Мир

Бык и Юпитер. Почему Путин держит украинцев за "быков" с Минском-3

Единственная задача нынешней системы управления в Российской Федерации – это прикрытие «косяков» и структурных сбоев, порожденных ею самой

Когда спецпредставитель председателя ОБСЕ в трехсторонней контактной группе Мартин Сайдик и пресс-секретарь Леонида Кучмы Дарка Олифер (каждый на свой манер) сообщили о достижении рамочного соглашения о разведении сил и средств, эта новость была обречена стать сенсацией. Еще бы — подписан документ, предполагающий создание пилотной зоны безопасности на трех участках, — в Золотом, Петровском и в Станице Луганской. Разведение войск («сил и средств», по словам Сайдика) на километр в каждую сторону по идее делает невозможным применение стрелкового оружия — ход, который со всей очевидностью делается для укрепления перемирия.

Разумеется, эта новость не могла не вызвать зрадофильских комментариев. Вполне вероятно, что какая-то их часть справедлива. Но боюсь, они преждевременны: длительность функционирования этого «проекта» на поверку окажется чуть менее предсказуемой, чем осенняя погода.

Дело в том, что нынешняя Россия в принципе недоговороспособна. Еще раз: Россия недоговороспособна. В принципе.

Ее подход к формуле римского права, лежащей в основе межгосударственных отношений, Pacta servanda sunt (договоры должны соблюдаться) характеризуется другой формулой, тоже римской, — Quod licet Iovi, non licet bovi (что позволено Юпитеру, то не дозволено быку). Кого в Москве считают Юпитером, очевидно. Что до быков — они-то как раз обязаны держать себя в рамках, дабы не давать повода. Впрочем, их послушание ровным счетом ничего не меняет: срыв все равно неизбежен. Причем независимо от того, действительно ли он отвечает планам Кремля или всего лишь соответствует не обретшим конкретной формы его устремлениям. Проще говоря, не «я сам», а уходящее в глухую несознанку «оно само». Но мировому сообществу такое не объяснишь — не по-пацански, да и не поверят, а потому в ход идет не менее изобличающее «где ваши доказательства?».

Свежий пример — разбомбленный в пух и прах гуманитарный конвой ООН, сорвавший соглашение о перемирии в Сирии в первый же день его предполагаемого начала. 19 сентября истек недельный режим прекращения огня. Согласно заключенному неделей ранее женевскому соглашению между российским министром иностранных дел Сергеем Лавровым и госсекретарем США Джоном Керри это должно было означать переход к следующей фазе урегулирования. Но не тут-то было.

Ооновский конвой под эгидой и с маркировкой «Красного Полумесяца», доставлявший гуманитарную помощь, был уничтожен в городе Урем-аль-Кубра, что на западе провинции Алеппо, контролируемой оппозицией. Среди двух десятков погибших оказался и глава сирийского «Красного Полумесяца». Новость подоспела аккурат к прощальной речи генсека ООН Пан Ги Муна, назвавшего этот акт «тошнотворным, варварским и, очевидно, намеренным нападением». Сотрудники организации между тем квалифицировали этот инцидент как потенциальное военное преступление.

Фото: metro.us

Вашингтон тем временем заявил, что удар нанесла пара российских Су-24 (этим машинам определенно не везет в сирийском небе). Это можно было бы списать на информационную войну, черный пиар и все что угодно, если бы реакция Москвы не выдала ее со всеми потрохами. Сначала было заявлено, что ни российская, ни сирийская авиация в этом районе не летала — относительно сирийской Лавров потом повторит особо, и эти слова будут раз за разом повторять российские СМИ, забивая эфир информационным шумом. Затем из глубин МО РФ рождается версия о самоподрыве. Сама по себе тянущая на явку с повинной, хоть и по другому делу: в отличие от российских гумконвоев на Донбассе, ооновские в Сирии доставляют продовольствие и медикаменты — там взрываться нечему. Тем более так, чтобы уничтожить и повредить сразу полтора десятка машин и окружающие здания. Но это была, как оказалось, только интермедия. После которой  (практически сразу) последовало еще одно фактическое признание: представленная МО РФ видеозапись с беспилотника, на которой видно, что вдоль конвоя проезжает джип, буксирующий крупнокалиберный миномет. Так закладывается фундамент под оправдание действий ВКС РФ: дескать, террористы сопровождали гумконвой (здесь опять неизбежно щелкает привязка к Донбассу), что оставалось делать? Напомню, последние сутки режима прекращения огня на тот момент еще не истекли. Даже если не брать во внимание этот момент, то прикрытие живым щитом — прием известный. Если донбасские «ополченцы» на российских зарплатах устраивали огневые позиции в жилых кварталах, провоцируя на ответные обстрелы украинские войска, как Москва могла попасться в ту же ловушку? И последнее — фееричное: сообщение того же МО РФ, что над Урем-аль-Куброй был замечен американский ударный дрон.

Жаль, эта новость практически совпала по времени с заседанием Совбеза ООН. Иначе разгромная речь Керри в ответ на призыв Лаврова к «тщательному и беспристрастному расследованию» и проведению межсирийских переговоров без предварительных условий была бы куда более желчной. Хотя главное в ней и так прозвучало: «Я слушал своего коллегу из России, и у меня сложилось впечатление, что мы находимся в параллельных вселенных». В переводе с дипломатического на человеческий — «Поздравляю, гражданин соврамши».

Внимание, маленький каминг-аут: неделю назад, когда стали известны некоторые подробности сирийской сделки, я, как и многие комментаторы, полагал, что Госдеп совершает большую ошибку. Ведь он фактически соглашался оставить Асада в покое и обеспечить России место в коалиции против ИГИЛ — вплоть до координации действий и совместных операций. Тем самым Белый дом шел на конфликт не только с Конгрессом, прямо запретившим военное сотрудничество с РФ в ответ на аннексию Крыма, но и с Пентагоном. Не говоря уже о далекоидущих последствиях от легитимации постоянной российской «прописки» в регионе.

Так вот, теперь приходится признать: Госдеп успел хорошо изучить Россию. Слишком хорошо, чтобы не понимать: перемирие долго не продлится. Причем даже не по причине злонамеренности Москвы: ее рэкетирская тактика нагнетания конфликтов и продажи своих услуг в их разруливании хорошо известна и не содержит ровным счетом ничего нового. Подобно братку из девяностых Кремль изобретателен в средствах, но примитивен в выборе целей. И это в общем просчитывается.

Что просчитать невозможно — так это степень некомпетентности, а также реальный уровень управляемости и обратных связей во властных вертикалях РФ. Причем на всех уровнях — от солдата до командира, от командира до министра, от министра до президента. Так вот, единственная задача нынешней системы управления в Российской Федерации — это прикрытие «косяков» и структурных сбоев, порожденных самой этой системой.

Ставилась ли пилотам задача разбомбить именно ооновский конвой? Ввиду масштаба репутационных потерь ответ очевиден. Сорвать перемирие можно было и менее дорогими способами. Тем более что такую возможность предоставили сами американцы, в субботу разбомбившие по ошибке блок-пост асадовских войск и признавшие это.

Можно смело ставить на то, что удар по конвою определенно был, как говорят вояки, «залетом». Все, что было (и еще будет) после, — всего лишь попытки а) уменьшить ущерб и б) хоть что-нибудь выжать из этого. Как это было с недавней перестрелкой между пограничниками и эфэсбэшниками в Крыму. Как это было со сбитым под Снежным «Боингом». Как это было с «заблудившимися» псковскими десантниками. Как это было со штурмом «Норд-Оста» и взятием бесланской школы. Шаблон везде одинаков — это типичное воровское «попался — отрицай». Но не попасться — невозможно. Вся российская исполнительная цепочка построена таким образом, что вероятность эксцессов исполнителя множится едва ли не экспоненциально. Неизбежное следствие мутации «совка» в высококоррупционной среде. Так что единственный закон, который здесь исполняется всегда, — это закон Мерфи: все, что может пойти не так, пойдет не так.

А потому, что бы ни было подписано в Минске, не стоит с излишней серьезностью доверять бумаге. Даже если в ней два армейских корпуса ВС РФ называются «вооруженными формированиями отдельных районов Донецкой и Луганской областей Украины». Следующий «косяк»  неизбежен. Нужно лишь быть к нему готовым, когда он произойдет. И если вчерашнее соглашение позволит выиграть для этого время — почему бы нет?