Мир

Почему товарищ Си обманет ожидания Путина

Председатель КНР хочет войти в историю как реаниматор Великого шелкового пути — зоны китайского влияния на всем протяжении Азии и Европы, вплоть до ЕС

Фото: wishtimes.com

Против обыкновения, на очередном саммите Азиатско-Тихо­оке­анского экономического сотрудничества не хозяин будет обхаживать гостей, а гости будут искать его внимания. И хотя повестка дня встречи, проходящей в Пекине, выбрана самая что ни на есть миролюбивая - развитие региональной экономической интеграции, она лишь маскирует ключевой вопрос сегодняшней геополитики: кто, с кем и против кого хочет дружить с Китаем. Председатель КНР Си Цзиньпин, разумеется, воздержится от принятия подобных предложений. Отчасти ради сохранения свободы маневра. Отчасти потому, что имидж не миротворца даже, а успокоителя ему сейчас как нельзя кстати. Ведь на кону новая инкарнация Великого шелкового пути и новый квест за глобальное доминирование, с военной мощью, против обыкновения, связанный лишь опосредованно. Попросту говоря, проект во славу Китая, гарантирующий его лидеру место в истории. Впрочем, все по порядку.

Перед Китаем, перессорившимся в последние десятилетия со всеми ближайшими соседями, кроме разве что России, стоит сложная задача по превращению нынешнего саммита АТЭС в праздник мира и согласия. В преддверии саммита в этом направлении был предпринят целый ряд шагов. Пекин попытался смягчить или, по меньшей мере, отодвинуть в тень и отложить очень обострившиеся в последнее время территориальные противоречия с Японией, Вьетнамом, Кореей. Не все просто и в отношениях с США: на запланированной встрече американского президента Барака Обамы и председателя КНР Си Цзиньпина будут обсуждаться острые проблемы соблюдения авторских прав и кибератак на американские сервера, в которых США обоснованно подозревают китайцев. Весь этот пакет проблем имеет общую природу: Китай завершает переход к новому, качественно иному общественному устройству.

На этом пути Пекину необходимо по возможности закрыть все территориальные споры по периметру КНР. Точнее, не столько закрыть, сколько перевести их в качественно новое русло: четкие территориальные границы свойственны доиндустриальному обществу, в то время как развитые индустриальные страны оперируют относительно размытыми зонами экономического, технологического и культурного влияния. И Китай, закрывая споры вчерашнего дня, интенсивно продвигает на саммите проект Великого шелкового пути - по сути, зоны китайского влияния на всем протяжении Азии и Европы, вплоть до ЕС. Под реализацию начального этапа проекта планируется создание фонда в $16,3 млрд, из которого будет финансироваться строительство необходимой инфраструктуры как внутри страны, так и за ее пределами.
Это означает качественное изменение ситуации: если раньше Китай в основном привлекал иностранных инвесторов, то сейчас он начинает стимулировать своих инвесторов вкладывать в зарубежные проекты: в инфраструктуру и экономику тех стран, через которые пройдут торговые пути, соединяющие Поднебесную с Европой. Планы по созданию нового Великого шелкового пути в прошлом году озвучил Си Цзиньпин во время визита в Казахстан.

Великий шелковый путь, план и сам по себе амбициозный, является частью еще более масштабной стратегии "мечты о великом возрождении китайской нации", рассчитанной до 2049 г. Для ее реализации Пекин остро нуждается в мире и хороших отношениях с соседями. И нынешний саммит АТЭС - одна из многих площадок, на которой такие отношения и будут выстраиваться шаг за шагом.

Китаю не нужна Россия ни в каком виде. Ни как союзник и посредник, ни в одном из любых существующих, да и просто мыслимых раскладов по причине своей маргинальности и низкого авторитета в мире

Вопреки распространенному заблуждению, эта китайская стратегия не может быть сведена к межгосударственному соперничеству с США. Напротив, при благоприятном развитии событий она в значительной степени нивелирует такое соперничество, переводя его на транснационально-корпоративный уровень. Такой переход полностью одобряется и поддерживается Соеди-ненными Штатами. Проблема для США состоит лишь в том, насколько успешным и устойчивым будет переход Китая в индустриальную формацию, совершаемый очень быстрыми темпами. Как следствие, доиндустриальные идеи, ценности - и методы управления - все еще остаются мощным фактором в китайском обществе и создают риск утечки в доиндустриальный мир передового технологического знания, что и вызывает тревогу в Вашингтоне.

В связи с этим Соединенные Штаты хотели бы добиться более четкой и более жесткой позиции Пекина в отношении Москвы. Однако Си Цзиньпин последовательно уклоняется от прямой поддержки американского давления на Россию. Причины такой позиции носят характер чисто прагматический.

По большому счету Китаю не нужна Россия ни в каком виде. Ни как союзник и посредник, ни в одном из любых существующих, да и просто мыслимых раскладов по причине своей маргинальности и низкого авторитета в мире. Ни как поставщик газа, нефти и чего угодно еще в сколь-нибудь существенных по китайским меркам количествах - по причине отсутствия инфраструктуры и нежелания Поднебесной всерьез вкладываться в страну, которую ее аналитики обоснованно считают нестабильной и не имеющей долгосрочных перспектив. Не нужна Китаю Россия и как рынок сбыта - по причине низкой покупательной способности населения. Сегодня с Россией работает мелкий, в лучшем случае средний китайский бизнес. Для крупных корпораций и государственных структур КНР она представляет интерес, во-первых, в плане получения остатков военных технологий СССР - но ложка уже сильно скребет по дну, все в основном вычерпано либо устарело и не представляет интереса. А во-вторых, Россия для Китая - перспективная территория, неспешно колонизируемая. Этот процесс идет сам по себе, без каких-либо специальных усилий на уровне правительства КНР, но он идет, и его последствия просчитаны и приняты в расчет при стратегическом планировании. И суетиться, торопя его естественный ход, у Пекина нет никаких оснований.

Фото: pronedra.ruИными словами, Китай видит в России не партнера, а лишь пространство, которое со временем войдет в зону его влияния сначала как один из транзитных маршрутов, а затем, по мере строительства инфраструктуры, и как источник ресурсов. Непосредственной и безотлагательной необходимости в российских ресурсах и российском транзите у КНР сегодня нет. Деградация РФ идет с предсказанной скоростью, ее распад неминуем, а его сроки более-менее прогнозируемы. И прагматичный Си Цзиньпин не видит смысла просто так, без достойного вознаграждения, подыгрывать Вашингтону, вкладываясь в конфронтацию с Москвой. А США в настоящее время не готовы предложить Китаю пакет бонусов, который сделал бы для него давление на Россию целесообразным. Не готовы именно по той причине, что переход КНР к индустриальному обществу не достиг еще необходимого уровня. Иными словами, ситуация находится в фазе устойчивого, но медленного развития. Пекин не суетится. Однако там никогда, ни на одну минуту не забудут о том, что город, который в России называют Владивостоком и который в нынешнем году отмечал свое якобы 154-летие, на самом деле 500-летний Хай-шанвей, что никакой реки Амур не существует, а есть река Хэй-лунцзян, и т. д. Все подробности можно найти на карте Китая 1775 г., подаренной Ангелой Меркель Си Цзиньпину в ходе мартовского визита в КНР.

Самыми забавными в этом раскладе выглядят надежды и претензии российской стороны. Владимир Путин и Си Цзиньпин планируют в ходе саммита подписать российско-китайское соглашение о сотрудничестве в сфере информационной безопасности - по сути, третьестепенный для Китая документ. Однако российский диктатор, ощущающий растущую зыбкость своего положения, явно рассчитывает услышать от китайского лидера что-нибудь утешительное для себя.

И Си Цзиньпин, как хороший хозяин, не обманет ожиданий гостя. В Пекине, как раз к саммиту, поступили в продажу две книги о Владимире Владимировиче: "Он родился в России" и "Твердая рука Путина". Возможно, и даже весьма вероятно, что Путин лично поспособствует их продаже, раздавая автографы покупателям. Впрочем, это вряд ли можно считать достойной компенсацией за мягкое, но непреклонное "нет" его амбициям. Товарищ Си никогда не ставил на слабых.

Что такое АТЭС

Азиатско-Тихоокеанское экономическое сотрудничество (АТЭС) - форум 21 экономики, организованный в 1989 г. для развития торговли и инвестирования в рамках Азиатско-Тихоокеанского региона. Экономический и максимально неполитизированный характер АТЭС подчеркнут термином "участвующие экономики", используемым во всех документах вместо обычных в таких случаях "стран-участниц". Это одна из немногих международных организаций, в которой без возражений со стороны Пекина участвуют и Китай, и Тайвань одновременно. В 21 экономике АТЭС проживают около 40% населения Земли. На них приходится порядка 54% мирового ВВП и 44% мировой торговли. В числе членов АТЭС - Австралия, Канада, Япония, США, Россия.

Второй Мао

Си Цзиньпин, которому исполнился 61 год, - выходец из клана тайцзыдан - "партии принцев", потомков крупных китайских партийных лидеров. Его отец Си Чжунсюнь в 1930-е годы входил в число ближайших соратников Мао Цзэдуна и после образования КНР в 1949 г. занимал высшие посты в руководстве страны, вплоть до должности вице-премьера Госсовета в 1959-1962 гг. Впоследствии был репрессирован, затем реабилитирован. Вместе с судьбой отца выписывала замысловатые синусоиды и судьба Си Цзиньпина.

В 1974 г., несмотря на то что его отец все еще сидел в тюрьме, Си Цзиньпин был принят в Компартию Китая и даже стал секретарем парторганизации деревни, куда был сослан на "трудовое перевоспитание" в 1969 г. В 1975 г. поступил и в 1979-м окончил химико-технологический факультет престижного пекинского Университета Цинь-хуа. К этому времени его отец вернулся из заключения и вошел в команду Дэн Сяопина, став партийным руководителем и одновременно губернатором провинции Гуандун.

Карьера Си Цзиньпина развивалась по ровной восходящей линии. Начав в 1979 г. с должности секретаря канцелярий Гос­совета и Центрального военного совета, он шаг за шагом взошел на самый верх, сменив в ноябре 2012 г. Ху Цзиньтао на посту генерального секретаря КПК.

За прошедшие два года Си Цзиньпин показал себя настолько эффективно, что удостоился сравнений с Мао Цзэдуном. При нем Китай вышел на первое место в мире по объему ВВП. Что касается стратегической перспективы, то, по общему мнению экспертов, Си Цзиньпин готовит страну к глобальной трансформации, проводя реформы, направленные на активизацию приватизационных рычагов и отказ от изоляционистского подхода к иностранным инвестициям.