Мир

Почему Харпер может позволить себе больше, чем Обама

Канада находится над клубком торговых связей европейских континентальных противоречий с участием Украины и России. Это наделяет Оттаву статусом, тождественным позиции арбитра

Встреча "Большой семерки" в Баварии подвела черту под эпохой надежд на добрую волю и благоразумие Москвы. Сколь осторожными ни были бы в прошлом Вашингтон и Берлин и сколько недоразумений ни происходило бы между ними в ходе каденции Барака Обамы и Ангелы Меркель, давно зревший американо-германский альянс превратился в реальность. Фактически по всем трем основным вопросам повестки встречи клуба великих держав - а это Украина, соглашение о свободной торговле между США и ЕС и борьба с глобальным потеплением - американский и германский лидеры выступили единым фронтом. Доминирование этих двух стран было настолько явным, что комментаторы с иронией предлагали переименовать G7 в G2 - "Великий дуэт". Но видимая ведомая роль Великобритании, Франции и Японии не должна обманывать - угроза российского криминального империализма сцементировала разнонаправленные интересы условно "западных держав". Среди них, однако, все чаще выделяется Канада.

И здесь следует уточнить ряд обстоятельств. Канада - единственный, кроме США, член НАТО в Северной Америке. Более того, формально говоря, Канада на этом континенте - единственная монархия. И таким естественным образом она служит связующим звеном между Вашингтоном и Лондоном, а кроме того, самоотверженно участвует в гуманитарных интервенциях последних 20 лет. Это при том, что северный сосед США обладает отнюдь не игрушечной армией, а в Арктике, чья судьба все более оживленно обсуждается в аналитических и академических военно-политических изданиях Запада, практически в одиночку противостоит активному военному строительству России.
С самого начала российского вторжения в Украину Канада делает все, что в ее силах и правовом периметре, чтобы поддержать нашу страну. В немалой степени это связано с личностью 22-го главы канадского правительства Стивена Джозефа Харпера. Многим памятно его "любезное" приветствие Владимиру Путину на прошлогоднем ноябрьском саммите G20 в австралийском Брисбене: "Уби­рай­тесь из Украины". Тогда канадский премьер единственный прямо высказал то, что было на уме у представителей ведущих держав мира. Но европейцы еще надеялись сторговаться с российским диктатором, а вера Белого дома в некую рационально "неприемлемую" для Москвы цену агрессии казалась незыблемой. Все выглядело так, будто Харпер один лишь не питал иллюзий относительно намерений Кремля.

С тех пор Оттава с неослабевающим вниманием следила за событиями. Сам же премьер не устает повторять, что Путин должен быть наказан, нынешний режим санкций против России недостаточен, а Украине необходимо помогать. Впрочем, он не только говорит. Уже через две недели после Брисбена в Киев прибыла первая партия помощи для ВСУ - защитное снаряжение, обмундирование и медикаменты. С тех пор сотрудничество только расширялось: вслед за поставками военного имущества на сумму $11 млн были запущены программы передачи мобильных госпиталей и обучения медперсонала, первой помощи для бойцов ВСУ, а в сентябре на Яворовском полигоне приступят к работе две сотни военных инструкторов.

Резонно спросить: зачем географически удаленная Оттава прилагает подобные усилия? Как поддержка украинской пятой колонны в СССР была актуальна в годы холодной войны, так помощь Киеву важна теперь, когда Россия вновь пытается бросить вызов Западу. Однако это не вполне объясняет тот факт, что с самого начала Революции достоинства официальная Оттава проявила подлинную принципиальность в деле защиты демократических завоеваний, приложив немалые усилия, чтобы осложнить жизнь украинским коррупционным картелям. К слову, начиная с этого года Канада намерена предоставлять безвозмездную помощь на реформы МВД - $5 млн. Еще почти $30 млн пойдет на гуманитарные цели и развитие демократических институтов.
Кабинет Харпера двигается к новой избирательной кампании, и по этому поводу, конечно, раздаются голоса, что консерваторы флиртуют с украинским меньшинством. Это заманчивое объяснение причины его визита в Киев перед поездкой на встречу "Большой семерки" в Баварию, которое подкрепляется и озвученными им в ходе этого визита месседжами. "Канада... призывает Путина, чтобы он прекратил вторжение в Восточной Украине, чтобы вывел своих военных и перестал оказывать военную помощь сепаратистам", - подчеркнул премьер.

Пока Владимир Путин ехал в Ватикан, чтобы принудить своего визави к кулуарному миротворчеству, Стивен Харпер, опасавшийся, что с завершением нынешнего цикла санкций единство ЕС будет расшатано, на встрече "Большой семерки" требовал усиления давления на Москву. И преуспел

Но сводить все дело к заигрыванию с диаспорой - преувеличивать ее влиятельность и игнорировать основы канадской внешней политики. Существенное в канадском случае украинское меньшинство вовсе не является аналогом украинского меньшинства в США. Дело в том, что в Канаде нет традиционной партии, за которую голосуют украинцы. А если полистать статистику выборов, то существенный сегмент этнических украинцев голосует за либералов или "левый центр". Но в целом нет никакой устойчивой корреляции. Хотя, конечно, бескомпромиссная политика Стивена Харпера по отношению к агрессору может принести ему дополнительные электоральные баллы без оглядки на происхождение избирателя.

Но похожим образом действовал бы любой другой премьер Канады: того требует тамошний культурный код, ставящий верховенство права превыше целесообразности как во внутренней, так и во внешней политике. Собственно, Оттава неоднократно демонстрировала эту принципиальность и в годы холодной войны, чем порой сильно раздражала Вашингтон. Кроме того, сейчас речь идет о защите десятилетиями формировавшейся системы международного права. Той самой, кстати, которая позволила забыть о том, что на Аляске, в Мэне, на северо-западе США некогда были кровопролитные войны между канадцами и американцами.

Стивен Харпер и Барак Обама на Саммите G-7

И пока Владимир Путин, как обычно, сильно опаздывая, ехал в Ватикан, чтобы принудить своего визави к кулуарному миротворчеству и посредничеству, Стивен Харпер, опасавшийся, что с завершением этим летом нынешнего цикла санкций единство ЕС будет расшатано, на встрече "Большой семерки" требовал усиления давления на Москву. И преуспел - ряд западных комментаторов ставит ему в заслугу тот факт, что по результатам саммита Белый дом выступил с заявлением, исключающим двусмысленное прочтение и поддержанным всем клубом: "Длитель­ность санкций должна быть четко увязана с полной имплементацией Россией минских договоренностей и уважением к суверенитету Украины".

Впрочем, Харпер снял с повестки дня вопрос о полноценном ленд-лизе, предусматривающем поставки вооружений. Последний раз он заявлял об этом как раз накануне саммита, хоть и дал понять, что такое решение должно быть коллективным. По всей видимости, такова цена трансатлантического единства. Союзники, очевидно, полагают, что такая угроза сильнее, нежели ее реализация, и не без оснований опасаются симметричных мер. Причем не только на востоке Украины: "повстанцы" и "борцы за самоопределение" могут появиться не только на любом участке соприкосновения РФ и ЕС, но и практически в любой точке земного шара. Холодная война дала тому немало примеров. Тем не менее то, что именно канадский премьер выступил с таким предупреждением, не менее показательно, чем его брисбенский демарш.

Канада находится над клубком торговых связей европейских континентальных противоречий с участием Украины и России. Это наделяет Оттаву статусом, тождественным позиции арбитра. Если бы в "Большую семерку" входили, к примеру, Австралия или Новая Зеландия, они тоже могли бы претендовать на похожую позицию. Но так получилось, что именно Канада способна играть эту роль, и, отстаивая принципы международного права, она не может занимать какую-либо позицию, кроме проукраинской. Таким забавным образом интересы Киева, украинской общины в Канаде, внешней политики Канады и общей западной солидарности совпадают в одной точке.

Сам же премьер не устает повторять, что Путин должен быть наказан, нынешний режим санкций против России недостаточен, а Украине необходимо помогать

Что касается Стивена Джозефа Харпера, то, независимо от исхода грядущих парламентских выборов, нужно отдать должное его личностно упрямому и политически гибкому, по канадским меркам, характеру. Оппозиционеры в Канаде считают его "манипулятором", и в этом смысле очень интересно изучить дискуссию в отношении избирательной кампании, которая идет в среде выходцев из бывшего СССР - здесь их около миллиона. Оказывается, что процветающая или экономически гибкая часть этого слоя обеими руками за Харпера и консерваторов, а те, кто интегрировался в своеобразную "профсоюзную" культуру, намерены голосовать за оппозицию. Что, собственно, весьма логично. Тем не менее трудно не симпатизировать - в наших обстоятельствах - "упрямцу" Харперу. В его твердолобости явно есть что-то украинское.

Как неуживчивость помогает строить политическую карьеру

Путь Стивена Харпера к канадскому политическому олимпу был долог. Уроженец Торонто, Харпер, как бы удивительно это ни было для современной Канады, - "чистопородный" англосакс, корни его семьи глубоко уходят в английский Йоркшир. Вообще, в школе юный Харпер начинал как "молодой либерал" (либерал в Канаде - это нечто вроде британского правого лейбориста или очень правого европейского социал-демократа). Но ему почему-то не понравилась энергетическая программа правительства Пьера Трюдо. Поэтому он мигрировал в правоцентристский лагерь и даже стал главным помощником депутата от прогрессивных консерваторов. Его неуживчивый характер проявился и здесь - Харпер разочаровался в прогрессивных консерваторах. Он забросил курс обучения в очень престижном Университете Торонто и переехал в Эдмонтон, где пошел работать в нефтедобывающую компанию.
Научившись уму-разуму, молодой Харпер решил заняться компьютерами. И все же вернулся в университетскую аудиторию, но в нефтедобывающей Западной Канаде - в Университет Калгари, где получил диплом магистра экономики.
Впоследствии Харпер стал первым премьером Канады без юридической степени. Это говорит о многом. К примеру, о твердом и независимом характере - бросить главный вуз страны и сбежать на "скучный", но работящий запад, где (в окружении, надо сказать, компактно проживающих украинцев) личность Стивена Джозефа Харпера и завершила свое формирование.

Фото: paperblog.frВероятно, в Калгари будущий премьер учился неплохо, так как один из его преподавателей порекомендовал Харпера Престону Мэннингу, основателю Реформистской партии Канады. В начале 1980-х малость "одичавший" на западе Харпер чурался партийной политики. Но именно провинциальный след в карьере позволил ему выдвинуть удачный лозунг партийной кампании - "Этого хочет запад!".
Так он стал Стивом Харпером из округа Западный Калгари и ключевым партийным функционером, но долго ходил в помощниках депутатов от реформистов. К 1993 г. неуживчивый Харпер побил горшки с партийным руководством, но во многом именно поэтому впервые победил на выборах. Как депутат от реформистов Харпер сыграл большую роль в том, чтобы Квебек выбрал широкий федерализм вместо суверенитета. Принципиальное его упрямство по ряду ключевых вопросов привело к тому, что он покинул партию и несколько лет возглавлял консервативный аналитический центр. Он работал в неправительственной сфере настолько эффективно, что превратился в одного из лидеров канадского общественного мнения, вокруг которого кружили партийные лидеры. При этом Харпер сохранял лояльность канадскому западу: в конце концов Стивена Джо начали воспринимать как выразителя надежд западных провинций (здесь напрашиваются любопытные параллели с лидерами украинских региональных партий, никто из которых, впрочем, из этого формата так и не вырос).
Иными словами, Харпер смотрел в будущее, небезосновательно ожидая, что нация принесет ему большинство на блюдечке с кленовым листом. В 2002 г. он триумфально возглавил пришедшую в упадок партию "Канадский альянс", без проблем победил в своем округе и стал официальным лидером оппозиции. Возможно, это была сильная политическая интуиция, возможно - целеустремленность, а возможно - тонкий расчет экономиста. Но факт остается фактом - Стивен Джозеф Харпер доказал, что умеет ставить перед собой цели и планомерно их достигать. Четыре года спустя он стал премьером.

Юлия Тимошенко не учла канадский опыт

Нынешнему канадскому премьеру, который приближается к юбилею в этом кресле, недавно исполнилось 56 лет. Он первый глава кабинета от пережившей серьезную трансформацию Консервативной партии, возникшей из союза между прогрессивными консерваторами и "Канадским альянсом". Эта обновленная политическая сила смогла поколебать многолетнюю монополию канадских либералов. Причем сам по себе Харпер возглавляет партию уже более 10 лет. В политической жизни страны он слывет крепким орешком: подвести парламент к досрочным выборам, едва попав в него в качестве лидера оппозиции, чтобы победить на них, - для этого и в самом деле нужны стальная воля, крепкие нервы и недюжинный ум. Тем более что канадский избиратель традиционно голосует кошельком, а не сердцем, и очень плохо клюет на популистскую риторику.

Харпер возглавил консерваторов в 2004 г. и тогда же вывел их на второе место на федеральных выборах, в то время как в лагере оппонентов царил раздрай. Политический кризис - правительство меньшинства - многие месяцы терзал канадскую политическую жизнь (вспомните украинское правительство Тимошенко в 2007-2009 гг.). В 2005-м новоявленный лидер оппозиции провел чрезвычайно сложную комбинацию, опрокинувшую правительство либералов и вынудившую канадцев вновь пойти на выборы в январе следующего года. Консервативная партия Стивена Харпера победила, и 6 февраля 2006 г. он впервые возглавил федеральное правительство. Любопытно, что инаугурационная речь Харпера считается чуть ли не наиболее монархической за многие десятилетия истории Канады.

Мировой кризис по-канадски: рост ВВП на 50%

Глобальный финансовый кризис, который, казалось бы, мог погубить карьеру премьера на взлете, Канада едва почувствовала, больше поражаясь ему из заголовков американских новостей. Разумеется, у оппонентов правительства может быть совершенно другое мнение, но факт остается фактом: в Канаде не случилось ни массового падежа банков, ни необходимости налогоплательщиков выручать безмозглых авантюристов за свой счет, ни жутких сокращений служащих или расходов бюджета.

Скорее наоборот. За время пребывания Стивена Джозефа Харпера в кресле главы кабинета министров ВВП Канады вырос на $661 млрд, или примерно на 50%. Какой-то отзвук южных проблем достиг ее в 2010 г., и рост немного просел. Но это - все. Канада, к ее чести, относится к группе стран, многие десятилетия подряд проводивших здравомыслящую экономическую, фискальную и монетарную политику. Поэтому взрыв американского ипотечного пузыря и европейской долговой пирамиды задели ее лишь самым краем.

Опубликовано в еженедельнике "Деловая столица" от 15 июня 2015 г. (№ 24/734)