• USD 27.7
  • EUR 33.4
  • GBP 38.5
Спецпроекты

Книги, деньги, две любви

Реклама на dsnews.ua

«Я ступил на дорогу успеха и амбиций и надеюсь, что скоро ты, моя дорогая, пойдешь по ней вместе со мной», — написал в 1919 г. своей невесте Зельде Сейер скромный рекламный служащий при Нью-Йоркской железной дороге Скотт Фицджеральд. Он не обманул. Уже 26 марта 1920 г. в печать вышел первый роман молодого, никому не известного провинциального автора. И, как нынче можно увидеть лишь в старом американском кино, на следующее утро Фицджеральд проснулся не только известным, но и самым богатым американским писателем. Бестселлер «По ту сторону рая» привел его к цели — жизни в достатке и счастье с любимой. Однако, сполна вкусив радостей, роскоши и страстей, Скотт и Зельда Фицджеральд погибнут под их обломками.

Отличный от других

Почти животная жажда денег, славы, любви, потребность в излишествах, роскоши, эпатаже, чрезмерное увлечение алкоголем — вот портрет американских юнцов начала прошлого века. Причем статус семьи в обществе имел колоссальную движущую силу — чем беднее и неудачливее были родители, тем жестче и безапелляционнее рвались к богатству и шансу на успех их дети. Юный Фицджеральд четко попадал в их число. Отец Эдвард Фицджеральд — бизнесмен-неудачник, сломленный гражданской войной. Мать Мери Макквиллан — ревностная католичка, поддерживающая в сломленном муже остатки уважения и силы. С детства Скотт сохранил страх перед бедностью и стыд перед подаянием — семья его жила в основном за счет родных матери, занимавшихся торговлей бакалейными товарами. Но с детства же Скотт привык получать удовольствие и «роскошные» (пока еще в кавычках) подарки — мать баловала сына, как могла, одаривая его мелкими сувенирчиками и рассказывая, что его желания — самые важные.

Тогда-то в душе подрастающего Скотта и забились демоны страстей и мечтаний о богатстве и славе. Чтобы усмирить взбалмошного сына, родители отправили его в 1911 г. в римско-католическую частную школу в Нью-Джерси. Однако просчитались. Там, где царит желание славы и богатства, Богу места нет. А воспитанники школы вместе с Фицджеральдом жаждали именно этого и в качестве разминки вели веселую и беззаботную жизнь. Там же, в школе, Скотт увлекся футболом, вознамерившись снискать славу голеадора. Он даже в Принстон поступил исключительно из-за футбольной команды. Но тренер выгнал его уже через две недели как непригодного к игре.

Это был удар — Фицджеральд желал быть первым. И только лучшим! Но как и в чем себя проявить? Тут-то паренек вспомнил об успехе, который принес ему детективный рассказ, напечатанный в школьной стенгазете. Тогда он ощущал себя хоть и маленького масштаба, но звездой! И Фицджеральд взялся за перо. Публиковал юмористические рассказы в студенческих журналах, писал пьесы для спектаклей университетского театра. Наконец-то пришли долгожданные слава, пока что ограниченная рамками Принстона, и почитание друзей. Скотту же этого было мало, он хотел сам играть главные роли в своих произведениях. Однако вот незадача — двоечников к сцене не подпускали.

Родители последними узнали, что их сын больше не учится в Принстоне, — Фицджеральд решил не губить юность в библиотеках и архивах. Он возжелал отправиться на Первую мировую войну, чтобы погибнуть героем и чтобы слава о его подвигах осталась в истории. Но на случай, если неминуемая героическая смерть «не выгорит», решил подстраховаться и оставить след в истории еще одним способом. Фицджеральд написал роман «Романтический эгоист» и послал рукопись в издательство. Но ее вернули с пометкой «доработать». Слава ускользнула. Причем дважды — на фронт его тоже не взяли, а лишь направили в учебный лагерь на юг Америки. И он отбыл на службу с мыслью о том, что не видать ему ни героической смерти за родину, ни всенародной литературной славы. А судьба не спешила вручать желанное, пока не позволяя Фицджеральду воспользоваться тем, чем он отличался от таких же, обуреваемых амбициозными мечтами, сверстников, — литературным талантом.

Дорога в рай
Реклама на dsnews.ua

Ей было 18, ему — 22. Он — военнослужащий, она — дочь Верховного судьи Алабамы. Он влюбился с первого взгляда в самую красивую выпускницу города Зельду Сейер. Девушка, как и сам Скотт, жаждала лучшей и более яркой жизни, была независимой, отчаянной и тщеславной. Она полюбила красивого и уверенного в себе юношу, который утверждал, что он — великий писатель. Зельда была не прочь выйти за него замуж. Она убедила родителей дать согласие на помолвку, но о свадьбе не могло быть и речи, пока внушительный банковский счет претендента на руку Зельды не убедит невесту и ее родных в силе чувств и серьезности намерений.

Фицджеральд возвратился в Нью-Йорк с твердым желанием поскорее разбогатеть. Но работа в рекламном агентстве не давала достойного заработка — $90 в месяц составляли смешную сумму даже по тем временам. Да и ту тщеславный Скотт, страдавший от того что приходится носить костюмы довоенного покроя, зачастую спускал в ресторанах, утешая ущемленную гордость. Жажда заполучить Зельду заставила его писать рассказы. Первый гонорар в $30 он потратил на подарок любимой, купив ей ярко-красный веер. Год он жил в жалкой комнате, питался всухомятку, собирая деньги на золотое кольцо для невесты.

И в 1919 г. Зельда кольцо приняла. Хотя прошедший год не скучала в ожидании суженого. До Скотта доходили слухи о вольном стиле жизни будущей жены. То она, увлекшись игроком в гольф, отправилась на турнир в Атланту. То, когда в бассейне ей показалось, что купаться в купальном костюме неудобно, разделась и нырнула с вышки нагишом. Она сводила мужчин с ума, но всем предпочитала Скотта. Когда же парень вскричал, что ему не жить, если Зельда предпочтет его другому, ответила: «Уж лучше ты покончишь с собой, чем мы вместе умрем от голода при твоем жаловании». Вот тогда испуганный Фицджеральд уволился из рекламного агентства и, голодая, принялся переделывать свой запылившийся роман, дав ему новое название — «По ту сторону рая».

«Пришло поколение, для которого все боги умерли, все войны отгремели, всякая вера подорвана», а остались только «страх перед будущим и поклонение успеху». Эти слова из романа Фицджеральда стали новой жизненной моралью американской молодежи 1920-х. Книгу сметали с полок, критики твердили о рождении нового таланта. Успех романа принес Скотту желаемое: через две недели после выхода «По ту сторону рая» он и Зельда поженились.

И окрыленный литературным и любовным успехами, желая выполнять любой каприз красавицы-жены, Скотт засел за работу. «Эмансипированные и глубокомысленные», «Прекрасные, но обреченные», «Рассказы о веке джаза» подтверждали его талант, поддерживали славу и угождали всем желаниям Зельды.

Прекрасные обреченные

Молодая Америка взахлеб повторяла слова Фицджеральда: если приходится умирать, тогда жить надо на полную катушку. Так жили сами Скотт и Зельда. Они не отказывали себе ни в чем: носили лучшие костюмы, ужинали в лучших ресторанах. И куролесили напропалую: Скотт мог раздеться догола в театре, Зельда — искупаться обнаженной в фонтане. Могли, забравшись на капот машины, объехать весь город, распевая песни. Они много пили, зачастую настолько много, что из памяти выпадали не часы — дни. «На днях общественность Нью-Йорка была искренне взволнована внезапным исчезновением четы Фицджеральдов: покинув в субботу вечером свой особняк на Лонг-Айленде, дабы ехать в Манхэттен, они не появились там ни в воскресенье утром, ни в понедельник вечером, ни во вторник днем. Нашли их лишь в четверг утром в весьма жалком отеле в Нью-Джерси. И мистер Фицджеральд, и Зельда были не в состоянии припомнить, как провели эти четыре дня, сколько выпили и как оказались в Нью-Джерси...» — сообщала местная пресса.

Америка обожала Скотта и Зельду, принца и принцессу своего поколения, и прощала им любые проделки. В «Прекрасных, но обреченных» Фицджеральд со скрупулезной точностью выписывает характеры свой и жены, рассказывая историю молодой пары, которая проводит жизнь в ожидании огромного наследства и постепенно деградирует. Но в романе жизнь героев промчалась быстро и закончилась получением желанного наследства тогда, когда уже ничего не хотелось и ни о чем не мечталось. Жизнь же реальных героев страны — писателя и его жены — по-прежнему сгорала в кутежах. Навалившиеся слава и богатство отвлекли Фицджеральда от творчества. Он пил все больше, она флиртовала со всеми подряд, часто поражая мужа и общественность эксцентричными выходками. Уже ни дня не проходило без скандала.

Но однажды, проснувшись после очередного запоя, Скотт понял, что давно не писал.

Спасаясь бегством от безалаберного и пустого времяпрепровождения, супруги укрылись на Французской Ривьере. Там писатель принялся за роман «Великий Гетсби». После выхода книги о Фицджеральде заговорили, как о гении. Он же, отвечая на вопрос о дальнейшей своей мечте, ответил: «Так же любить Зельду и остаться женатым на ней и еще написать самый известный роман в мире». И это его желание сбылось. Но как?!

Конец эпохи джаза

В 1931 г. Скотт Фицджеральд получал рекордно огромные гонорары лишь за один рассказ — $4 тыс., а общий доход писателя за этот год составил $37 599 тыс. Так Америка оплачивала его славу, ведь на самом деле, как писал Фицджеральд в дневниках, он жертвовал качеством во имя количества — в то время деньги требовались в огромных объемах. На сей раз — не на кутежи.

В апреле 1930 г. Зельда Фицджеральд попала в швейцарскую психиатрическую лечебницу с диагнозом шизофрения. Со временем диагноз пополнился новыми заключениями: «мания преследования», «нервная экзема», «катотония», «маниакально-депрессивный психоз». Гонорары за рассказы и сценарии, которые Фицджеральд подвизался писать для Голливуда, оседали в лучших психиатрических клиниках. Но даже больная, не узнающая ни мужа, ни ребенка, Зельда нужна была Фицджеральду. Он желал вернуть ей здоровье. В 1934 г. выходит почти автобиографический роман «Ночь нежна». Увы, он не приносит былой славы и былых вознаграждений, хотя поклонники и критики говорят о самом выдающемся, чувственном и пронзительном произведении автора.

Да и спасти Зельду не получилось. «Я растерял надежду на проселочных дорогах, ведущих к клиникам 3ельды, наша любовь была единственной в столетии. Когда в наших отношениях произошел разлом, жизнь потеряла для меня всякий смысл», — записывает он в дневнике в минуту отрезвления. Порой Фицджеральд сопротивляется реальности и судьбе: заводит роман с Шейлой Грэм — известным кинокритиком Голливуда, пишет автобиографический очерк «Крах», садится за роман о жизни Голливуда «Последний магнат».

Но его новые произведения публика не принимает, в конце 1930-х Голливуд не продлевает с ним контракт, издатели отказываются печатать, друзья избегают. В кулуарах звучит: «Фиц- джеральд — passe», что значит исписавшийся, конченый. Он знает о такой оценке, топит горе в бутылке, засыпает лишь после трех чайных ложек хлоралгидрата и двух таблеток намбутала, а утро начинает с сорока пяти капель наперстянки, чтобы сердце могло работать. Его некогда неисчислимый банковский счет тает с непостижимой скоростью: лечение Зельды, обучение в колледже дочери Скотти, лошадиные дозы алкоголя...

Америка погружалась в Великую депрессию — век джаза отзвучал. И вместе с ним закончилось время кумиров эпохи — Зельды и Скотта Фицджеральдов. Когда 21 декабря 1940 г. Френсис Скотт Фицджеральд умер от сердечного приступа, на его счету осталась сумма, которой хватило лишь на гробовщика и перевозку тела на родину. Зельда пережила мужа на восемь лет, погибнув при пожаре в психиатрической лечебнице.

Но еще за три года до этого, в 1945 г., будет опубликован автобиографический очерк Фицджеральда «Крах»: крушение иллюзий, разбившиеся мечты, алкоголь, погубивший его жизнь и психику Зельды. И снова — точное попадание в настроение и мироощущение общества, ведь так случилось с тысячами, познавшими фиаско американской мечты. С этой публикации начался новый виток славы: критики взялись переосмысливать творчество Фицджеральда, назвали его «американским классиком и выдающимся летописцем времени», почитатели создали в его честь музей. Так сбылась еще одна заветная мечта Скотта — он остался в памяти потомков, его имя вошло в историю.

    Реклама на dsnews.ua