• USD 27.8
  • EUR 33.5
  • GBP 38.6
Спецпроекты

Эволюция изнутри

Реклама на dsnews.ua

Росса Лавгроува принято изображать выше плеч, по пояс или по колено. Ниже — табу. Почему-то считается, что его излюбленные кроссовки дискредитируют образ ветерана мирового дизайна, тогда как без них он смотрится почти как Шон Коннери, не хватает только рыцарского звания.

Человек из Уэльса, в немецком ателье Frogdesign набивавший руку на революционных «волкменах» Sony и портативных компьютерах Apple, в наших широтах мог бы сойти за проходимца. Потому как единственный справедливый ответ на вопрос «Что делает Росс Лавгроув?» звучит так: «Он делает все». В его послужном списке — пластиковые бутылки, термосы, велосипеды, фотокамеры и автомобили.

Лавгроув востребован на всех континентах, но особенно любит работать в Японии, где дизайнера приравнивают к божеству и порой позволяют ему не считаться с мнением заказчика. Более года длилась работа над проектом Японских авиалиний, заказавших Лавгроуву новое удобное кресло для длительных перелетов в салонах первого класса. На высоте многих тысяч метров человек пребывает в состоянии стресса, и привычные ему сны сменяются кошмарами. Революционное кресло Лавгроува Skysleeper Solo, огромное, коконообразное, с элементами из фотолюминисцентной пленки, имитирующей домашнее освещение от телевизора или компьютерного монитора, обходилось заказчику слишком дорого и было слишком далеко от всех его прежних ценностей. Лавгроува просили смягчить условия, но тот настаивал на своем и уступил лишь в том, что отказался от идеи возле каждого кресла поставить по бонсаю. И вовсе не потому, что сжалился над заказчиком, — просто пожалел растения, узнав, что на высоте им приходится еще труднее, чем людям.

Лавгроув принципиален, но вовсе не бунтарь. Бунтовал он лишь однажды, еще юношей, когда был панкрокером, шил себе прозрачную одежду из пластика и носил очки с мусорных свалок, в которых особо ценил полное отсутствие обзора. Когда же выпускнику манчестерского Политехникума пришло время работать по специальности, популярные в те времена идеи антидизайна, пришедшие из бунтарской Италии, ни капли его не увлекли. Попытки коллег подтрунивать над предшественниками-минималистами казались ему надувательством и легким хлебом. Отчасти потому что он сам — убежденный минималист, хотя и с приставкой «органический». Сумевший повенчать красоту с логикой, Лавгроув создает объекты, которые называет «обезжиренным дизайном» — fat-free design. Все как в природе, сообразно инстинктам. Лавгроув любит приводить в пример собственное тело: в нем нет второй головы и третьей ноги, оно построено минималистически, ничего не отнять, ничего не прибавить. Сложный процесс эволюции, которому подверг человека Творец, обязан имитировать, по Лавгроуву, всякий уважающий себя дизайнер.
Взять хотя бы бутылку для воды — единственный проект Лавгроува для уэльской компании. Минеральная вода TyNant всегда выпускалась в таре из синего стекла, но владельцы завода решили перейти на пластик. Целых три месяца размышлял Лавгроув о том, как создать тару, удобную не для производства на заводе, а для продажи в автоматах и утилизации, при этом еще и отражающую ценность продукта — чистейшей уэльской воды. Ничего не придумав, Лавгроув решил вернуть задаток, но понимающий клиент попросил его продолжить измышления. И хотя быстрых результатов не последовало, зато окончательный — ошеломил весь мир. Говорят, японцы, мастера утилизации, такие бутылки стараются не выбрасывать, хотя мистер Лавгроув столько сил приложил именно для того, чтобы его бутылка после использования минимально вредила природе! Он достиг предельной экономии пластика — бутылка TyNant тонкая и легкая. При этом брать ее в руки удобно с любой стороны, и в зависимости от того, сколько воды остается в бутылке, форма ее кажется изменчивой.

Лавгроув обходителен с будущим и природой. Его утопический проект «Солнечное семя» (Solar Seed) из легкого полимерного материала — посвящение тем, кто не желает дышать выхлопными газами. Дом приспособлен для экспериментального образа жизни: в автономной структуре, питающейся энергией солнца, можно путешествовать по стране подобно улитке.

Но органические убеждения Лавгроува нетривиальны — ко всякому исходному материалу он призывает проявлять уважение, причем предпочитает отнюдь не «зеленые» компоненты, а как раз все новое и высокотехнологичное. «Сотню лет назад все делалось из дерева — машины, аэропланы, полвека назад люди перешли на металл, а теперь все делаем из пластика», — говорит Лавгроув. У него есть дизайнерский рецепт: брать существующие объекты и пытаться перепроектировать их, используя новаторские материалы. Так появилась фотокамера пленкой наружу и небьющаяся фотокамера из резины, в производство так и не запущенная из-за потенциальной опасности для всех камер старого образца. Жаростойкий и ударопрочный кориан, разработанный компанией DuPont, лег в основу недавнего проекта Лавгроува ‘The Land of Lu’ по новаторскому оформлению пола помещения, издали напоминающего цветной каньон. И если разработчики материалов Лавгроува ценят, производителям продукции с ним приходится нелегко. Однажды ему заказали алюминиевый стул, а он, после долгих трудов и выработки окончательной идеальной формы, возьми да и скажи: алюминиевый выходит слишком тяжелым, нужно брать магний. Стул Go из магния получился слишком дорогим — $700, лишь одна компания, американская Bernhardt Design, согласилась его производить, и то недолго. Изделия Лавгроува, разумеется, не могут расходиться теми же тиражами, что и газета «Сегодня», зато компании-производители, отважившиеся что-либо ему заказать, мгновенно оказываются в центре внимания: им обеспечены отклики в прессе и узнаваемость имени, даже если раньше широкой публике о нем было известно не больше, чем, скажем, о каком-нибудь клерке из Еврокомиссии. Дело в том, что суть инноваций Лавгроува очень легко описать. Например, лампа Agaricon, изготовленная для Luceplan, лишена традиционного выключателя, загорается от легкого прикосновения к абажуру, тем же способом регулирует свою яркость и вдобавок еще и запоминает, какое освещение владельцу особенно по душе.

Однажды TAG Heuer, производитель часов с полуторавековой историей, решил запустить престижную линию очков Sport Vision и нанял Лавгроува. Последний в этом случае выступил человеческим лицом глобализации. Поскольку Tag Heuer продает свою продукцию в 172 странах мира, рассудил дизайнер, все модели очков серии Sport Vision должны в равной степени украшать лицо француза и чукчи, вьетнамца и эфиопа — в общем, любое лицо. Шесть месяцев из трехлетнего проекта Лавгроув провел в путешествиях, изучая физиономические особенности лиц всех рас на земном шаре. Конечный продукт известен примерным поведением в любых погодных условиях, в самом деле, магической адаптацией к любым типам лиц и обстоятельствам, а также тем, что владелец забывает, что у него на переносице очки.

Реклама на dsnews.ua
    Реклама на dsnews.ua