Мир

Кремль готовит против Украины второй фронт

«Прекращение кормления» ПМР может сыграть роль детонатора. Очень похоже, что именно этого и добивается Россия: оголодавший регион быстро достигнет точки кипения

Фото: novostipmr.com

Странный полудостоверный слив в российской "Независимой газете" о том, что Москва отказала Приднестровью в предоставлении $100 млн для стабилизации экономической ситуации, полу­опровержение Рогозина, заявившего, что "Россия не бросит ПМР", и одновременно участившиеся выступления президента последней Евгения Шевчука, призвавшего приднестровцев го­товиться к тяжелым временам и думать больше о душе, а не о пище, породили волну слухов о сдаче Россией При­дне­ст­ровья. А поскольку Кремль редко просто так расстается с тем, на что наложил лапу, возникла и версия: Приднестровье пытаются разменять на Крым. Не с Украиной, конечно, а с Западом. Так ли это?

Конечно, идея такого обмена могла получить хождение. Пыталась же российская делегация в ПАСЕ обменять заложницу Надежду Савченко на возврат права голоса и снятие санкций. Но даже в неадекватной Москве все еще понимают, что реализация таких планов маловероятна. Однако вернемся к событиям вокруг ПМР. Информация "Не­за­висимой газеты" (кстати, она давно уже по факту принадлежит "Газпрому" и управляется из АП) заведомо и вызывающе недостоверна. Не мог Евгений Шевчук при всей своей неадекватности просить у России $100 млн. Потому что в Приднестровье просто нет и не предвидится проектов, на которых можно было бы освоить такую сумму.

Шевчук мог просить 100 млн российских рублей на дополнительные выплаты пенсионерам. И ему отказали: Шевчук оказался потрясающе неэффективен. Его непродуманная налоговая политика убила остатки приднестровской промышленности. Дошло до того, что Алишер Усманов намерен подарить свой метзавод в Рыбнице правительству ПМР, а цементный выставил на продажу по бросовой цене. Поскольку за три года у власти "команда профессионалов" довела оба завода фактически до банкротства. Нет промышленности - некому продавать российский газ, нечем наполнить бюджет. МолдГРЭС тоже едва жива, работая на 15-20% мощности, а потребление газа населением приносит копейки. Основу же бюджета ПМР составляли именно деньги, вырученные от продажи российского газа конечным потребителям. Деньги эти оставались в При­днестровье. А поскольку ПМР формально не признана, Москва вешала их на газовый долг Молдовы, используя миллиардные счета для давления на Кишинев.

Не имея общей границы с Россией и не получая от нее регулярной помощи, Южный фронт долго не продержится.
Но это неважно: для Москвы приднестровцы - расходный материал

Но схема умерла. В анклаве нет сегодня достаточного платежеспособного спроса на российский газ, чтобы наполнить бюджет, дефицит которого уже привычно за­шкаливает за 70%. А реэкспортировать его Шевчук тоже не может по целому ряду технических и юридических причин. В итоге на регион надвигается гуманитарная катастрофа. Работать тут некому и негде: все, кто мог, давно уехали, 60% населения - пенсионеры. Лишение российской надбавки по факту означает уменьшение пенсий вдвое. А они и без того не превышали $40-50 при вполне одесско-киевских ценах.

А еще в Приднестровье есть Оперативная группа российских войск во главе с полковником Дмитрием Зеленковым численностью около 1,5 тыс. человек и примерно 30 БТРов. Плюс собственные Вооруженные силы - порядка 7 тыс. человек, десятка полтора танков, десяток-другой "Градов", три десятка БТРов и кое-какая артиллерия. Все, конечно, старенькое, но вполне на ходу и в исправности. Боеприпасы и запчасти для техники есть в Колбасной в достаточном количестве. Много стрелкового оружия и почти 150 тыс. россиян, постоянно проживающих тут, из которых примерно треть имеют, помимо непризнаваемого приднестровского, только российское гражданство. Это значит, что они не могут никуда уехать из ПМР, кроме Молдовы: Украина для них закрыта, а в Румынию и далее нужна виза. Многим из них из-за отсутствия работы попросту не на что жить, а кое-кому, вроде военных пенсионеров, чьи дети давно выехали из анклава, и терять нечего.

В сумме это дает крайне взрывоопасную социальную бомбу на очень уязвимом направлении: до Одессы 70 км при почти полном отсутствии в области украинских войск. В этих условиях "прекращение кормления" ПМР может сыграть роль детонатора. Очень похоже, что именно этого и добивается Россия. Расчет прозрачен: оголодавший регион быстро достигнет точки кипения. Организовать здесь Южный фронт против Украины можно будет легко и почти даром.

Фото: president.gospmr.ru

Правда, не имея общей границы с Россией и не получая от нее регулярной помощи, такой фронт долго не продержится. Но это неважно: для Москвы приднестровцы - расходный материал. В существующей ситуации украинского бардака они вполне могут вырваться из Приднестровья на оперативный простор. Часть, конечно, погибнет, но кто-то прорвется мелкими группами на Восток, а кто-то рассеется по Украине в виде мобильных вооруженных банд. Никакого "десанта из Москвы", обещанного на днях председателем комитета Совета Федерации России по международным делам Константином Косачевым, в помощь приднестровцам отправлено не будет. Это жесткий вариант развития событий вокруг ПМР. Мягкий вариант - шантаж Молдовы в сочетании с некоторыми пряниками. Задача - вернуть ей При­днестровье на российских условиях, добившись заодно расширения полномочий Гагаузской авто­но­мии и привязав с помощью Ти­рас­поля и Комрата к России навечно. Промежуточные варианты тоже возможны. Но в любом случае Россия явно начала играть на обострение на границе Украины и Молдовы. Со всем этим надо что-то делать, что-то немедленно решать с При­днестровьем, действуя сов­местно с Кишиневом и без оглядки на Москву. Тем более что, в непризнанной ПМР постоянно проживают еще и 90 тыс. граждан Украины.