Мир

Париж вновь капитулировал перед Берлином

Чистка во французском правительстве означает, что в ЕС остался один локомотив

На фоне вялотекущей "рецессии" европейской интеграции Францию взбодрил краткосрочный политический кризис. В итоге частично сменился состав правительства. Строго говоря, целью был министр экономики Арно Монтебур. Но ради процедуры для начала был уволен сразу весь кабинет - местный политикум чтит приличия во внутренних делах. Ну а по ходу подчистили еще пару не очень угодных президенту Франсуа Олланду фигур.

Франция - республика президентская, и хотя традицией предусмотрен механизм коабитации (сосуществования), глава государства возглавляет также исполнительную власть. Поэтому он имеет право отправить правительство в отставку практически в любой момент - другое дело, что новый кабинет должен получить одобрение большинства в Национальном собрании. Но с этим у мсье Олланда нет трудностей - его социалисты являются правящей партией.

Тем не менее у Елисейского дворца появились проблемы, характерные для всех европейских левых либералов. Ведь в последние годы звезды Тони Блэра и Гордона Брауна, Хосе-Луиса Сапатеро, мелькавших, как в калейдоскопе, итальянских левоцентристов закатывались по одной и той же причине: собственная электоральная база обвиняла их в том, что они "не настоящие левые". И не без оснований. В тучные 2000-е им вменяли в вину замену государственных программ политикой доступности гибкого кредитования - потребительского, ипотечного, а также разно­образного перекредитования.

Теперь критика несколько видоизменилась: левые правительства обвиняют в том, что они проводят консервативную бюджетную политику ограничений, отсюда неясно, в чем же их "левизна". Впрочем, следует сказать, что кое-какие реформы в ответ на кризисные явления были проведены разве что в Германии, которая, впрочем, чувствует себя наиболее уверенно.

Но реформы имени Ангелы Меркель, стимулирующие немцев слезть с иглы пособий и субсидий, привыкшим к бюджетной кормушке французам представляются "людоедскими". По сравнению с Германией во Франции значительно выше социальные отчисления и пособие по безработице, действует гораздо более действенная защита от увольнения, кроме того, еще с 1990 г. в стране введена 35-часовая рабочая неделя.

Поэтому Олланду, настроенному все-таки вылечить французскую экономику, пришлось подавить мятеж в собственной партии - и пока неизвестно, окончательно ли. В августе президент в очередной раз огласил свой план реформ, который он сам называет "Пакт ответственности". Он предусматривает сокращение госрасходов и налоговых льгот для предприятий. Но если говорить о структурных реформах, то эти шаги могут стать лишь прелюдией.

Собственно, эта программа и привела к кризису кабинет министров Мануэля Вальса, назначенный всего пять месяцев назад. Арно Монтебур, относящийся к левому крылу правящих социалистов, яростно критиковал обоих шефов, обвиняя во всех бедах как Франции, так и ЕС в целом правительство Меркель. "Германия попала в ловушку собственной политики жесткой экономии и навязывает ее всей остальной Европе, - утверждает он. - Не в интересах Франции следовать идеологическим постулатам немецких консерваторов". При этом, однако, он не замечает противоречия в своих тезисах: ведь для того чтобы прекратить кризис и вернуть рост, той же Франции следует не противостоять Германии, а углублять интеграцию, унифицируя монетарную, бюджетную и торговую политику Союза. Впрочем, теперь проводить в жизнь курс президента будет новый министр экономики, промышленности и технологий Эмманюэль Макрон, в недавнем прошлом - инвестбанкир дома Ротшильдов.

Своих постов также лишились и другие фрондеры: министр образования Бенуа Амон и министр культуры Орели Филиппетти, не одобрявшие политического курса президента. Пост министра образования заняла Наджат Валло-Белькасем, бывший министр по правам женщин. Министерство культуры возглавила Флер Пеллерен. Этими назначениями Олланд дал понять, что в будущем не допустит критики своих реформ и что незаменимых социалистов не существует.

Несмотря на свой рекордно низкий рейтинг, Олланд взвалил на себя тройное бремя - реформы, стимулирование экономики посредством бюджетной программы, переизбрание и усиление роли Франции в ЕС, однако исключительно в контексте внешнего и внутреннего курса, проводимого Берлином. При такой установке конфликт правительства с отраслевыми профсоюзами представляется неизбежным. Немного забегая вперед, можно предсказать, что объявившему войну социальным паразитам Олланду придется положиться на финансовые учреждения и силовые структуры.

Из вышесказанного можно сделать следующие выводы. Во-пер­вых, Франция смирилась с единоличным лидерством Германии в Европейском Союзе. Это неудивительно: какой показатель ни возьми, Германия везде впереди. Это означает, что франко-германский "тяни-толкай" на ближайшие несколько лет все же станет полноценным локомотивом.

Во-вторых, на немцев, которых во Франции и так не любят, легче сваливать непопулярные решения. К примеру, новое сужение маневра в вопросе "Мистралей": российское вторжение в Украину делает следующий шаг неизбежным, раз уж Франсуа Олланд пытается предстать последовательным.

И, наконец, в-третьих, учитывая провал "пакта Путина-Меркель" и дальнейшее нарастание конфликта между Россией и Германией, Ки­еву, вероятно, необходимо вы­страивать свою французскую политику с учетом позиции Берлина.