Мир

Как среди стран СНГ появилась еще одна монархия

Следом за фактическим утверждением Эмомали Рахмоном монархии Таджикистану грозит исламская революция

Фото: azattyq.org

Виталий Кулик, директор Центра исследований проблем гражданского общества

22 мая в Таджикистане состоялся конституционный референдум. Более 90% таджиков проголосовали за пожизненное президентство для Эмомали Рахмона (убрали ограничение на количество переизбраний) и перспективу престолонаследования для его сына Рустама Эмомали (снижен возраст для кандидатов в президенты).

Власть в Таджикистане показывает силу и концентрируется в руках президента и его семьи. Но низы уже давно не хотят жить по-старому, а верхи давно не могут ничего нового предложить. Оппозиции нет. Вакуум альтернативы заполняют ячейки Исламского государства. Таджикистан повторяет путь, который 40 лет назад прошел Иран: от абсолютистской шахской монархии к исламской революции аятоллы Хомейни. Но таджикский вариант будет более кровавым и далеко не таким быстрым.

Этапы пути

Таджикистан давно планомерно двигался по пути абсолютистского режима. Собственно, у этой страны не было большого выбора по части моделей развития.

В результате гражданской войны, при помощи российских военных и местных кланов в 1992 г. к власти пришел маловлиятельный чиновник из Донгаринского района Эмомали Шарипович Рахмонов. Тогда его рассматривали в качестве временщика до окончательного передела собственности и сфер влияния. Но все пошло не так, как хотелось полевым командирам.

В 1997 г. в Москве было подписано "Общее соглашение об установлении мира и национального согласия в Таджикистане", которое предусматривало, что оппозиция получит контроль не только над частью силового блока, но и кусок финансовых потоков. Но уже в начале нулевых бывших оппонентов Рахмонова выдавили из власти. Большей части пришлось эмигрировать, многие оставшиеся были репрессированы. Нормой стали политические убийства и зачистки целых кланов.

На 2016 г. во власти Таджикистана фактически больше нет оппонентов Рахмонову (который, впрочем, давно таджикизовал свою фамилию). Даже разрешенная оппозиция в виде исторической Партии исламского возрождения Таджикистана на последних парламентских выборах получила всего 1,5% голосов и больше не представлена в Маджлиси Оли.

Параллельно с устранением оппозиции Рахмон планомерно усиливал персональную власть. На двух референдумах, в 1999 и 2003 гг., он продлил строки президентского правления и путем нехитрых манипуляций обеспечил свое участие в "выборах" главы государства, на которых неизменно получал более 90% голосов.

Усиливалась и президентская вертикаль. В январе 2016 г. Рахмон назначил свою старшую дочь Озоду Рахмон руководителем президентской администрации. А 22 мая 2016 г. режим в Таджикистане вступил в свою завершающую фазу: пожизненное правление для Эмомали Рахмона и конституционное закрепление перспективы семейной наследственности власти. В стране сформировался суперпрезидентский режим с мощным репрессивным аппаратом и цензурой СМИ.

Фото: dialog.tj

Арийство шаха Рахмона

Как и большинство постсоветских стран, Таджикистан пережил процесс конструирования собственного национального мифа, который предусматривал поиск источника национальной традиции, "национализация истории" и конструирование "национальной идеи" или идеологии. Эмомали Рахмон активно поддерживал эти "идеологически-исторические изыскания".

Так, в центре идеологии нынешней таджикской государственности стоит миф о "сакральном" государе Исмоиле Сомони (849-907 гг., в его честь даже названа денежная единица страны сомони).

Культ Сомони не только удревляет историю таджикской государственности, но и позволяет идеологам режима пользоваться концепцией "справедливого шаха". Идея о богоизбранности личности правителя (идея "фарн", т. е. "харизма" в политических науках) трансформировалась в идею "президенти мардуми". Перед последними президентскими выборами во время поездок Рахмона по стране взрослые и дети, собиравшиеся на встречи с ним, встречали президента радостными криками: "Приходи, о наш шах!", "Приходи, о наш господин!"

Второй важной компонентой культа Сомони являлась концепция арийского происхождения таджикской государственности. 12 сентября 2003 г. президент издал специальный указ, согласно которому "в целях изучения и пропаганды вклада ариев в историю мировой цивилизации" 2006 г. провозглашался "годом арийской цивилизации". Были организованы торжественные мероприятия, а улицы таджикских городов украсили плакатами со свастикой, славящими арийские корни таджиков.

Официальная пропаганда гласила, что именно Таджикистан является "центром древнего арийского пространства Евразии, которое объединяет Таджикистан и Россию". Но русские нацисты чувств "арийской солидарности" с таджиками не проявили. Даже наоборот.

По части конструирования государственной идеологии президент действовал с размахом. В 2007 г. он инициировал кампанию "возвращения к культурным корням и национальной топонимике". Для начала сменил собственную фамилию, отрезав -ов. На протяжении двух месяцев примеру национального лидера в приказном порядке последовали все таджики. За год были переименованы почти все города и улицы страны (в феврале 2016 г. Таджикистан избавился от последнего города с русским названием —Чкаловск Согдинской обл. был переименован в Бахри-Тоджик).

В то же время начинает формироваться и культ личности самого "Основателя мира и национального единства — Лидера нации" (официальный титул Эмомали Рахмона). Местные биографы президента утверждают, что предки Рахмонова были родом из Самарканда и вынуждены были скрываться от династии мангитов (узбеков), которые правили в то время в Бухаре и Самарканде. Это, по мнению таджикских пропагандистов, должно объяснять постоянное напряжение в отношениях Таджикистана с Узбекистаном, доходящее до вооруженных столкновений. Важной сюжетной линией является упоминание о легендарном деде Эмомали — "знатном и уважаемом шиане и маулави", а по другой версии — сейде (потомке великого имама Али ибн Абу Талиба) из рода Ходжа Юсуфа Хатлани. Несмотря на то, что сам Рахмон суннит, но близость к Ирану и шиизму дает возможность создавать синкретические идейно-религиозные конструкты. Род Али по крови и по умолчанию должен претендовать на светскую и духовную власть.

Революционная ситуация

В последние десять лет изменилась религиозная карта Таджикистана. Еще в 1990-х гг. большинство таджиков были суннитами ханафитского мазхаба, склонными к светской государственности. Но уже в начале 2010-х можно было наблюдать увеличение количества суннитских радикальных сект (особенно ячеек Исламского государства) и рост шиитского населения в районе Памира. Популярность исламского фундаментализма объясняется бедностью местного населения, коррупцией во власти, произволом силовиков и отсутствием социальных лифтов для молодежи.

В декабре 2010 г. был принят закон "Об ответственности родителей", запрещающий несовершеннолетним посещать мечети во время школьных занятий. Этот запрет способствовал формированию параллельного молодежного исламского образования и воспитания, которое оказалось под контролем того же Исламского государства.

Государственные идеологи не преодолели регионально-клановую раздробленность и не сформировали общетаджикскую национальную идентичность, не говоря уже об интеграции нацменьшинств. Центральное правительство в Душанбе не контролирует всей территории страны (Горного Бадахшана, в частности).

Власти объявили ведущую оппозиционную партию террористической организацией и запретили ее, отправили за решетку порядка 200 оппозиционеров, экстрадировали и похищали критиков правительства за рубежом, арестовывали адвокатов и журналистов. В частности, 23 года тюрьмы получил лидер Демократической партии Таджикистана Махмадрузи Искандаров, в результате спецоперации был убит бывший министр по ЧС Мирзо Зиёев. Правительство регулярно блокирует различные веб-сайты.

Между тем ситуация в социально-экономической сфере стремительно деградирует. Сомони дешевеет, официально валюту приобрести невозможно, а на черном рынке курс составляет 9 сомони за доллар — на 15% выше, чем в начале года. Средний доход на душу населения сократился примерно на 24%. С ноября доля домохозяйств, получающих денежные переводы, продолжает неуклонно снижаться.

Естественно, все эти экономические проблемы простых таджиков служат фоном для слухов о гигантских размерах коррупции в высших эшелонах власти, формирования культа личности Рахмона и репрессий в отношении недовольных.

Фото: topwar.ru

Но монархия не спасет режим Эмомали Рахмона. По словам таджикского эксперта Темура Варки, если начнется революционный процесс или что-то случится с самим Рахмоном, обострится внутриклановая внутриаппаратная борьба с участием силовых структур. Группировки вокруг Рахмона вряд ли допустят приход к власти его сына. Следует ожидать череды покушений и государственных переворотов.

В итоге дивиденды получит Исламское государство. Вдоль таджикско-афганской границы сосредоточено около 5 тыс. боевиков из Талибана, Исламского движения Узбекистана, "Джамаати Ансаруллох" и подразделений ИГИЛ. Граница прозрачна не только для наркотрафика и контрабанды, но и для джихадистов.

Следует отметить, что таджики достаточно широко представлены в самом Исламском государстве. По меньшей мере 2000 граждан республики воюют в его рядах. В 2015 г. губернатором сирийской провинции Ар-Ракке (которая находится под контролем ИГИЛ) стал таджик, имя которого не разглашается. В Исламское государство ушел даже бывший руководитель таджикского ОМОНа полковник Хулмород Халимов вместе с целым взводом наиболее подготовленных бойцов.

База для исламской революции подготовлена. Нужна только искра. И она не заставит себя ждать. Как сказал ветеран добробата "Айдар" Shavkat Muhammad, "Эмомали Рахмон оставил таджикам выбор. 5,45 или 7,62..."