Мир

Боинг Путина. Пять неутешительных для Кремля выводов из доклада по рейсу МН17

Запад может разыграть козырь "Боинга", шантажируя российское руководство от Авдеевки до Алеппо

Прежде всего, стоит отметить, что нынешний доклад — все еще не финальный. Международная следственная группа (МСГ) лишь представила промежуточные итоги своей работы. И сенсаций они, по большому счету, не содержат: все озвученное было известно ранее благодаря расследованиям неправительственной организации Bellingcat, а также нидерландского Совета по безопасности.

Коротко говоря, МСГ, в которую входят эксперты из Нидерландов, Австралии, Бельгии, Малайзии и Украины, на основании широкой доказательной базы (в частности, анализа обломков и характера повреждений, опросы очевидцев, данные из соцсетей, разведперехваты, фотодокументы, полученные с американских и европейских спутников) пришла к выводу, что "Боинг" был сбит ракетой, выпущенной ЗРК "Бук" с поля неподалеку от Первомайского, что под Снежным.

ЗРК идентифицирован, он прибыл с территории РФ, а после пуска вывезен обратно. Поражающий элемент, застрявший в переплете фонаря пилотской кабины позволяет утверждать, что ракета была того типа, который состоит на вооружении российской армии.

Круг участников операции, либо управлявших "Буком", либо перегонявших его, — порядка ста человек — установлен, хотя конкретные личности и степень их причастности к этому преступлению пока остались не названными, а обвинения никому конкретно не предъявлены.

Что будет дальше?

Во-первых, новый виток информационной войны. Собственно, он начался накануне. Москва вдруг решила признать, что боевых самолетов в квадрате не было. Это к тому, что ранее Москва выдвигала версию, что сбить "Боинг" мог украинский истребитель. Цель дезавуирования версии — создать информповод и сработать на упреждение, забив внутренние каналы распространения информации накануне ожидаемо неприятного события. За первым шагом последовал второй: за час до начала пресс-конференции МСГ путинский пресс-секретарь Дмитрий Песков заявил о наличии неких "неопровержимых фактов", якобы доказывающих, что ракета не могла быть запущена с территории, подконтрольной сепаратистам. При этом было добавлено, что любые выводы без принятия во внимание "фактов" из России — неверны. 

Наконец, нельзя не упомянуть о чрезвычайно высокой активности представителей российских СМИ, засыпавших докладчиков "правильными" вопросами. Все это вкупе должно привести к предсказуемому результату. Российская аудитория (причем здесь подразумеваются не только живущие в РФ, но и диаспоры, потребляющие медиапродукт ТМ "Киселев") в массе своей и дальше будет "знать": это заговор с целью опорочить и прогнуть Кремль.

Причем даже осознавая, что это ложь, многие будут по умолчанию заступаться за "честь мундира". Полагаю, что им в этом помогут, вбрасывая все новые версии о происхождении "Бука" — разной степени идиотизма (угнали по пьяни, спутали накладные, отжали-таки у "укропов" и гоняли в Россию на ремонт). Так что информационно-смысловая пропасть между Россией и остальным миром лишь углубится. И Россия вынуждена будет утверждать откровенно маразматические вещи, поскольку никакого приличного выхода у нее нет: любое, даже ограниченное признание в причастности будет означать либо участие России в войне против Украины (если целью был украинский военный самолет), либо совершение Россией теракта, если целью был таки "Боинг".  

Во-вторых, продолжится зачистка концов. Расследование МСГ близится к финалу — время соглашения о ее деятельности истекает. До того как это произойдет, по всей видимости, следователи ставят себя задачу назвать конкретных исполнителей. В этой связи крайне показательно прозвучавшее на пресс-конференции заявление о том, что сотрудничающим со следствием смягчат наказание.

Нельзя исключать, что это наживка, рассчитанная на то, что кто-то из этой сотни все же захочет слить информацию по делу в обмен на гарантии безопасности и убежище. Ведь вполне очевидно, что по мере продвижения следствия перспективы выживания каждого из этой адовой сотни стремятся к нулю, независимо от того, что он делал (хотя те трое или четверо человек, которые составляли экипаж ЗРК, можно утверждать с большой долей вероятности, уже мертвы).

В-третьих, в ближайшей перспективе правительство Нидерландов постарается отыграть тему МН17 как в публичном пространстве, так и на политическом уровне. Формально это совершенно никоим образом не будет связано с "особым мнением" правительства королевства в вопросе ассоциации Украины с ЕС. Однако, по нашим данным, Амстердам подвергся серьезному прессингу со стороны партнеров за это решение и не намерен упускать возможности продемонстрировать европейскую солидарность в целом и солидарность с Киевом в частности. Здесь очень кстати пришелся ответ на каверзный вопрос российского журналиста: расследование деятельности украинских авиадиспетчеров и незакрытия воздушного пространства не входит в компетенцию МСГ.

В-четвертых, вновь озвученные в Нидерландах результаты имеют, по крайней мере пока, лишь ограниченный юридический потенциал — в том смысле, что практика судебного преследования причастных к уничтожению МН17 начала обкатываться еще после публикации упомянутых ранее аналогичных докладов. Речь о коллективном гражданском иске против Игоря Гиркина-Стрелкова. Иск предполагает взыскание $900 млн, но вопрос компенсаций здесь имеет второстепенное значение. По словам адвоката в деле Флойда Визнера, главное здесь — возможное применение Акта о защите жертв пыток (TVPA).

Здесь стоит упомянуть, что иностранные государства в американских судах недосягаемы для некоммерческих исков согласно  Акту об иммунитете иностранного суверенитета (FSIA). Однако применение TVPA, особенно в паре с Актом об антитерроризме и последующей смертной казни (AEDPA), позволяет обойти эту норму: первый обосновывает иск против персоны, второй — против страны, поскольку предполагает, что преступление совершалось с одобрения и при помощи государства — спонсора терроризма. И хотя РФ таковым пока не признана, подобный поворот вследствие судебного процесса представляется возможным. Можно предположить, что аналогичная схема может быть применена и по отношению к непосредственным исполнителям теракта под Снежным.

Разумеется, доставка их в суд — событие исчезающе маловероятное. Однако запуск такой схемы, даже в случае заочного процесса, несет реальную угрозу зарубежным активам как российского государства, так и его руководителей. Фактически речь об очередной волне санкционного давления, не оформляемого как таковое. Кроме того, такой сценарий гипотетически позволяет обойтись без международного трибунала.

Потому что, в-пятых, перспективы создания подобного трибунала сейчас выглядят еще менее реальными, чем явка с повинной "парня, нажавшего на кнопку". Здесь стоит привести слова генпрокурора Нидерландов Фреда Вестербека: "Сейчас большее, что мы можем заявить, — это то, что "Бук" прибыл из РФ и туда же вернулся. Мы не можем делать заявлений об участии России как государства или людей из России". Отчасти его слова могут объясняться тем, что, не идентифицировав конкретных исполнителей, юридически некорректно говорить  о вовлеченности Москвы в этот инцидент (знать и предполагать — понятия разные). В то же время ввиду очевидности того факта, что такого рода вооружения не могут быть в частном владении (тем более в России), приходится признать явную неготовность тех же Нидерландов (и, говоря шире, — международного сообщества) усиливать нажим на Кремль. В то же время нынешний доклад вполне тянет на "усиление переговорной позиции". Иными словами, Запад может разыграть этот козырь, прессуя российское руководство на политически важных направлениях, тем более что поле для торгов (и шантажа) обширно. От Алеппо до Авдеевки, от перемирий и беженцев до хакерских атак и попыток вмешательства в избирательный процесс.

Что же до наиболее животрепещущей темы, об которую стерлась не одна сотня клавиатур, ввиду всего вышесказанного можно сказать одно: рассчитывать на международный трибунал сейчас не стоит. Хотя тема МН17, безусловно, пополнила копилку аргументов за реформирование ООН в целом и Совбеза в частности, это дело определенно затянется на годы. Как грустно пошутил по этому поводу один дипломат, "международный трибунал возможен только в том случае, если союзнические войска войдут на территорию Российской Федерации одновременно со стороны Владивостока и со стороны Петербурга." Фактически мир получил второй Локерби. Последняя точка в той истории была поставлена лишь тогда, когда суммарное внутреннее и внешнее давление на режим Каддафи превысило его запас прочности.