Мир

Британия взяла на вооружение шотландский шантаж

Референдум о выходе из Евросоюза — политтехнология, с помощью которой британские консерваторы надеются победить на предстоящих выборах

Фото: ukrep.be

Заявление премьер-министра Великобритании Дэвида Кэмерона о том, что в случае переизбрания его кандидатуры на должность премьер-министра на выборах в следующем году он не только получит особые миграционные полномочия от Брюсселя, но и начнет подготовку референдума о выходе из ЕС, никого не удивило. Список кандидатов на разрыв отношений у Кэмерона и без того внушителен - здесь и Страсбургский суд по правам человека (в который террористы и преступники подают на Великую Британию кляузы), и даже сама регулирующая деятельность этого органа Европейская конвенция по правам человека. Да и обещание выйти из ЕС звучит от Кэмерона не впервые, а как минимум с 2012 г. И в очередной раз озвучено на съезде Консервативной партии в Бирмингеме 1 октября. В рядах консерваторов, ободренных результатами референдума в Шотландии, чувствовалась решимость и в самом деле победить на выборах в следующем году во что бы то ни стало. Для стимуляции рейтинга они умудрились наделать популистских обещаний, позаимствованных из арсенала как правых, так и социалистов. В первом случае речь идет о жестких мерах по сокращению миграции в Британию, во втором - о льготах для молодых семей, покупающих первое жилье (которым государство якобы будет "дарить" 20% его стоимости в случае победы тори). Да и что, собственно, оставалось консерваторам, кроме популизма, если социологи их "радуют" отставанием по рейтингу от лейбористов, в то время как их правых сторонников понемногу "откусывает" радикальная Партия независимости (UKIP) Найджела Фараджа?

Из высказываний Кэмерона напрашивается вывод: референдум - это форма политической мобилизации нации, затеянная тори накануне выборов, а его результаты для будущего Объединенного Королевства не особо и важны

Сделать крайними заезжих бездельников - мысль заманчивая. Но призыв выйти из одного из влиятельнейших политико-экономических союзов планеты из-за проблемы пособий выглядит несколько странно. Впрочем, здесь стоит учесть позицию Кэмерона относительно возможных результатов референдума, озвученную им как в Бирмингеме, так и до этого. Премьер констатирует, что его устроит любой результат голосования: в случае решения об отделении он "не будет излишне переживать". Но, с другой стороны, если Брюссель даст Лондону достаточно полномочий, то ЕС станет полезным экономическим механизмом. Высказывание премьера раскрывает суть манипуляции: референдум - это форма политической мобилизации нации, затеянная Консервативной партией накануне выборов, а результаты голосования для будущего Объединенного Королевства будут не особенно-то и важны. Ну и, естественно, весь проект направлен на создание надлежащего впечатления у евробюрократов, которые должны в испуге соглашаться на передачу Лондону любых полномочий.

Здесь стоит упомянуть, какую реакцию вызвали попытки Кэмерона давить на Брюссель ради расширения экономических и прочих привилегий для Лондона в ЕС. Почти два года назад в ходе Давосского форума британский премьер впервые сказал о возможном референдуме. По поводу этих заявлений радовался тогдашний глава польского МИДа, а ныне спикер сейма Радослав Сикорский. По его мнению, Кэмерон просто снизил роль своей страны в ЕС: Великобритания фактически вышла из состава триумвирата, способного управлять Союзом. Сикорский с удовольствием отмечал, что место Британии в иерархии Союза может занять Польша. И заняла, ведь недавно Европейский Совет возглавил поляк Дональд Туск.

Фото: wordpress.com

В конце концов, механизм выхода из ЕС не вполне ясен и чрезвычайно сложен, и не так чтобы зависит от Лондона. В частности, необходимо, чтобы за такое решение проголосовало большинство в ЕС. При этом сегодня евроскептики в Британии едва опережают оптимистов. Так что подобными проявлениями правого популизма, потакающими островному менталитету, премьер отвлекает внимание от неэффективной экономической политики тори, вызывающей все большее общественное недовольство.

Но как раз успех референдума и станет крупнейшим экономическим провалом короны. Больше половины британского экспорта идет именно в страны Евросоюза - равно как и более половины импорта Объединенное Королевство получает оттуда же. Изменение ставок налогообложения, неминуемо следующее после выхода из режима беспошлинной торговли внутри ЕС, ударит по не слишком здоровой британской экономике. Реализация многих общих со странами ЕС проектов - в том числе в сфере вооружений - заметно замедлится.

Между тем проевропейские настроения в Шотландии, Уэльсе и особенно в Северной Ирландии могут стать надежным предохранителем против реального выхода Британии из ЕС. Ведь членство в "правозащитной империи" является мощным фактором островных компромиссов. Поэтому бежать из ЕС британскому премьеру, по-видимому, стоит не слишком быстро. Чтобы, не дай Бог, куда-то не успеть. Что он, впрочем, успешно и делает уже на протяжении двух лет.