• USD 27.6
  • EUR 33.4
  • GBP 38.8
Спецпроекты

Персона

Реклама на dsnews.ua

ОБЪЕКТИВКА

КТО:

Кияк Андрей Тарасович, родился 17 декабря 1972 г. в г. Черновцы.

ОБРАЗОВАНИЕ:

В 1996 г. окончил экономический факультет Черновицкого государственного университета.
В 1998 г. окончил юридический факультет Черновицкого государственного университета.
В 1999 г. окончил аспирантуру на базе Института международных отношений Киевского национального университета.

КАРЬЕРА:

1999-2001 гг. — ассистент кафедры, Институт международных отношений Киевского национального университета.
2001-2003 гг. — главный консультант Экспертно-аналитического центра Совета НБУ.
2003-2005 гг. — руководитель группы экономических советников председателя НБУ — начальник Управления развития банковского сектора.
2005-2006 гг. — заместитель председателя правления КБ «Украинская финансовая группа».
С 2006 г. — председатель правления ЗАО «Международное бюро кредитных историй».

Реклама на dsnews.ua

СЕМЬЯ:

Женат, воспитывает дочь.

Хотя в ряде стран мира банки обязаны предоставлять информацию о заемщиках кредитным бюро, украинские финансисты решили поставить работу таких бюро на рыночные рельсы, но процесс забуксовал. Что мешает созданию полноценной базы о заемщиках, «ВД» рассказал председатель правления ЗАО «Международное бюро кредитных историй» Андрей Кияк.

>>В чем причина того, что процесс становления бюро кредитных историй затянулся?

— Я не стал бы однозначно говорить, что он затянулся. По опыту других стран могу сказать: до того момента, как этот бизнес начинает приносить прибыль, в среднем проходит порядка 10 лет. В Украине еще дело и в ментальности банкиров. Все они слышали о том, что такое кредитное бюро, все понимают его важность. Но когда речь заходит об участии банка в бюро, вопрос тут же становится ребром. Банки привыкли, что деньги любят тишину, а тут им предлагают закрыть глаза на конфиденциальность.

Кроме того, нужно время на то, чтобы разобраться, как использовать полученные у бюро данные.

>>Почему с бюро не работают банки — лидеры сектора потребкредитования?

— Я бы выделил эти пять-шесть банков и компаний в отдельный сегмент («Простофинанс», «Еврокредит», Дельта Банк, банк «Ренессанс», банк «Русский стандарт» и др.). Их информация очень интересна другим банкам – они дают кредиты на относительно небольшие покупки, и их заемщики с большой вероятностью вскоре возьмут более крупный кредит. Подмечена такая тенденция: заемщик, который взял в кредит машину, вряд ли будет оформлять кредит на пылесос. А вот человек, взявший кредит на пылесос, с большой долей вероятности через пару лет обратится за кредитом на машину.

>>Как можно повысить заинтересованность этих банков в информации бюро?

— Думаю, скоро заинтересованность этой группы банков в бюро повысится. В марте 2007 года Нацбанк внес изменения в постановление о формировании резервов под кредитные риски. Он ввел понятие стандартизированных портфелей. Это займы до 5 тыс. грн. и займы клиентам, информация по которым получена у бюро кредитных историй. Нормы резервирования по таким портфелям ниже, чем по другим беззалоговым кредитам. По моей информации, один из банков, которые с нами работают, пересмотрел резервы по новым правилам и сэкономил уже порядка 10 млн грн.

>>Нужно ли вводить обязательный режим подачи информации в бюро?

— Такой режим действует в Казахстане, чему тамошнее бюро несказанно радо. Если бы бюро были государственными структурами, обязательность смотрелась бы нормально. Но мы пошли по рыночному пути. А как можно обязать предоставлять информацию коммерческой структуре? Это недемократично. Хотя в данном конкретном случае особой нагрузки (финансовой или какой-то другой) банки не понесли бы. Идея все еще имеет право на жизнь. Ей нужен хороший лоббист. Когда разрабатывался законопроект, вопросами бюро занималось сразу три иностранных проекта, работала большая рабочая группа. Сейчас такого лобби почти нет.

>>Возможно, Украине не стоило допускать появление множества бюро?

— В мировой практике существует два подхода. Европейский (распространенный в странах континентальной Европы) предусматривает централизованную систему. Бюро создаются либо при центробанках, либо при ассоциациях банков. В Британии и США бюро — это конкурирующие друг с другом структуры. Мы, в Украине, решили пойти по второму пути. Оба подхода жизнеспособны, но второй более рыночный. Эффективные мобильные бюро занимают лидирующие позиции, и на рынке остается два-три крупных субъекта.

>>Что случилось с реестром НБУ — прообразом централизованной системы?

— Реестр существует, он работает по отдельному постановлению НБУ. Но в него попадает информация о кредитах юрлиц, причем кредитах крупных — от 10 тыс. грн. Возможно, на базе этого реестра и нужно было создавать единое бюро. У НБУ защищенные каналы связи, есть авторитет и доверие, административный ресурс (в хорошем смысле). Когда я работал в Нацбанке, я курировал и лоббировал этот вопрос. Тогда бытовало мнение, и сейчас в НБУ считают, что бюро — это не дело регулятора, это дело коммерческих структур. Но, на мой взгляд, ничто не мешало создать некий централизованный архив, воспользовавшись админресурсом, а через три года акционировать его и продать банковскому сектору.

>>Что еще мешает бюро развиваться?

— Отсутствие доступа к госреестрам. Таких реестров около 30, а доступ есть только к трем-четырем. Хотелось бы работать с реестром физлиц-налогоплательщиков, чтобы иметь возможность подтвердить предоставленную справку о доходах, с реестром потерянных паспортов при МВД — это очень важно для пресечения мошенничества. Закон «О кредитных бюро» разрешает нам получать доступ к этим реестрам, но не регламентирует, в каком режиме и в каком объеме. Поэтому администраторы реестров говорят: это — закрытая информация. Например, в Чехии тоже мучились с реестрами, пока за дело не взялись банки. Бюро при Ассоциации украинских банков в этом плане легче — здесь может сыграть фактор ассоциации, а мы — коммерческая структура. Поэтому мы уже пошли на более тесное сотрудничество с Украинским кредитно-банковским союзом — оно достаточно динамично и эффективно. Конечно, мы можем подключиться к реестрам на общих основаниях, но тогда нам придется заплатить деньги (около 40 грн. за единицу информации) и включить эти затраты в стоимость услуг бюро.

>>Сколько стоят услуги бюро?

— Сейчас, после перехода от тестирования к промышленной эксплуатации, у нас продолжается период лояльности. Банки притираются, учатся пользоваться информацией бюро. Брать с них деньги пока рано. Они платят символическую сумму — 1 копейку за отчет. Но к осени, думаю, мы начнем взимать плату. Стоимость отчетов будет разной.

>>Могут ли БКИ зарабатывать на чем-то, помимо отчетов?

— Могут. К примеру, на мониторинге клиентов — сборе информации о заемщике после того, как он взял кредит. Для банка может оказаться существенной информация о том, что он, например, сменил место жительства, родил троих детей или же оказался за решеткой. Сейчас мы предоставляем такую услугу бесплатно, но в будущем тоже планируем брать деньги.

>>Что могут предпринять бюро, чтобы отношение к ним со стороны кредиторов изменилось?

— Только четко продемонстрировть им выгоду от сотрудничества. Мы рассчитывали финансовые схемы работы с бюро и работы без бюро. Взяли, например, банк, у которого количество потенциальных заемщиков составляет 400 тыс. человек в год. В схеме без бюро количество отказов в выдаче кредита — 25-30%, количество невозвратов — такое же. Работа с бюро помогает снизить уровень отказов до 10%, уровень невозвратов — до 5%. Цена вопроса — $0,9-1 млн.

Беседу вела Евгения Продаева

    Реклама на dsnews.ua