Мир

Чем заменить европейскую мечту

Брекзит - отнюдь не повод переживать по поводу несостоявшейся европейской интеграции Украины

Вероятность победы сторонников выхода Великобритании из ЕС нарастала весь последний год - поэтому 23 июня не произошло ничего слишком неожиданного. Политики, доверяющие избирателю внешнеполитические решения, являются либо манипуляторами, которые могут направить волеизъявление в нужном направлении (или фальсифицировать его), либо глупцами.

Подавший в отставку - вернее, объявивший о том, что уйдет до осени, а пока партия должна найти ему замену, Джеймс Кэмерон - относится скорее ко вторым. Дело в том, что, начиная с 2010 года, во многом случайно оказавшийся во главе тори (также как его недавний оппонент Миллибэнд, отнюдь не ровня Блэру или Брауну) Кэмерон постоянно уступал ненавистникам европейского проекта вместо того, чтобы их окорачивать. Трудно представить себе, чтобы Блэр или Тэтчер не указали бы на дверь парламентарию или министру, чья линия так сильно расходилась бы с официальной - внутреннее раскольничество стратегически опасно для любого политического субъекта.

Но Кэмерон последовательно уступал антиевропейскому крылу: вывел тори из фракции правоцентристской Народной партии в Европарламенте, в 2012 году он проголосовал против увеличения бюджета ЕС - и так далее.

Почувствовав конъюнктуру - по мере разворачивания миграционного кризиса, к которому ЕС по отношению к Великобритании, находящейся за пределами Шенгенского соглашения, вообще не причастен - в раскол ушли и крупные консервативные политики, такие как экс-мэр Лондона Борис Джонсон и руководитель фракции тори в парламенте, а затем министр юстиции Майкл Гоув. Эти в прошлом друзья Кэмерона и минстра финансов Осборна (что еще раз доказывает, что в политике никаких друзей не бывает) усилили кампанию за выход, выведя ее из некой маргинальной ниши.

Осознавали ли они последствия, к которым ведет их политика? Сложно сказать. Большая часть жизни этих лидеров связана с существованием ЕС и в связи с этим - как и часть их избирателей, они могли впасть в определенную аберрацию сознания: мол, все преимущества Европы и так останутся доступными, а вот недостатки испарятся. Трудно представитть себе более инфантильное и безумное восприятие реальности. К примеру, в аэропортах союзных государств британцам теперь придется стоять в очереди для "третьих стран". Добавим еще, что никаких позитивных чувств поступок жителей королевства в странах ЕС не вызывает, так что даже в рамках этой процедуры малоприятные моменты гарантированы.

В конце концов, через Британию, привлекающую миллионы выходцев из своих бывших колоний и вассалитетов, в основном так и оставшихся малоразвитыми странами, пресловутая миграционная и террористическая угроза распространяется не менее зримо, нежели из Франции, такой же бывшей колониальной империи. Но визовые ограничения - это только цветочки. Тут стоит вспомнить, между прочим, о том, что Украина, как и большинство государств, снимала визовые ограничения с граждан стран ЕС, а не по отдельности.

Соответственно, теперь развернется настоящий ад с попытками Форин Офиса хотя бы как-то упростить процедуру нового согласования, но дружественных ушей он не найдет. Потому что времена хоть и не кризисные, но нежирные - так что правительства стран-контрагентов не упустят шанса поскубать граждан Объединенного Королевства.

Опять-таки, не будучи членом Шенгенского соглашения, Британия была членом Европейского Союза - теперь же надо определить механизм посещения территории союза гражданами страны не-члена. Сторонники выхода воображают, что они получат ту же свободу передвижения, что и граждане Норвегии, Исландии, Швейцарии и Лихтенштейна (ЕАСТ), но для этого необходим консенсус стран ЕС, голосование в Европарламенте, вердикт Еврокомиссии - и все это уже без участия Британии, никак не способной повлиять на результат.

И тут есть в чем покопаться - это и уровень террористической угрозы, причем не только исламской: в Британии активизировались нацистские группировки, а итог референдума теперь может разбередить старые раны Северной Ирландии, воспринимающей членство в ЕС как одну из гарантий невозможности возвращения к исторически недавним имперским зверствам в Ольстере. Голосование в Северной Ирландии очень показательно - 55,7% против выхода. Разрыв ткани международно-правовой базы в сегменте Британия-ЕС является делом очень серьезным и драматическим.

Надо сказать, что в Брюсселе к такому повороту готовились - это расколотая на две части Великобритания в данный момент находится в шоке от дела рук своих - и ключевыми были два главных требования. Первый - больше никаких уступок и торга с Лондоном. В последний раз Кэмерон выторговал столько, что уже и непонятно было, чего собственно членом (кроме базового общего рынка) является Соединенное Королевство? Второй - в случае голосования за выход немедленно перейти к режиму вывода страны из всего поля процедур и договоров, чтобы минимизировать травмирующий эффект и оградить Европу от незаконных выгод, все еще получаемых раскольником в процессе развода.

Уговаривать Британию никто не будет - лидеры фракций Европарламента, как несколько ранее и Дональд Туск, объявили о необходимости скорейшего прохождения всех необходимых процедур и отправке бывших британских европарламентариев на холодную родину (увеличение пропорции и размера делегаций всех других стран в ЕП на дороге не валяется). Брюсселю, вместе с рядом правительств, теперь необходимо не допустить распространения заразы (например, на Нидерланды - хотя реальный референдум там явно будет иметь другой знак, нежели предыдущий), ведь британские изоляционисты в угаре называют свой акт "революцией", которая вскоре распространится на весь Запад, включая США. При том, что недавно даже Ципрас назвал "грексит" глупой идеей.

Фото: ipress.ua

Ведущие экономисты говорят о неизбежном перемещении мирового финансового центра во Франкфурт - а то и в скромный Дублин, поскольку ирландское законодательство во многом идентично британскому, но при этом Ирландия находится в союзе, да и с логистикой в этом случае будет проще. А вот на севере Англии, когда-то сражавшемся за короля Карла или в почти полностью ассимилированном Уэльсе - Трампа приняли бы с распростертыми объятиями, ведь этот "революционер" намерен развалить НАФТА, Транстихоокеанское торговое соглашение и НАТО.

Итак, что дальше? Во-первых, очевидно, что пути назад в нынешней, так сказать комплектации, не существует - только разъединение Соединенного Королевства обновит статус его нынешних частей в новых акторов, обнуляя эффект политического самоубийства Великобритании. Островитянам предстоят экономические испытания - на пути товаров и услуг воздвигнутся торговые барьеры, квоты и пошлины, масштабная помощь из структурных фондов, которую получала Великобритания в сфере сельского хозяйства и переориентации исчезнет; вероятно, будут заморожены общеевропейские научно-образовательные программы, много лет будут обсуждаться новые условия передвижения физических лиц.

Думается, многие вменяемые англичане в ближайшие месяцы сформируют масштабный поток профессиональной миграции с острова доктора Моро, по крайней мере с его юга на его север. 

Во-вторых, Европа станет целостнее, а ее руки будут во многом развязаны, в том числе и в вопросе расширения на восток. Кроме "культурного" аргумента, как правило, бытующего у французов, рацио в отталкивании Турции не останется вовсе. Экономические потери в объеме от британского казуса (17,5%) такое расширение сразу компенсирует более чем на четверть. Но, если учесть, что средний рост ВВП ЕС в 2006-2015 годах составил около процента, то без радикальных шагов восстановление потерь займет 17 лет (правда, чем больше расширения - тем быстрее пойдет процесс). Здесь есть определенные перспективы и для Украины - особенно учитывая растущий вес Восточной Европы (к этому мы еще вернемся). 

Хотя объективно Союзу сейчас в буквальном смысле будет не до нас, это не повод отказываться от европейской мечты, тем более что заменить ее все равно нечем.

С одной стороны, позитивной альтернативы все равно не предвидится: возврат к многовекторности, равно как и "самодостаточность" объективно невозможен, хотя вбросы этих тем начались практически одновременно как со стороны истеблишмента домайданных времен, так и со стороны ультраправых - что наводит на некоторые размышления. Вполне очевидно, что в нынешних обстоятельствах попытка реализации любого из этих проектов приведет к одному финалу: евразийская интеграция с чуть большей или чуть меньшей степенью автономии по российским лекалам и под российским контролем.

В то же время, не следует забывать, что европейская интеграция как таковая не зависит от того, какую конфигурацию в конечном счете примет Европейский Союз и не сводится к решениям еврократов. Целостность Европы в ценностном, культурном, экономическом и технологическом измерении сохранится, независимо от намерений британцев. 

Впрочем, часть британской экономики так или иначе останется либо вернется назад в котел ЕС, хотя, вероятно, следует ожидать "смены гражданства" ряда корпораций. Понятно, что британские и европейские бюрократы постараются найти обходные пути, чтобы затормозить процесс Брекзита, смягчить его эффекты и как-то купировать безумие английского избирателя. Вероятно, королевство (или его покидающие Союз части) останется в некой старинной зоне свободной торговли с ЕС - и теперь надо долго перебирать бумаги, вспоминая, что же было до ЕС и какими правовыми нормами руководствовалась Великобритания в те седые времена. Большинство явно устарело, и придется вести долгие и тяжелые переговоры с Союзом, вот как Украина. 

Конечно, Лондон остается в НАТО и ВТО - хочется верить, что Дональду Трампу не удастся стать президентом США и он не сможет развалить и эти две организации. Так что в этом мутном пруду изоляционизма (максимально жестко прозвучало заявление глав институтов ЕС о том, что сделка с Кэмероном в феврале потеряла свою силу) оказалось нечего ловить и России - до момента официального расставания Лондон входит в ЕС, санкции продлеваются на полгода, а в будущем позиция Британии вряд ли будет отличаться от позиции США, в том числе если Кэмерона сменит Джонсон (лидера лейбористов Корбина тоже призывают уйти - из-за двойственной позиции трудовиков, их неспособности контролировать инстинкты собственного электората). 

Поскольку Джонсон - это рафинированный и образцово-политический вариант Трампа, России может еще и достаться, поэтому заявления Кремля по поводу Брекзита вдруг сдали крайне сдержанными и осторожными. 

Кроме того, российская клептократия хранит награбленное преимущественно в английской собственности, так что мотивы для паники, несомненно, присутствуют. 

В-третьих, усиливается роль Польши и стран Восточной Европы. На одного комиссара меньше - но на 73 мандата для распределения больше! Или - если эти места будут просто ликвидированы - Польша выходит на пятое место после Испании по количеству мест. Правда, Ярослав Качинский не способен этого увидеть и продолжает стонать, рассказывая о ранах, которые нанесли Польше. У постсоциалистических стран теперь ровно треть мест, а это значит, что везде, где необходимо принятое решение сложным большинством, без восточных европейцев теперь будет не обойтись. ЕС, между тем, несмотря на разнообразные происки алармистов - ныне всячески заинтересован в расширении, ведь той же Голландии, по иронии судьбы поджегшей костер нездоровых мечтаний измывательством над Украиной, теперь надо куда-то сбывать свои товары (или производить их"), ведь в северном море встанут корабли береговой охраны "Малобритании". Трудная политическая эволюция в Европе заставляет ее сторонников теснее сплотить ряды.