немцами и французами ("осмелевшими" вплоть до незаконных посещений Крыма парламентариями на зарплате у Владимира Путина - таких как одиозный Тьерри Мариани и его коллеги).   

С Южной Европой у Берлина и Парижа (Франция, в общем, тоже несколько "южная" страна) меньше политических противоречий, но решение непростых экономических проблем южной части блока найти сложно. Чтобы не провоцировать лишние трения, Испанию и Португалию в июле не стали штрафовать за превышение допустимого по критериям еврозоны уровня бюджетного дефицита. Но ведь там, где Испания, там и Италия - на похожие уступки теперь приходится идти и в ответ на просьбу Рима. А ведь нормы бюджетного дефицита были до недавних пор краеугольным камнем общей бюджетной политики ЕС (хотя выполняли их лишь наиболее развитые страны).  

После финансового кризиса еврозоны снижение допустимого уровня бюджетного дефицита и категорическое требование наказывать "штрафников" в один голос назывались Брюсселем императивной необходимостью. В том случае, конечно, если ЕС желает сохранить свою финансовую систему.

Поэтому (хотя вряд ли этот вопрос решится в Братиславе - там его только начнут обсуждать) придётся либо в корне менять нынешние подходы к регулированию зоны евро, либо все же идти на углубление интеграции.  

С подачи левых партий Южной Европы, поддерживаемых правящими французскими социалистами, в повестке дня может всплыть вопрос об общих социальных стандартах в ЕС и других мерах, направленных на становление подлинного общего экономического пространства, но устраняющих дисбалансы между странами Союза, а с ними и сравнительные преимущества "европейского ядра". И одновременно - делающих ЕС еще менее конкурентоспособным экономически в разрезе конкуренции с Китаем и Соединенными Штатами (поскольку высокая конкуренция - отличительная черта как раз постсоциалистических стран, чьи динамичные слои отнюдь не желают подтягиваться обратно в социализм).  

Правда, то что ЕС является во многом "левым" проектом - теперь ни для кого не секрет. В свою очередь, восточноевропейские страны потихоньку начинают шантажировать западных членов блока окончательно возродившейся идеей "Межморья" (присутствие президента Польши Анджея Дуды на Дне Независимости в Киеве в этом контексте стало весьма показательным). Тем более, что вопросы военно-стратегического характера, ранее совершенно нехарактерные для ЕС - тоже будут обсуждаться.  

Разумеется, варшавский саммит НАТО подтвердил ведущую роль США на этом уровне принятия решений коллективным Западом, но следует обратить внимание на то, что Европа все же пытвется расширить границы своей самостоятельности (и не дает этого сделать лишь российская угроза). Ведь она, по сути, уже провалила трансатлантическое торговое соглашение (ТТИП) в той форме, в которой его стремился воплотить Белый дом. 28 августа это официально подтвердил и вице-канцлер Зигмунд Габриэль.    

Заявление Габриэля можно назвать острым, если бы не то обстоятельство, что вице-канцлер при этом поддерживает другое соглашение, а именно СЕТА - о зоне свободной торговли ЕС с Канадой. По сути, это то же самое ТТИП (и его тоже должны утверждать национальные парламенты). Но примечательно, что ведущие предвыборную игру немецкие социал-демократы все же одобряют концепцию создания трансатлантического торгового гиганта как таковую.  

Противопоставляя СЕТА и ТТИП, Габриэль подчеркнул, что Оттава пошла на уступки ЕС в чувствительных вопросах, тогда как Вашингтон настаивал на своём, поэтому первое соглашение он поддерживает, а второе можно считать провалившимся. Наконец, учитывая то, что уже затянувшееся на год решение о переходе к безвизовому режиму с Украиной далее оттягивать все труднее, саммит должен дать единственный возможный сигнал Европейскому Совету по этому вопросу.  

Но в этой области задач интригуют уже сами Германия и Франция (а также многострадальные Нидерланды), пытающиеся изнасиловать традицию европейского права, чтобы ублажить расистски настроенных избирателей в своих странах и измыслить такой механизм допуска украинцев, грузин, израильтян, а также (в перспективе) турок, чтобы его можно было тут же отменить.  

К этой идее, достойной пера Альфреда Розенберга, прилагается проект некой базы, в которой означенные второсортные визитеры должны будут регистрироваться при возниковении у них мысли о посещении территории ЕС. Хочется, конечно, надеяться, что влияние "межморского" блока, а также Государственного департамента США вычистит этот вздор из голов интриганов, а Европейский Союз выполнит ровно то, под чем уже не единожды подписался. Тем не менее, Киеву следует быть готовым к самым разным поворотам общеевропейской политики и исходить при этом из своих собственных интересов.