Мир

Кто заработает на лихорадке Эбола

Если бедные не могут заплатить за лекарства, нужно пугать богатых

Все четыре государства Западной Африки, в которых зафиксирована вспышка заболевания, - Гвинея, Либерия, Сьерра-Леоне и Нигерия - ввели режим чрезвычайного по­ложения. Саудовская Аравия отказалась принимать паломников на хадж из этих стран. В минувшую пятницу Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) признала распространение вируса Эбола чрезвычайной ситуацией глобального значения. На этой неделе скончался первый инфицированный европеец. К моменту написания статьи зафиксировано 1975 случаев лихорадки Эбола, из которых 1069 закончились летальным исходом. Причем ВОЗ предупреждает: масштаб вспышки сильно недооценен, она может продлиться еще несколько месяцев.

Лихорадка Эбола - действительно очень заразное заболевание с крайне высоким процентом смертности. Но истерия вокруг нее вызвана, по всей видимости, иными причинами.

Первая вспышка инфекции была зафиксирована в 1976 г. в районе реки Эбола в Заире (ныне - Демократическая Республика Конго). С тех пор ВОЗ зарегистрировала

Mapp Biopharm принадлежат права лишь на конечную формулу вакцины. Патентами на ее составляющие владеют еще полдюжины компаний, включая табачного гиганта Reynolds America
и частного разработчика средств биозащиты, подрядчика МО США, Канады и Британии Defyrus

около двух десятков вспышек. Однако истерик, подобных нынешней, не случалось - притом что в тот самый первый раз человечество познакомилось с наиболее опасным штаммом вируса (смертность отмечается на уровне 60-90%). Тогда, кстати, его подхватили 318 человек, из которых 280 умерли.

Полицейских кордонов и стандартного комплекса санитарных мероприятий при помощи ВОЗ оказывалось достаточно, чтобы сдержать эпидемию. Тем более что Эбола не столь заразна, как чума, холера, оспа и желтая лихорадка, вспышки которых предусматривают автоматическое введение карантинных мер.

В стремительном распространении вируса скорее виноваты культурные особенности стран его обитания, в частности похоронные ритуалы, низкий уровень гигиены и медицины в целом, нежели выдающиеся способности вируса, который передается исключительно через выделения и жидкости тела. К слову, власти Либерии были вынуждены ввести уголовную ответственность за сокрытие больных лихорадкой Эбола. А в Сьерра-Леоне полиции пришлось применить слезоточивый газ, когда родственники штурмовали больницу, пытаясь забрать тела умерших.

Здесь стоило бы поискать объяснения и эболовой репутации "универсального убийцы": процент летального исхода считается для доставленных в медучреждения пострадавших. А если они поступают в тяжелом состоянии, шансы на выздоровление крайне малы. Особенно если у них, помимо Эболы, целый букет болезней, что отнюдь не редкость. Ис­пан­с­кий священник-миссионер Ми­­гель Пахарес, чья смерть потрясла европейцев, до заражения был болен тифом, имел проблемы с сердцем и почками.
Та же малярия уносит 1,5-3 млн жизней в год, но это не вызывает паники в мировых СМИ. Почему? Логичный ответ содержится в любом справочнике: специального лечения лихорадки Эбола или препаратов против нее не существует. Дескать, коммерческая фармакология не заинтересована в разработке вакцины из-за очень ограниченного и бедного рынка сбыта. Возможно, ВОЗ решила из человеколюбия добиться наконец решения проблемы.

При раннем выявлении Эболы и должном уходе можно обойтись и без специфических препаратов, но легче озаботить развитые страны производством вакцины, чем повысить уровень здравоохранения в Африке. Если взглянуть на проблему шире, то речь вообще идет о призыве к гуманитарной реколонизации Черного континента. А очень медиагеничная болезнь стала "лицом" этой кампании - по всем канонам маркетинга.

Пора вспомнить о цинизме. Во-первых, когда речь идет о вы­жи­ва­нии - все средства хороши, и ВОЗ разрешила использовать препараты с незавершенным циклом клинических испытаний. Так что разработчики сэкономят немалые средства, тестируя лекарства в полевых условиях, причем юридических последствий можно не опасаться.

Во-вторых, вакцина - ZMapp - появилась "вдруг" и сразу была признана чудодейственной: двум американским врачам хватило буквально пары доз. Конечно, ведущие державы, некогда заинтересованные боевым потенциалом Эболы, вели исследования в этой области и имеют определенные наработки, хотя после холодной войны они легли под сукно. История с рассылкой спор сибирской язвы (письма с белым порошком) вынудила Пентагон возобновить программу. Но два года назад ее финансирование вновь было прекращено. Причем тогда же армейский вирусолог Джин Олингер заявил, что при сохранении уровня финансирования для создания вакцины нужно еще пять-семь лет.

В-третьих, рассказы об отсутствии интереса фармацевтических компаний к созданию вакцины -миф. Пентагоновское Управление по сокращению угроз обороне, ведающее, в частности, проблемами биологической защиты, практикует традиционный для Минобороны США принцип аутсорсинга. Его подрядчиками выступают как гиганты вроде GlaxoSmithKline и Sanofi, так и компании поменьше типа — Mapp Biopharmaceutical, чье американское отделение получило от Пентагона грант на $8 млн. Это та самая фирма, которая создала уже запатентованный ZMapp.
Причем, как отмечает гонконгский журналист Йоши Шимацу, который прославился расследованием попытки секты Аум Сенрике провезти вирус Эбола в Японию, самой Mapp Biopharm принадлежат права лишь на конечную формулу "коктейля". Патентами на его составляющие владеют еще полдюжины компаний, включая табачного гиганта Reynolds America и частного разработчика средств биозащиты, подрядчика МО США, Канады и Британии Defyrus. За­интере­сованы ли они в том, чтобы патенты начали наконец приносить прибыль?

Ажиотаж вокруг вакцины сильно напоминает историю о том, как на фоне птичьего гриппа H5N1Gilead pharmaceuticals раскрутила свой Tamiflu (закупленный, напомню, и правительством Юлии Тимошенко). К слову, совет директоров Gilead в 1997-2001 гг. возглавлял Дональд Рамсфельд, впоследствии ставший главой Пентагона. Так вот, когда на препарат были потрачены астрономические суммы, выяснилось, что слухи о его эффективности сильно преувеличены. Будет что "пилить" и сейчас: ВОЗ уже призвала доноров собрать $100 млн на борьбу с лихорадкой.

И последнее. Нынешняя вспышка лихорадки вызвана "Заиром", а не местным, кот-д'ивуарским штаммом, который считается более слабым. Как один из самых опасных вирусов в истории смог незаметно преодолеть почти 5 тыс. км от Центральной до Западной Африки, так и не выяснили. О столь далеких миграциях крыланов - естественных носителей вируса - неизвестно. Чего не скажешь о небрежности и ЧП при транспортировке медицинских материалов. Впрочем, обе версии - пока лишь домыслы.

Так кому же грозит Эбола?

На официальном сайте ВОЗ в рубрике часто задаваемых вопросов можно прочесть следующее: "Риск того, что человек, совершающий туристическую или деловую поездку, будет инфицирован вирусом Эбола во время посещения затронутых районов, а по возвращении домой у него разовьется болезнь, крайне низкий даже в случае посещения тех мест, где были зарегистрированы первые случаи заболевания. Для передачи инфекции необходим прямой контакт с кровью, выделениями, органами или биологическими жидкостями инфицированных людей или животных, живых или мертвых. Такие контакты маловероятны для людей, совершающих обычные поездки". Кстати, в том же источнике говорится, что риск передачи вируса через сперму сохраняется еще в течение семи недель после полного выздоровления. Но с воздержанием и защищенным сексом в регионе большие проблемы.