Для тех,
кто не делает
поспешных выводов

Железо Шелкового пути. Как Китай отбирает у России Центральную Азию

Вторник, 31 Октября 2017, 15:05
В Москве региону могут только посоветовать держаться и пожелать хорошего настроения, так как «денег нет»

Фото: facebook.com/Giorgi Kvirikashvili

30 октября в столице Азербайджана была открыта железная дорога Баку-Тбилиси-Карс. В церемонии приняли участие лидеры трех государств, чьи территории она объединяет: премьер Грузии Георгий Квирикашвили, азербайджанский и турецкий президенты Ильхам Алиев и Реджеп Тайип Эрдоган. Но очень большой интерес представляло присутствие заморских гостей - казахстанского и узбекистанского премьер-министров Бакытжана Сагинтаева и Абдуллы Арипова (еще две страны с другой стороны Каспия - Таджикистан и Туркменистан - были представлены на уровне министров). Оно символизировало присоединение новооткрытой железной дороги к масштабному проекту "Железного Шелкового пути", который, в свою очередь, тесно связан с китайским проектом "Один пояс, один путь".

Стройка века председателя Си

Длина презентованного в азербайджанском Международном морском торговом порту участка железной дороги не слишком большая - менее тысячи километров (по территории Азербайджана 503 км, 259 км по грузинской территории и 76 - по турецкой). Новация в том, что участок с пропускной способностью в 17 млн тонн грузов в год (6,5 млн т и 1 млн пассажиров в год на начальном этапе) соединит западный берег Каспийского моря с разветвленными сетями турецких, а далее и европейских железных дорог (для этого под Босфором уже прорыт тоннель Мармарай). И станет важной частью скоростного железнодорожного коридора Европа-Кавказ-Азия, который должен закончиться на западном берегу Тихого океана - в Китае, сократив время доставки грузов с одного конца континента к другому до 10-15 суток (вместо 40-45 по морю). А по наиболее смелым прогнозам, через Юго-Восточную Азию и паромные переправы этот транспортный коридор дотянется до Австралии и островов Океании, ведь именно такими видятся ядру китайской компартии, новому "кормчему" КНР Си Цзиньпину результаты реализации его мегапроекта "Нового Шелкового пути" (распространенное ранее название инициативы "Один пояс, один путь").

Вполне можно ожидать, что в ближайшем времени китайский лидер удвоит усилия, направленные на продвижения проекта. И связано это будет не только с преодолением возникших на его пути трудностей (вроде обструкции со стороны Индии и ряда европейских стран, которая проявилась в ходе помпезной презентации проекта на пекинском саммите в середине мая), но и с наличием на данный момент благоприятных для его реализации возможностей.

Их внутрикитайский аспект заключается в невиданной со времен Мао Цзэдуна концентрации власти в руках председателя КНР, о чем "ДС" недавно писала. Она выразилась, в частности в том, что проект "Один пояс, один путь" (вместе с другими "мыслями Си Цзиньпина") был зафиксирован в уставе Компартии Китая в качестве одной из основ международной экономической политики Поднебесной.

Внешнеполитическое благоприятствование реализации китайской инициативы обеспечил Дональд Трамп, который, как и обещал во время избирательной гонки, одним из первых своих указов вывел США из Транстихоокеанского партнерства (зоны свободной торговли ключевых стран по обе стороны самого большого океана, имеющей целью сдерживание роста китайского влияния в мировой экономике и торговле). Тем самым американский президент если не похоронил, то обескровил и очень замедлил не только эту, но и еще одну "антикитайскую" ЗСТ - Трансатлантическое торговое и инвестиционное партнёрство, которое должно было объединить американское противодействие Поднебесной с аналогичными усилиями уже европейских стран. И эксперты начали предполагать, что место Вашингтона в этих организациях вполне может занять Пекин. Причем не только "придя на готовое", но еще и использовав в своих интересах наработки предыдущих американских администраций, направленные на ограничение именно его экономической экспансии.

Но положение Дональда Трампа продолжает оставаться шатким, и и аресты таких людей из его близкого круга, как Пол Манафорт, расшатывают его еще больше. Поэтому в интересах товарища Си поторопиться, тем более что благоприятные для реализации его мегапроекта обстоятельства возникли и по другую сторону китайских границ - в Центральной Азии. Из-за плодоовощного спора казахской и кыргызской таможен с новой силой затрещал Евразийский экономический союз, возглавляемый еще одним "заклятым другом" Китая - Россией.

Раскол в ЕАЭС

Спор считается продолжением политического конфликта, связанного с якобы поддержкой властями Казахстана оппозиционного кандидата на недавних президентских выборах в Кыргызстане. Но официально проходит в рамках торгово-экономических претензий стран друг к другу. Астана обвиняет Бишкек в нарушении фитосанитарных или таможенных (реэкспорт китайской контрабанды) норм ЕАЭС. А тот винит ее в искусственном препятствовании попаданию кыргызских товаров на свой и еще более приоритетный для Бишкека российский рынок (хотя даже некоторые кыргызские эксперты говорят, что казахи просто впервые начали полностью и дотошно применять все пункты договорной базы интеграционного объединения, чем и парализовали торговлю).

В результате этого огромное количество фур с кыргызскими товарами, многие из которых являются скоропортящимися (например фрукты), стоит на границе. А президент Кыргызстана Алмазбек Атамбаев тиражирует обвинения в адрес других членов ЕАЭС, резюмируя, что возлагать надежды на этот союз кыргызам не стоит.

Скорого краха ЕАЭС не ждут, тем более что через месяц Атамбаев оставит президентское кресло. И недавно избранный президент Сооронбай Жээнбеков получит все шансы начать разговор с Нурсултаном Назарбаевым "с чистого листа". Но это не значит, что Китай не попытается использовать конфликт, чтобы усилить противоречия в этом интеграционном объединении. Тем более что даже присоединение к ЕАЭС конфликтного Кыргызстана сопровождалось скандалом: якобы Москва пообещала Бишкеку за вхождение в союз инвестиции на строительство целого каскада ГЭС, но потом не смогла выполнить этих обещаний. Что многих навело на мысль: поспешное втягивание Бишкека в организацию было продиктовано желанием Кремля продемонстрировать дальнейшее "собирание земель".

Обида кырзызов на то, что Кремль их "поматросил и бросил" (не только не дал денег на ГЭС, но и перед казахами сейчас не заступился) выгодна Пекину, недовольному не только тем, что с вхождением в ЕАЭС кырзызское окно для его серого импорта на рынки стран СНГ стало значительно уже, но и собственно существованием ЕАЭС. Ведь эта организация в определенной мере дублирует (только в интересах Кремля) ту структуру, которую Поднебесная хотела бы создать на просторах Центральной Азии для реализации собственных интересов. Ведь прокладывание новых и расширение старых торговых путей - это только часть проекта "Один пояс, один путь".

Еще в 2015 г. министерство коммерции КНР опубликовало "Предложения по содействию торговле и логистике". Из них следовало, что Китай собирается не столько обустраивать торговые пути логистическими центрами и новыми дорогами, сколько создавать зоны свободной торговли вдоль этих путей. И последние, в конце концов, должны будут охватить все страны - участницы проекта "Один пояс, один путь". А постсоветская Центральная Азия видится как вероятная первая стадия движения этого проекта на Запад. К тому же - самая перспективная. Ведь альтернативный центральноазиатскому южный коридор "Пояса и пути" должен проходить сначала через зоны территориальных споров Китая, Индии и Пакистана, а далее через нестабильные страны Среднего и Ближнего Востока. А северный - через Россию, раздражающую Китай своей непредсказуемостью и непомерной жадностью коррумпированного чиновничества (эпопея с двукратным завышением россиянами сметы на строительство новых железных дорог за китайские кредиты, возможно, уже и призабылась в Москве, но хорошо помнится в Пекине). Поэтому и желает Китай строить дороги для поставок своих товаров в Европу не по равнинным российским просторам, а через моря и горы, обустраивая паромные переправы и роя тоннели. В частности - туннель, пересекающий грузинско-турецкую границу на железной дороге Баку-Тбилиси-Карс.

И подыгрывает ему в этом плане не только Кыргызстан, критикующий ЕАЭС, но и его оппонент в нынешнем споре - Казахстан. Который к тому же является одним из наиболее рьяных сторонников китайского мегапроекта. К слову, казахстанский премьер прибыл на открытие дороги Баку-Тбилиси-Карс не с пустыми руками: с ним из нового казахского порта Курык в бакинский Алят на пароме прибыли и первые контейнерные поезда, сформированные в Казахстане и Китае. Которые войдут в число первых испытателей нового маршрута.

Не отстанут в стремлении помочь реализации китайских планов и остальные центральноазиатские и кавказские страны. Для них тиражируемые российскими СМИ "ужасы китайской экспансии" пока что - довольно неопределенное будущее. А российский политический и экономический диктат, который недавно описывала "ДС", - вполне осознанное прошлое и настоящее. И страх перед ним усиливают российские же непредсказуемость и непоследовательность. Они проявились сначала в замыкании на себя максимума экспорта постсоветских стран (особенно того, который бывшие республики СССР пытались продать на Западе), а потом в отказе эти товары выкупать. Наиболее ярко это проявилось на примере туркменского газа, который до середины прошлого десятилетия закупала Украина. И неизвестно насколько долго продержался бы Туркменистан на поставках небольших объемов голубого топлива в Иран, если бы к моменту длительной приостановки его закупок Россией в 2009 г. не был практически готов новый газопровод в Китай (да и китайские кредиты помогли продержаться "на плаву"). Теперь же, после полного отказа Ирана и России от закупок газа в Туркменистане, поставки в Китай - единственный серьезный наполнитель туркменского бюджета.

Драконовы когти вместо орлиных

Впрочем, Туркменистану уже пришлось почувствовать и то, что когти китайского дракона могут сжимать шею не слабее когтей двуглавого орла. Оказавшись единственным покупателем голубого топлива у Ашхабада, Пекин начал постепенно снижать его цену, мотивируя это снижением цен на энергоносители на мировых рынках (при этом часть газа он еще и забирает в качестве погашения кредитов). Туркменским властям противопоставить китайскому нажиму нечего: альтернативных покупателей у них нет. И шантажировать прекращением поставок не получится: в этом случае Китай легко их заменит газом из богатых этим сырьем Казахстана или Узбекистана, по территории которых проходят ветки газопровода из Туркменистана. Попытки же Туркменистана наладить поставки газа на Юг (в Индию и Пакистан через неспокойный Афганистан) или на Запад (через Каспийское море, раздел которого блокируется Россией и Ираном) пока результатов не дали. Хотя Туркменистан уже построил на своей территории трубопровод, который может стать началом Транскаспийского газопровода - из украинских, кстати, труб.

Почувствовали на себе жесткость китайских переговорщиков и другие центральноазиатские страны. Например Таджикистану, около 700 тыс. граждан которого являются трудовыми мигрантами в России, недавно пришлось чуть ли не вдвое повысить квоты для китайских рабочих. Они будут за китайские кредиты строить в этой стране инфраструктуру "Пояса и пути". Высказывают серьезные опасения по поводу усиления китайского влияния в своей стране и представители разных политических и общественных организаций Казахстана. Это видно даже в написании ими названия китайского проекта: "Один пояс - один путь". Использование тире вместо запятой демонстрирует их страх перед будущим укоренением Казахстана в кильватере китайской внешней политики (более распространенный вариант написания через запятую был простым объединением в одном названии двух частей проекта - "Экономического пояса Шелкового пути" и "Морского Шелкового пути ХХI в.", то есть имел связку количественную, а не логическую). Хотя другого пути у стран Центральной Азии на данный момент особо и нет. Даже к России, которая раньше могла подкинуть кредитов за демонстрацию политической лояльности, уже не вернешься. В Москве могут только посоветовать держаться и пожелать хорошего настроения, так как "денег нет".

Все эти выгоды и опасности должна учесть и Украина, которую Китай рассматривает в качестве важного партнера при реализации инициативы "Пояса и пути". Ведь даже без учета медленно растущих возможностей украинских покупателей наша страна может ощутимо помочь реализации китайской инициативы благодаря своему малореализованному транзитному потенциалу. Особенно для поставок китайских товаров через одесские порты и УЗ в Польшу и дальше в страны Северной Европы. Тем более что благодаря пуску железнодорожного участка от Тбилиси до Карса высвобождаются паромы, которые возили грузы из грузинского порта Поти (именно туда раньше транскаспийские грузы прибывали из Баку) до Стамбула. И Одесса вполне может стать их пунктом назначения. В то же время стоит хорошо подумать над ответом на китайское предложение о создании с нами зоны свободной торговли.

Больше новостей о событиях за рубежом читайте в рубрике Мир