Мир

Почему рашизм обречен на забвение

Рашизм нарочито безвкусен и лишен стиля — это, собственно, и является главным предохранителем от его реинкарнации с приставкой «нео-» через десятилетия после смерти

Фото: imgkid.com

Российская пропагандистская машина никогда не станет превозносить главную заслугу Владимира Путина перед человечеством. Российский президент является величайшим пародистом всех времен и народов. Ведь он сумел в наиболее гротескных и доведенных до высшей степени абсурда формах объединить идеологии и практики двух наиболее людоедских империй в истории.

Рашизм, сочетание концепции "особого пути", о котором так много говорили большевики, с нацистской идеей превосходства, правда, не расового, а духовного, на выходе дало убойную смесь, именуемую "русским миром". Убойную не только в том буквальном смысле, который уже второй год постигает Украина. Первой жертвой этой идеологии стал здравый смысл. Ведь только его смерть позволяет снять противоречие, подтачивающее фундамент рашистской картины мира: враги России достаточно могущественны, чтобы систематически мешать ее потугам жить лучше, что, однако, не мешает ей угрожать им всем сразу и каждому по отдельности.

Впрочем, проблемы с логикой присущи и обеим предшественницам рашизма. Его оригинальность лежит в иной плоскости. Фундаментом коммунистической идеологии была вполне искренняя вера в возможность построения бесклассового общества. Нацизм основывался на такой же искренней вере в осуществимость арийского проекта. И тот и другой, по сути, строились на вере в торжество человеческого гения, грезили мировым господством и Золотым веком. Собственно, все их злодеяния - во имя этой веры.

Рашизм - это искреннее неверие: ни в человечество или его часть, ни в светлое завтра. Нет места и вере в Бога. Дело здесь не только в десятках лет воинствующего атеизма. Российское православие всегда ставило на первое место ритуал, а вера для ритуала не просто необязательна, но порой и убийственна. Ритуал же лежит в основе и российской политической культуры. Едва ли не ярчайшей иллюстрацией тому служит "прямая линия" Владимира Путина. Сие действо, состоявшееся уже в 13 раз, имеет одну-единственную цель: показать, что у страны есть хозяин. Причем это не граждане, перед которыми надо держать отчет, а президент-самодержец, который лично разруливает все проблемы, даже коммунальные. "Разговор со страной" - это апогей патернализма: отец-мачо рассказывает сказки детям-гражданам.

Путинское государство - это страна понарошку, где ложь, по сути, стала и государственной религией, и способом социального взаимодействия на всех уровнях

В этом смысле, кстати, весьма показательно, что за последние 15 лет - срок пребывания Путина у власти - наиболее затребованной темой фантастики стал не космос и будущее, а Земля и прошлое. Особенно это заметно в кинематографе, и, думается, дороговизна "космических" спецэффектов здесь вторична: просто общественный запрос на бойцов хронофронта гораздо выше, чем на колонизаторов Марса. Помещение Золотого века в минувшее - практика известная. Без нее не было бы не только фашизма (и его ответвления - нацизма), но даже Ренессанса и Французской революции. Однако во всех этих случаях прошлое было далеким идеалом, не имеющим привязок к живой памяти. И потому любое из этих "возрождений" было на самом деле фантазией по мотивам представлений об этом прошлом, материалом для реконструкции. Здесь, пожалуй, стоит объяснить: это слово означает вероятный, а зачастую всего лишь возможный облик прошлого. Типичные примеры здесь - киевские Золотые ворота и церковь Богородицы Пирогощи, отстроенные по представлениям о них.

Рашизм лишен воображения - его с лихвой компенсирует ностальгия. И потому путинский режим - не реконструктор. Но и не реставратор: мало того, что он не в ладах с географией, так его не смущают анахронизмы и не заботит соответствие оригиналу. Собственно, достоверность ему и не нужна: невозможность сделать все "как было" очевидна, а стилизация - и дешевле, и эффектнее. К тому же она лишена внутренних противоречий. И потому возрождение культа Сталина прекрасно сочетается со съездом фашистских партий в колыбели всех русских революций начиная с промышленной. Поэтому заверения в любви и дружбе к "братскому украинскому народу" никак не противоречат очередной попытке уничтожить украинскую государственность. И потому жестокая зависимость от западных рынков и технологий органично дополняет воинственную риторику "радиоактивного пепла".

Собственно, эта игра в имитацию до сих пор является едва ли не главной гарантией стабильности путинского режима, потому что публика тоже в ней активно участвует. Это живое воплощение цитаты из Джерома Капки Джерома: "Сейчас мы будем притворяться, что миссис Джонсон - принцесса, а старина Джонсон сделает вид, что он пират". Режиссер Милан Кундера как-то сказал, что тоталитаризм - это империя китча. Разумеется, нынешняя Российская Федерация в традиционном понимании тоталитарным государством не является и в принципе неспособна таковым стать в силу массы причин, едва ли не ключевая из которых - всепобеждающая коррупция, лишающая любые "компетентные органы" опции массового террора. Но Кремль открыл иной метод достижения тотальности, причем не менее эффективный: общественный договор, в основе которого лежит знаменитый силлогизм о критянине, признавшемся, что все критяне врут. Путинское государство - это страна понарошку, где ложь, по сути, стала и государственной религией, и способом социального взаимодействия на всех уровнях.

Россия - это китч империи. Крупнейшие диктатуры ХХ в. - и фашистская, и нацистская, и коммунистическая - развили сложные эстетические системы, влияние которых и в культуре, и в политике будет сказываться еще долго. Рашизм нарочито безвкусен и лишен стиля - это, собственно, и является главным предохранителем от его реинкарнации с приставкой "нео-" через десятилетия после смерти. Судите сами, эсэсовская форма от Хуго Босса - это, по крайней мере, эстетично в отличие от проглядывающего за обвешанным георгиевскими ленточками ватником заношенного тельника.

Фото: gigamir.netРашизм скучен. Его креативность не продвигается дальше старого доброго метода нарезок. Это не осмысление - здесь смыслы вообще возникают случайно, а вызов всему, чему можно бросить вызов. И - ассоциация. Айфон в золотом корпусе с иконой. Красные звезды под двуглавыми орлами на офицерских фуражках. Сборная РФ, выходящая на матч в форме почившего в бозе СССР. Киевская Русь, вдруг ставшая Древнерусским государством (как минимум в российской версии Википедии). То ли георгиевская, то ли гвардейская лента. К слову, именно наложение ассоциаций сыграло главную роль в недавнем скандале вокруг "танца пчел" в исполнении оренбургских старшеклассниц. "Священная" цветовая гамма купальников на почти набоковских лолитах, танцующих неприличный западный танец тверкинг - стимулятор адреналина и тестостерона в одном флаконе. Тут и не захочешь, да забудешь, что в русском языке есть исконный и точный эквивалент слова тверкинг - трясогузка. Самое забавное здесь, впрочем, что китч обывательский обернулся китчем политическим и - ожидаемо - судебным.

Впрочем, эта схема срабатывает отнюдь не впервые. Достаточно вспомнить, что абсурдное, по сути, требование ветеранских организаций изъять из продажи фигурки солдатиков Waffen SS в московском ГУМе привело не только к уголовным делам за пропаганду нацизма, но и официальной детабуизации нацистской символики. Разъяснение, мол, там, где она не несет идеологической нагрузки, смело можно игнорировать. Прекрасный пролог к юбилейному параду, который стал торжеством китча задолго до проведения. Победа "только для русских" - это такая же метафора нацизма, как и лавочка "только для немцев".

Рашистский китч обладает поразительной способностью к безудержному воспроизводству на всех уровнях и во всех сферах. Вот новости лишь за неделю. Министр культуры Мединский издает книгу "Негодяи и гении PR. От Рюрика до Ивана III Грозного". Третьего! Священники РПЦ везут к забайкальским погорельцам... благодатный огонь. Полпред президента Николай Рогожкин обвиняет в сибирских пожарах отряды оппозиционеров-поджигателей. Вице-премьер Дмитрий Рогозин без приглашения летит на "Шпицберген - просто чтобы показать, что может это сделать. В Ейском музее воинской славы выставляют обломок малайзийского "Боинга", сбитого под Снежным. Очень небедные братья-режиссеры Михалков и Кончаловский просят у государства (и получают) миллиард рублей на создание сети фаст-фудов "Едим дома". Тюменские дорожники наносят разметку на грунтовые дороги. Хроники абсурда в чистом виде.

Опубликовано в ежемесячнике "Власть денег" за май 2015 г. (№5/430)