• USD 27.7
  • EUR 33.4
  • GBP 38.5
Спецпроекты

Николай Катеринчук: Юрист-романтик

Реклама на dsnews.ua
Николай Катеринчук — один из самых узнаваемых украинских политиков. В 2004 году он выиграл судебное дело для Виктора Ющенко и сделал его президентом У

В ноябре 2004 г. миллионы украинцев замерли у телеэкранов, наблюдая за публичным процессом в Верховном суде о фальсификации результатов выборов президента. Именно этот момент стал первым выходом «в большой свет» для молодого юриста, доверенного лица кандидата на пост президента Украины Виктора Ющенко. Ранее рядовой народный депутат Николай Катеринчук быстро стал одной из звезд Майдана. Он вспоминает события шестилетней давности с особым трепетом: «Выше этого ничего не может быть. Это было опасно и гениально. Бог помог. Таких кейсов в мире больше не было».

Публичность Катеринчуку понравилось. Он стал частым гостем светских раутов и телевизионных шоу. А в какой-то момент, после консультаций с БЮТ, даже увидел себя в кресле премьер-министра. Возможно, именно из-за этой перспективы в 2006 г. он покинул партию «Наша Украина», став единственным представителем своей Европейской партии в парламенте. Но после президентских выборов 2010 года карты легли не в его пользу. Сегодня депутат-юрист встречает корреспондент «ВД» в своем довольно скромном кабинете на Липках. В помещении сильно пахнет табаком. «После совещаний с однопартийцами всегда накурено». На полу расставлены картины. Оранжевая ленточка на зимних деревьях — презент из Винницы, и жанровая сцена с солдатами — подарок от афганцев из Харькова. Это воспоминания: об оранжевой революции и армейской службе в Афганистане, которые стали знаковыми событиями в его биографии. Рисковать Катеринчук явно любит. Даже его первые запросы как нардепа в 2002-2003 гг. были связаны с расследованиями смертей судей при неопределенных обстоятельствах. Определенным риском можно было бы считать и самостоятельное участие его Европейской партии в местных выборах 31 октября. Впрочем, азарт в данном случае умеренный, поскольку речь идет об инвестировании в избирательную кампанию сумм, сравнимых с затратами лидеров гонки.

Для активной рекламной кампании под выборы Европейская партия денег не нашла?
— У партии нет денег, потому что наш основной костяк — малый и средний бизнес, который ведет кампанию за собственные средства. Некоторые даже брали кредиты в банках, закладывая свое имущество. Я был категорически против этого. Но люди, которые идут мажоритарщиками от Европейской партии, ставят на самих себя. И борются, как могут. У нас заявлены кандидаты везде, кроме Крыма и Житомира. В Херсоне у нас была ячейка, но она ушла то ли во «Фронт змін», то ли в «Сильную Украину». Во Львове мы рассчитываем набрать 10%, во Львовской области — 12%. Мы третьи на Волыни, в г. Луцке. Я уверен, что мы пройдем в Ивано-Франковской области и в Одессе, покажем хороший результат в Виннице и в Киевской области. По районным центрам мы приведем около девяти мэров. Сложнее всего нам на юго-востоке страны. В Черновцах у нас произошла рейдерская атака. Глава нашей областной организации отдал регионалам печать.

Вы подали по этому поводу иск в суд?
— Да, мы судимся, и уже ликвидировали областную организацию.

За сколько купили ваших бывших сторонников?
— Их заманили должностями и чем-то еще. Глава областной организации пошел работать главой департамента горадминистрации.

Вы лично финансируете партию?
— В объеме моей заработной платы и средств, которые можно аккумулировать из разных дружественных бизнесов, которые сочувствуют Европейской партии, — в виде членских взносов. В основном, этот бизнес юридический. Поверьте, это небольшие суммы.

На что идет основная часть расходов?
— На медиа. В этом году они очень дорогие. Центральные телеканалы для нас, фактически, недоступны, и мы ушли на областное телевидение. Например, на шести центральных каналах в первую и последнюю неделю избирательной кампании 10 показов в день стоят 9,74 млн грн. Мы не можем себе это позволить. Ме­­дийный бюджет у нас всего 800 тыс. грн., причем это и радио, и телевидение. Я рекомендовал нашим партийцам покупать медианосители за три-четыре месяца до начала кампании. Потому что сегодня цены абсолютно не­адекватные — от 500 грн. в месяц цены на билборды подскочили до 2,5 тыс. грн. Особенно дорогие областные центры: Львов, Одесса, Харьков, Донецк.

Реклама на dsnews.ua

Кто, кроме вас, является крупнейшим инвестором, поддерживающим партию?
— Я не являюсь крупнейшим инвестором. Просто вкладываю много сил и времени в общее дело. Я не назову вам ни одного человека, которого можно считать крупным инвестором Европейской партии. У нас все главы областных организаций — на полном самофинансировании. Люди, которые идут по спискам, тратят свои деньги на изготовление агитационной продукции.

Налоговик без надела
За годы карьеры Николай Катеринчук продвинулся от ученика слесаря-сборщика радиоаппаратуры на черкасском заводе «Импульс» до народного депутата. А главным бизнес-детищем Катеринчука считается учрежденная в 1995 г. юридическая компания «Моор и Кросондович». Свою причастность к каким-либо иным бизнесам он категорически отрицает.

В Верховной Раде Катеринчук отметился как один из активных лоббистов. На него особенные надежды возлагают страховые компании. Впрочем, пролоббировать принятие своего главного труда, проекта Налогового кодекса, ему так и не удалось. «Над документом Кодекса работали профессор Владимир Лановой, Ксения Ляпина, Наталья Королевская и члены Налоговых клубов Одессы, Донецка, Харькова, Киева, Львова, Ялты, Запорожья», — рассказывает депутат. Но пролоббировать этот документ команде авторов, скорее всего, так никогда и не удастся.

Ну а пик государственной карьеры нашего героя связан тоже с налогами — в 2005 г. он получил должность первого заместителя главы Государственной налоговой администрации и главного налогового милиционера государства. Но просидел в кресле чиновника всего пять месяцев, после чего ушел, «хлопнув дверью». Предположений о причинах случившегося было несколько: от официального несогласия с политикой фискалов, до неудавшейся попытки «подсидеть» руководство ведомства (на тот момент во главе ГНАУ стоял Александр Киреев). После ухода Катеринчука из администрации в прессе появились компрометирующие материалы, указывающие на злоупотребление служебным положением, а также лоббирование интересов Дрогобычского НПЗ и нефтеперерабатывающего комплекса «Галичина». Именно собственника последнего предприятия, почетного президента ФК «Карпаты» и экс-нашеукраинца Петра Дыминского чаще всего упоминают как покровителя Николая Катеринчука, выдвинувшего его в «адвокаты Майдана».

За что вы получили свои первые деньги как юрист?
— Еще при Советском Союзе я работал в совместном советско-американском предприятии юрисконсультом, специалистом по маркетингу и переводчиком технических текстов с немецкого языка. Мы продавали каркасные ангары. На этом совместном предприятии я получал 40 рублей в месяц.

А свой первый самый крупный гонорар?
— Когда я был юристом, в 1995 г. мы («Моор и Кросондович» — прим. «ВД») выиграли тендер на сопровождение сделки по покупке нефтеперерабатывающего комплекса «Галичина» (в 1995 г. ФГИ продал 30% акций НПК «Галичина» закрытому акционерному обществу «Хозяйственный союз «Галичина», созданному трудовым коллективом завода — прим. «ВД»). Благодаря чему заработали за год $80 тыс. По тем временам это была самая большая комиссия для юристов. На эти деньги мы даже смогли купить офис и сделать в нем ремонт.

Правда ли, что вы помогали этому заводу, уже будучи топ-чиновником в ГНАУ?
— Полные бредни. К моменту моего прихода в ГНАУ собственники, купившие завод с помощью компании «Моор и Кросондович», два раза его перепродали. Уже лет десять с тех пор прошло. Кроме того, из ГНАУ я уходил со скандалом. Там началась кошмарная коррупция. Мне за молчание сначала предложили 2% от всей суммы НДС, подлежащего возмещению в стране. Когда я не согласился, мне пригрозили пустить пулю в лоб. Я общался на эту тему с президентом Ющенко и с Турчиновым. Мне порекомендовали уйти из ГНАУ.

На одном из телеэфиров Борис Колесников намекнул на то, что вы, якобы, причастны к схемами оптимизации капитала через НДС…
— Я на самом деле очень много знаю об НДС. До того, как я стал депутатом, специализировался на налоговом праве. Судился с налоговой, мы выигрывали суды. Я — не просто теоретик. Борис хотел говорить совсем о другом, называть фамилии (видимо, причастных к схемам оптимизации через НДС — прим. «ВД»)… Но так как его оппонентом был я, то речь пошла о реформе НДС. И Борис Колесников хотел сказать, что альтернативы нашей реформе (предусматривающей НДС только для конечных потребителей, без внесения авансовых платежей и выплаты возмещения — прим. «ВД») просто нет. Имеется в виду реформа, заложенная в проекте Налогового кодекса, который я представляю. Мы потом этот эфир с ним обсуждали.

Белые пятна Майдана
Баллотировался в Верховную Раду Катеринчук в 2002 г., по избирательному округу №13 Винницкой области как беспартийный, и потом присоединился к фракции «Народный Союз-Наша Украина».

В 2003 г. на членов его семьи Генпрокуратура начала заводить уголовные дела. Под прицел попала компания «Моор и Кросондович», которую обвиняли в сопровождении сомнительных сделок офшорных компаний. Сам Николай Дмитриевич заявлял, что «наезды» были вызваны исключительно его деятельностью в оппозиции. Так или иначе, мать Катеринчука, гендиректор юркомпании, в результате настойчивости Ген­прокуратуры, была вынуждена эмигрировать из Украины.

«Уверен, что Ющенко и Тимошенко — это то, что на сегодняшний день необходимо Украине», — говорил герой в одном из интервью летом 2005 г. «А что это за партия такая — «Наша Украина»? — острит собеседник «ВД» в октябре 2010 г. — Она была рождена Майданом и она умерла. Говорить об этой партии сложно. Хоть я и был там главой исполкома. Это была партия Виктора Ющенко, который фактически привел к власти Януковича. Я не знаю партии «Наша Украина». Я знаю партию, которая привела к власти Януковича и не выполнила ни одного взятого на себя обязательства перед Майданом». Более теплые отношения Катеринчук сохранил с другим комиссаром Майдана — Юлией Тимошенко, за которую «болел» в президентской кампании-2010 г. До последнего момента Катеринчук надеялся на победу Юлии Владимировны, а после объявления результатов голосования настойчиво рекомендовал ей попытаться оспорить итог в суде.

Накануне президентских выборов-2010, в случае победы Юлии Тимошенко, вам прочили пост генерального прокурора. Как генеральный прокурор, кого бы вы посадили?
— Слух о назначении меня в кресло генпрокурора, возражая, начал обсуждать Юрий Луценко. Кто-то ему сказал, что Тимошенко была готова рассматривать мою кандидатуру. Для позиции генерального прокурора закон требует пять лет стажа работы на прокурорской должности. Поэтому я не мог претендовать на данный пост. Но, если всерьез говорить о том, чем должен заниматься генеральный прокурор, то он должен пересесть в бронированный автомобиль и надеть бронежилет. Притом, надолго.

Но если он еще никого не успел посадить, то к чему прятаться?
— Я говорю в общем. Пора наводить порядок в стране. Я бы посадил тех, кого суд определил виновными. Криминальная ситуация у нас ухудшается, особенно в сфере бытовых преступлений, связанных с грабежами, кражами. На втором месте идут экономические преступления, которые сейчас доминируют. В этом отношении мне очень нравится итальянский опыт борьбы с экономической мафией. Я не знаю лучшей модели. Такой нет даже у ФБР. В Италии, например, нет налоговой полиции, которая в масках вламывается в офис и укладывает бедных бухгалтеров на пол. Там могут просто наблюдать год-два, а потом арестовать сразу всю сеть. В Италии были процессы, в ходе которых привлекались к ответственности по 200 и даже 400 человек. И это работает. У нас же сдают «шестерку», а все остальные мигрируют, переформатируются в другое отделение преступной группировки.

Правда ли, что вы рассматривали вариант эмиграции в Германию накануне Майдана?
— Первый раз слышу!

В кулуарах власти до сих пор говорят, что Катеринчук планировал бежать из страны, потому что против него и членов его семьи были возбуждены уголовные дела.
— В 2003 г., когда Святослав Пискун был генеральным прокурором, а я находился в оппозиции, на меня начали оказывать давление. Пискун возбудил уголовное дело, «фактовое», по которому следователи приглашали на допросы мою мать (Тамару Моор-Катеринчук — прим. «ВД»). Она тогда была генеральным директором адвокатской компании «Моор и Кросондович».

В чем ее обвиняли?
— Придумали какую-то офшорную компанию, которую якобы мы перепродавали с нарушениями и которая якобы не заключила какой-то договор с россиянами. Якобы юридическое сопровождение «делишек» этой компании вела моя мама. Понимаете, у Генеральной прокуратуры не было ничего, что связывало бы мою мать с этой офшорной компанией. В то время мама как раз перенесла операцию на позвоночнике. Это было просто издевательство! (Николай Катеринчук не захотел уточнять детали этого дела — прим. «ВД»). Тогда же, в 2003 г., на фракции в парламенте, в присутствии Святослава Пискуна и Виктора Ющенко, я предложил больше не вызывать мою мать в прокуратуру. Я сказал Пискуну, что если он еще раз пригласит мою мать на допрос, я буду с ним говорить по-мужски. Потому что это переходит все границы. Ладно, мы политические оппоненты, но при чем здесь моя семья?!

В итоге ваша мать уехала в Германию?
— Все совпало. Она давно хотела уехать. Моя мама — этническая немка. Она не просила политического убежища, а имела право туда уехать, получив гражданство.

Чем она занимается?
— Она счастливый немецкий пенсионер.

Это правда, что у вас двойное гражданство?
— Нет. Это запрещено нашим законодательством. Подобные сплетни обо мне распускают недоброжелатели.

В 2005 г. вы заявили, что через пять лет станете премьер-министром. Пять лет прошло.
— Я не думал, что Янукович станет президентом, и я делал все, чтобы он им не стал. Остальное — это вопрос личностного и профессионального роста.

То есть вы реально готовились стать премьер-министром Украины?
— Да. Я получил второе высшее экономическое образование. Одновременно я проводил большую работу по модернизации фискальной политики. В этом смысле очень ценна партия. У Европейской партии есть экспертный орган, нарабатывающий разные виды реформ, которые нужно проводить в Украине, основываясь на европейском опыте. Как партия, мы подали заявку на членство в Альянсе европейских либералов и демократов (ALDE, третья по численности группа в Европарламенте — прим. «ВД»). Там есть символическая плата — около ?4 тыс. Но эти деньги используются на тебя же. В Альянсе накоплен весь опыт Западной Европы, который привел эти государства к членству в ЕС. Под членством в ЕС я понимаю уровень жизни.

Кого бы вы взяли в свою команду, как премьер-министр?
— Если я начну называть фамилии, то в ближайшее время этих людей не будет ни во власти, ни при власти. Все будут думать, что это люди или Катеринчука, или близкие к Катеринчуку. Поэтому я подожду того времени, когда смогу не просто говорить на эту тему, но и делать что-то в этом направлении.

А что, у людей есть серьезные предпосылки бояться быть с вами связанными?
— Я не хочу называть людей, у которых в будущем могут возникнуть проблемы. У нас смотрят не на профессиональный уровень, а на то, чей ты человек. Например, профессор Владимир Лановой. Его мозги не оценили ни Тимошенко, ни Ющенко, его не в состоянии оценить нынешняя власть. Тимошенко сама предложила ему пост министра экономики, а потом от этого намерения отказалась. У нас власть — это потоки денег, а Лановой не может быть связан с коррупционной схемой. Люди, с которыми я сейчас работаю и которых мог бы привести к власти, просто хотят войти в историю как личности, проведшие реформу для страны. Как Столыпин. Это их личные амбиции.

С улиц Сухуми
Супруга Николая Катеринчука — частый гость светских раутов, и запоминается любителям хроник из жизни истеблишмента рассказами о шикарных подарках, которыми ее балует муж. Чета — завсегдатаи Ukrainian Fashion Week, а сам Катеринчук появляется на спортивных состязаниях, например, в роли участника международных соревнований на внедорожниках, квадроциклах и мотоциклах, или праздничных велопробегах. Вообще, со спортом у Николая Дмитриевича сложились долгие и прочные отношения. Еще в 17 лет он получил второй взрослый разряд по боксу в Черкасской области. Благодаря боксу Катеринчук стал поклонником музыки в стиле рэп и R&B. «Когда я занимался в зале, тренировки проходили под рэп. Мне нравилось. Это энергичная музыка без нагрузок, — говорит Катеринчук. — Очень неплох последний трэк Джастина Тимберлейка». Уличная музыка, уличные увлечения. Есть все-таки у Катеринчука своеобразный «уличный шарм», который не «засвечивается» в телевизионных эфирах.

Кого из украинских политиков вы бы пригласили в спарринг?
— Я вырос на улице, со всеми последствиями. Могу, если нужно, грубо поставить человека на место. Но я политик, а не уличный боец. В политике, а особенно в парламенте, такое поведение недопустимо. То, что происходило в Верховной Раде, я не видел даже на улице. Когда одного держат четверо, и пятый бьет его в голову. Так, во время ратификации «харьковских соглашений» жестоко били Дония (народный депутат Олесь Доний — прим. «ВД»).

С кем из друзей вы встречались на ринге?
— Специфика бокса в том, что там нет дружеских встреч. Поэтому ни с кем из друзей я встречаться в спарринге не хотел бы. Мне очень интересны тренировки Кличко, было бы время — наблюдал бы за ними часто. Но становиться с ним в спарринг — значит, отдавать себе отчет, что кто-то может умереть. И сто процентов, этот кто-то — не Кличко.

В каком клубе вы занимаетесь боксом?
— Сейчас у меня не хватает времени, да я и старенький для этого. Раньше я ходил в Софиевский клуб (фитнес-центр Софиевский, расположенный на Софиевской площади в столице — прим. «ВД»). Вообще, боксом я занимался с 16 лет, активно — до 33 лет.

Чему вы учите своих детей?
— Самая большая проблема, что я их фактически не вижу. Это плата за политическую деятельность. Я почти не участвую в их воспитании, но считаю, что ничто не воспитывает так, как личный пример. Моему старшему сыну 12 лет, я прививаю ему любовь к индивидуальным видам спорта, он занимается таэквондо. Младшая дочка только пошла в школу, ей всего 6 лет, и ее надо только любить и целовать.

Где вы проводите свой отпуск?
— Я охочусь на копытных, на кабанов. Охота на кабана у нас разрешена с ноября по декабрь. Стараюсь в этот период выезжать каждые выходные. Две недели летнего отпуска я провел в Крыму, а также был в деловых поездках в Хорватии, в Вене, Варшаве. Был в Юрмале и у своих друзей в Эстонии.

А где вам нравится отдыхать больше всего?
— В Крыму, так как это полезно для детей. Еще отметил бы острова Греции.

В детстве вы жили в Сухуми. Вы бываете там сейчас?
— Я там вырос. В Сухуми жили мои бабушка и дедушка, и я проводил там каждое лето до войны (грузино-абхазского конфликта 1992-1993 гг. — прим. «ВД»).

У нас была однокомнатная квартира в центре, возле парка Фрунзе. После 1993 г. ни разу туда не приезжал. Но моя семья даже успела продать квартиру до начала военных действий. Повезло.

Перспективы
Если бы не задержка со вступлением Украины в Евросоюз, Николай Катеринчук стал бы бизнесменом, преподавателем или даже кинопродюсером. Именно такие мечты о будущем он озвучивает в своих публичных выступлениях. «Как только Украина станет членом ЕС, я перестану заниматься политикой». Но 7 октября 2010 года Верховная Рада отклонила законопроект Катеринчука «О членстве Украины в ЕС». «Янукович избирает модель личного управления страной. У каждого президента есть этапы роста, с момента выдвижения на пост главы государства и в период президентства. В первый год фактически выстраивается психологическая и мотивационная модель каждого президента. Через полгода я смогу сказать, какой я вижу страну в пятилетней перспективе», — говорит Катеринчук, который, между тем, активно общается со многими влиятельными регионалами, включая Бориса Колесникова.

Тут можно вспомнить, что в далеком 2003 г. только вставшего на тропу депутатства Николая звали в личные юристы самого Леонида Даниловича. Так что даже для Катеринчука-оппозиционера не исключено получение доступа к рычагам управления страной. Одновременно он готовит Европейскую партию к парламентским выборам 2015 г., а нынешнюю муниципальную кампанию называет лишь тестом на прочность для своей политической силы.

    Реклама на dsnews.ua