Мир

Зачем Европе нужны короли

Испанский король Хуан Карлос I де Бурбон оставил трон

В конце минувшей недели произошло публичное отречение от престола испанского короля Хуана Карлоса I де Бурбона, монарха, который сумел не только помочь выстроить, но и защитить испанскую демократию. Приняв в 1975 г. правление страной, состоящей из фашистов и их прошлых жертв, он отрекается от власти в демократической стране, приверженной социалистическим идеям. За год до этого тихо и незаметно покинула трон королева нидерландская Беатрикс и отказался от трона Альберт II из Бельгии. На троне остается, конечно, 88-летняя Елизавета II Английская, встретившая 61 годовщину коронации конной прогулкой, но, по всей видимости, годы и тут вскорости возьмут свое.

В то же время значительная часть молодых европейских наследников королевской власти хотят жить как обычные состоятельные люди, не связанные огромным кондуитом условностей. И немало тех же испанцев, а также бельгийцев, голландцев и даже скандинавов с англичанами все чаще задаются вопросом о том, зачем

Чтобы и дальше выполнять свои общественные функции, европейским монархиям придется меняться: молодым наследникам престола оправдать свой специфический статус пока по большому счету нечем

континенту этот милый, но по большому счету бесполезный и дорогой анахронизм - королевская власть. К слову, этим вопросом задавалась даже родная тетка будущей королевы, принцессы Астурийской Летисии, призывая к референдуму о восстановлении республики.

Однако рост националистических настроений в Европе, достаточно ясно продемонстрированный последними выборами в Европарламент, может обернуть тенденцию вспять. Не то чтобы евроскептики поголовно страдали ярко выраженным монархизмом, но как, к примеру, можно выступать за "добрую старую Англию", если ее опустевший трон окажется в музее? Возвращаясь к Испании: сохранится ли она в нынешних своих границах в случае перехода к республиканской модели? Тот же Хуан Карлос не раз лично пресекал особо смелые законодательные инициативы каталонских автономистов. Не говоря уже о войне с баскским сепаратизмом. По мере усиления управленческих и политических структур ЕС "расползание" нынешних государств выглядит неизбежным, но и в Испании, и в Британии, и в Бельгии августейшие особы в какой-то мере сглаживают и замедляют этот процесс.
В возможном противостоянии либералов-прагматиков и "консервативных националистов" в общеевропейском контексте незамеченной может остаться одна весьма специфическая, но достаточно полезная функция монархии. А именно: возможность публично говорить вещи, которые не может себе позволить сказать обычный, "выборный" политик. И не только говорить, но и быть услышанным.

Как это не раз случалось в прошлом. Эмоциональный и пропагандистский эффект обращений британского короля Георга VI к подданным невозможно переоценить. Да и угрозы его датского коллеги нашить звезду Давида на свой пиджак, если оккупанты заставят евреев страны сделать это, тоже оказались довольно действенными. И как не вспомнить о том, что бельгийский король Бодуэн І буквально по кускам собрал послевоенную страну, став гарантом ее политической стабильности на долгие годы?

Впрочем, речь идет не только о поддержке подданных во время исторических потрясений и жестоких испытаний. Видимую ценность имеют даже просто замечания людей, имеющих толику здравого смысла и не слишком пекущихся о дипломатическом протоколе. Вроде сделанных Хуаном Карлосом на очередных дипломатических посиделках, когда во время речи премьер-министра Испании Хосе Луиса Сапатеро "большой друг России" Уго Чавес пытался непрерывно того перебивать. Хуан Карлос, в свою очередь, просто поинтересовался: "А почему бы тебе не заткнуться?" И Чавес прислушался к совету, а фраза стала мемом: за следующие три месяца ее в качестве рингтона только в Испании загрузили более полумиллиона пользователей. Человек, который на фоне выхолощенных дипломатов мог бы сойти за "брутального диктатора", на фоне короля показался обычным неотесанным грубияном.

Аналогично в конце мая наследник британского престола первым отважился публично сравнить политику Путина и Гитлера - хоть и сделал это в форме частной беседы. Тем самым принц Чарльз снял с этой темы благонравное табу высокого этикета, и уже следом за ним потянулась целая когорта политиков во главе с Хиллари Клинтон.

Впрочем, для того чтобы служить "гласом здравого смысла", этот самый смысл необходимо иметь. В комплекте с минимальным авторитетом и определенным шармом, не подпорченными слишком уж громкими и глупыми выходками, семейными ссорами и тому подобным. Так что новому (в смысле преемственности, но отнюдь не всегда возраста) поколению европейских монархов придется серьезно поработать, чтобы занять экологическую нишу общественного авторитета, который всегда над схваткой. Если это получится, то, очевидно, обреченный на вымирание вид европейских монархов может прожить еще долго.