Мир

Путин готовит гибридную войну в ЕС: Боснийский сценарий не сработает

На востоке Украины Москва старательно воспроизводит один из сюжетов балканского конфликта середины 90-х, но шансов завершить работу, как задумано, у нее нет

Фото: rand.org

По прошествии года с момента начала войны в Донбассе экспертное сообщество все чаще обсуждает вероятность боснизации украинского кризиса. Тем самым делается отсылка к опыту Боснийской войны 1992-1995 гг. Некоторые сходства, безусловно, есть. Первое и самое главное из них - роль Белграда в поддержке армии Сербской Краины, которая до боли похожа на действия Москвы по отношению к марионеткам из ЛНР и ДНР. Напомним логику событий. На территории, которая ранее составляла часть единой федеративной Югославии, - бывшей Социали-стической Республики Босния и Герцоговина, проживали три крупные этноконфессиональные группы: мусульмане-боснийцы, католики-хорваты и православные сербы. В условиях хаоса, последовавшего за распадом единой страны, замороженные до поры противоречия между ними обострились. Белград всячески поддерживал сербский анклав на территории БиГ. Ро- зыгрыш бывшей союзной столицей националистически-шовинистической карты - здесь ходы президентов Слобо­дана Милошевича и Владимира Путина совпадают полностью. Как и их следствия: провозглашение независимой от Сараево Респуб­лики Сербской и отказывающихся признавать "киевскую хунту" ДНР и ЛНР.

В обоих случаях бывшая метрополия активно вовлекается в конфликт. Помощь Белграда Краине была секретом полишинеля, так же как действия Москвы на востоке Украины (хотя после недавних признаний Путина вообще не осталось никакого секрета).

Однако на этом сходства в основном заканчиваются. В отличие от Донецкой и Луганской областей БиГ исторически была крайне неоднородной как в этнокультурном, так и в религиозном смыслах. В Донбассе никакого "русского мира", выходящего за рамки малочисленных групп маргиналов, до прихода российских спецслужб не было. Таким образом, если в Боснии действия Сербии являлись реакцией на проблему, то в Донбассе действия России стали ее непосредственной причиной.
Цель Путина - сделать украинское государство дисфункциональным, как-то втолкнуть ДНР и ЛНР обратно, чтобы оказывать влияние на украинскую политику изнутри. И проводниками этого влияния должны стать агенты российских спецслужб, которых под дулами автоматов "изберут" в Верховную Раду на оккупированных территориях. Собственно, это и есть "бос­нийский план" для Украины.

На востоке Украины Москва старательно воспроизводит один из сюжетов балканского конфликта середины 90-х, но шансов завершить работу, как задумано, у нее нет

По итогам Дейтонского соглашения на территории БиГ были созданы три равноправных субъекта: федерация Босния и Герцеговина, которая входит в конфедерацию с Республикой Сербской и округом Брчко, находящимся под международным управлением. И хотя конфликт боснийской, хорватской и сербской общин удалось перевести в политическое русло, развитие страны практически парализовано. Обе общенациональные политические партии - социал-демократическая и рабоче-крестьянская - являются левыми, а поддержка прочих политсил носит этнический характер. В результате все усилия государства расходуются на поддержание равновесия. Именно такой формат отношений с ДНР и ЛНР Москва хочет навязать Украине. Но в отличие от сербов в БиГ "русский мир" - это отнюдь не реальная характеристика региона, а фантом, опирающийся на российские танки.

В то же время ЕС и НАТО оказались для БиГ мощными стабилизирующими факторами - и здесь можно провести параллель с нынешней украинской ситуацией, хотя пока весьма осторожную. Восьмой год идет европейская интеграция конфедерации, возможно, в 2015 г. ее примут в Альянс. Между тем здесь пролегает и серьезное различие между боснийским вариантом и путинскими планами на оккупированных территориях: рядом с БиГ больше нет того опасного врага, который использовал бы Республику Сербскую для срыва планов государства по присоединению к НАТО или Евросоюзу. Белград, зависимый от европейской финансовой помощи и инвестиций, на всех парах летит в ЕС, о чем премьер Александр Вучич сообщил Владимиру Пу­тину в ходе его визита в сербскую столицу.

Война в Боснии. Фото: bigpicture.ru

Таким образом, принципиальное отличие становится очевидным: "боснийский сценарий" в самой БиГ оказался в известной мере способом стабилизации региона и исправления последствий развала СФРЮ. В Украине же подобный проект сейчас выглядит исключительно промежуточным вариантом, в принципе не предполагающим стабилизации ситуации.

Ведь, с одной стороны, сценарий создания "Новороссии" по-прежнему остается на столе у российского руководства, хотя способы и временные рамки его реализации постоянно корректируются. В то же время дестабилизация свободной части Украины с помощью социальных манипуляций и последующее возвращение Киева под московский "протекторат" избавит Кремль от необходимости дальнейшей реализации планов раскола нашей страны.

С другой стороны, если фактор российского вмешательства будет нейтрализован (режим санкций против РФ окажется достаточно эффективным), предпосылки для федерализации, а тем более конфедерализации Украины попросту исчезнут ввиду неспособности ЛНР и ДНР функционировать без внешней помощи ни экономически, ни политически.

Все дело в чистках

Действия Сербии на территории БиГ были в какой-то мере оправданы соображениями защиты сербского населения. Объективно вина за происшедшее в Боснии лежит на всех участниках конфликта - все они применяли этнические чистки и совершали преступления против человечности, и одновременно пытались оградить свою группу от этих самых преступлений. Корни трагедии лежали, прежде всего, в неумении и нежелании договариваться, а не решать вопросы силой. Но справедливости ради нужно отметить, что исторически балканские народы не получили достаточного времени на развитие государственных институтов. На Донбассе же никакой угрозы мирным жителям, на которую Россия теоретически имела бы моральное право реагировать, не было. Украина не переживала ни гражданской войны, ни этнического конфликта. Изначально первая была "импортирована" вместе с агентами спецслужб, инструкторами и наемниками, а этнический фактор проявился уже в ходе российского военного вторжения - в виде расправ оккупантов над украинским населением.

Опубликовано в еженедельнике "Деловая столица" от 16 марта 2015 г. (№11/721)