• USD 27.6
  • EUR 33.4
  • GBP 38.8
Спецпроекты

А поговорить?

Реклама на dsnews.ua

Главным политическим событием минувшей недели стал визит нового премьера в Москву. От этой поездки ожидали многого, да и в самом правительстве умело подогревали ажиотаж. Накануне отлета нашей делегации в Белокаменную министр иностранных дел Борис Тарасюк поспешил сообщить, что Юрий Ехануров планирует решить ряд насущных проблем в украинско-российских отношениях, особенно в экономической сфере. И, говоря об ожиданиях от «углубленных переговоров между главами двух правительств, которых давно не было», явно намекал на то, что и сами россияне расположены к серьезному разговору. Но настроения хозяев, похоже, были несколько иными. Судя по всему, Кремль изрядно подустал от зачастивших туда визитеров из Киева. Дважды за две недели в Москве побывал глава Секретариата Олег Рыбачук, успели отметиться глава МВД Юрий Луценко и Юлия Тимошенко со своими соратниками Александром Зинченко и Александром Турчиновым. Но Юрия Ивановича в гости все же ждали, очевидно, чтобы удостовериться в изменении курса украинской политики. Премьер хотя и сумел усладить слух хозяев, но на радикальные заявления все же не отважился.

После некоторых раздумий наших главу правительства и министра экономики Арсения Яценюка принял президент России Владимир Путин. Именно там Юрий Иванович озвучил первых два мессиджа, явно польстивших Кремлю. «Главный наш партнер — Россия, мы отчетливо это понимаем», — заявил премьер, явно игнорируя тот факт, что россияне не очень-то заботятся о нас как о торговых партнерах, постоянно ограничивая импорт украинских товаров. Развивая далее свою мысль, г-н Ехануров сказал главное, что хотел услышать президент России: отныне приватизационные процессы в Украине, которые уже затронули интересы российского бизнеса, будут идти в «цивилизованных рамках». После того как российского главу перестала беспокоить мысль о дальнейшей судьбе отечественного инвестора в Украине, Владимир Владимирович мог подумать и о другом. Например, о нашем ВВП, падение прироста которого вызвало у него серьезную обеспокоенность ввиду того, что несет угрозу кооперационным связям. Наш премьер отреагировал на это спокойно, дав понять, что понимает, о чем речь, и сам хорошо разбирается в технологических цепочках украинско-российской кооперации.

В более располагающей к общению обстановке прошли переговоры с российским премьером Михаилом Фрадковым. Во время встречи со своим коллегой Юрий Иванович, долгие годы работавший в структурах власти экс-президента Леонида Кучмы, возродил традиции межгосударственного диалога тех лет — более часа главы правительств двух стран беседовали о наиболее насущных вопросах развития двусторонних отношений с глазу на глаз. А потому суть беседы осталась за закрытой дверью и сразу же начала обрастать домыслами. В частности, российская пресса уже успела растиражировать мнение о возможной синхронизации процесса вступления в ВТО на основании сделанного г-ном Ехануровым заявления об отсрочке решения вопроса присоединения Украины к этой организации. На самом деле такая перспектива весьма призрачна, поскольку каждая из стран хочет оказаться в ВТО первой, чтобы диктовать свои условия дальнейшей двусторонней торговли.

Единственное, о чем премьеры решили публично заявить после столь длительного общения, — о достигнутой договоренности по поводу возобновления работы межправительственной комиссии по торгово-экономическому сотрудничеству. Ее работа до сегодняшнего дня была фактически приостановлена. «Мы очень ждали встречи на уровне премьеров, неоднократно договаривались об этом, но по известным причинам она не состоялась. Вот теперь встреча организована быстро и оперативно, и мы за это благодарны», — порадовался Михаил Фрадков.

Комментируя результаты переговоров, оба премьера постарались максимально подчеркнуть, что их задача на нынешнем этапе состояла исключительно в размораживании работы ключевого Экономического комитета двусторонней комиссии, без которого порой заходило в тупик решение даже самых заурядных торговых проблем. Продуктивно обсуждаясь на уровне отраслевых ведомств, компромиссы зачастую не выливались в правительственные решения. Подчеркивая важность бюрократического надзора над межведомственными переговорами, премьеры пообещали, что сразу после возобновления работы межправительственной комиссии возьмут под свой персональный контроль все отраслевые переговоры, в том числе между Минтопэнерго Украины и РФ о подписании очередного ценового протокола к долгосрочному соглашению о поставках природного газа.

Все это говорило лишь о том, что газовая партия снова была отложена. Судя по всему, Россия ожидала, что наш премьер привезет с собой все интересующие ее уступки, главная из которых — сохранение двустороннего формата газотранспортного консорциума. Новое украинское правительство, скорее всего, втайне надеялось заручиться обещаниями не пересматривать положения ранее заключенного газового договора, в том числе и ценовых параметров. Ни того ни другого не произошло. И, очевидно, это будет решаться уже по приезду в Киев в октябре Владимира Путина.

Пожалуй, единственным примечательным событием украинско-российских отношений стал не сам визит, а то, что произошло накануне. 27 сентября Виктор Ющенко утвердил распоряжение №1175 «О мерах по обеспечению развития Воздушных сил Вооруженных сил Украины», которое коснулось одного из самых болезненных вопросов двусторонних отношений — участия безъядерной Украины в российской Системе предупреждения о ракетном нападении (СПРН). Правительству поручено пересмотреть условия компенсации Россией затрат на содержание нами радиотехнических узлов предупреждения о ракетном нападении. Эти узлы используются в интересах ядерного военного блока, сколоченного Россией на развалинах бывшего СССР, — Объединенной системы ПВО стран — участниц Совета безопасности СНГ. Украина участвует в объединенной системе лишь в качестве наблюдателя, что, однако, не мешает россиянам использовать три украинских узла предупреждения о ядерном нападении в Мукачево и Севастополе. По официальным данным Минобороны Украины, плата России за работу указанных узлов радиоразведки составляет $1,2 млн в год, что, по мнению Минобороны, является явно недостаточным (в 2004 г. Россия приобрела у Таджикистана право собственности на один подобный узел радиоразведки за $242 млн).

Реклама на dsnews.ua
    Реклама на dsnews.ua