• USD 27.9
  • EUR 34.1
  • GBP 39.5
Спецпроекты

ЛЕГЕНДЫ. Методы Диоклетиана

Реклама на dsnews.ua

Финансово-экономические кризисы — бич не только современной цивилизации. Галопирующие цены, вздорожание содержимого потребительских корзинок с одновременным обесцениванием денежной массы знавали и древние римляне. Они же, в лице властей, впервые в истории нашей эры попытались управиться с подобными проблемами административно-бюрократическим путем, то есть методом «ручного» управления своей древнерыночной экономикой.

Спекулянтов к ответу!

Семнадцать с половиной веков назад величайшая держава древности — Римская империя оказалась на грани исчезновения с карты тогдашнего мира. Затяжной экономический кризис и политический разброд, сопряженные с перманентными гражданскими войнами и вторжениями внешних врагов, привели к хозяйственной разрухе и фактическому распаду страны. Именно тогда — в средине III века н.э. в ослабленной, но не сломленной армии Рима появился рядовой солдат Диокл или Диоклес, к исходу того же столетия взошедший на имперский престол под именем Диоклетиана и сыгравший решающую роль в спасении страны от преждевременной гибели.

В 301 или 302 гг. император подписал указ, который историки обычно называют «Эдикт Диоклетиана о ценах и заработной плате». Этот указ, как считал его автор, был последней масштабной мерой по кардинальной перестройке экономики и всей жизни Римской империи (кроме ценовой, проводились также налоговая, денежная, административная, военная и прочие реформы). У документа есть преамбула, даже беглый взгляд на которую наводит на мысль: нечто похожее мы слышали совсем еще недавно.
«Наше государство, по воле бессмертных богов, памятуя о счастливо оконченных войнах, можно поздравить с наступлением спокойной эры существования и мирного развития, добытых после больших трудов и лишений (…)

Но так как бешеная жадность равнодушна ко всеобщей нужде и так как у бессовестных спекулянтов считается религией в вихре жадности, в горячке наживы отступать от разрушения благосостояния всех скорее в силу необходимости, чем добровольно, так как далее не могут спокойно смотреть на это положение дел те, кого крайняя нужда довела до понимания переживаемого тяжелого момента, то нам, в силу отеческой заботливости о людях, надлежит вмешаться (…)

Вакханалия цен как на предметы, поступающие на базары, так и на предметы, находящиеся в постоянной продаже в городах, так распространилась, что необузданную жадность не смягчают ни обилие товаров, ни бывающий временами урожай (…)

Итак, мы постановляем, чтобы цены, указанные в прилагаемом перечне, по всему государству так соблюдать, чтобы каждый понял, что у него отрезана возможность их повысить (…) Поэтому мы постановляем, что если кто дерзко воспротивится этому постановлению, тот рискует своей головой (…)»

Реклама на dsnews.ua

Эти цитаты из «объяснительной записки» к эдикту предваряли длинный перечень директивно «устанавливаемых» правительством предельных цен на товары и услуги, а также максимальных лимитов оплаты труда разнообразнейших «товаро-услугопроизводителей». Речь, прежде всего, шла о жизненно важных предметах быта римлян — сельхозпродукции, текстильных, кожаных, металлических изделиях, средствах передвижения (повозки и экипажи), а также прочих ремесленных изделиях и других товарах. Одновременно ограничивалась и зарплата тружеников физического и умственного труда — от сельхозрабочих до педагогов.

Кроме того, эдикт содержал весьма ясные и доходчивые для изголодавшихся народных масс и армии — главной опоры имперского режима — идеологические обоснования проводимых реформ. Здесь и ссылки на высшие государственные и общественные интересы, требующие регулирования неконтролируемой рыночной стихии, и обещания обуздать произвол ростовщиков, спекулянтов и прочих угнетателей обнищавшего народа.

Автор эдикта знал о жизни этого самого народа не понаслышке…

Внук раба

Будущий император Диоклетиан родился очень далеко от Рима и даже Италии. Родиной нашего героя было местечко Диоклея (нынче Дукля) близ Адриатического побережья у предгорий Балкан. В древности соотечественники Диоклетиана звались иллирийцами, их потомки — нынешние албанцы. Внук раба, сын вольноотпущенника (т.е. раба, получившего свободу) начал карьеру рядовым солдатом в 50-е годы III в., когда кризис империи достиг апогея. Храбро воюя на европейских и азиатских границах державы, Диокл медленно, но верно поднимался по служебной лестнице. Сначала стал офицером, потом генералом, со временем наместником-правителем одной из провинций и, наконец, командиром преторианцев — суперэлитной императорской гвардии.

Рассказывали, что еще солдатом, находясь на службе в Галлии (ныне — Франция), Диокл получил предсказание жрицы-друидянки о том, что станет императором, убив кабана. Быть может, впоследствии, охотясь на диких свинок, он не раз досадовал, что пророчество не сбывается.

Но все сбылось! Настал судьбоносный день 17 сентября 284 г. Находясь в очередном походе, генерал Диоклес неожиданно стал свидетелем убийства своего патрона — юного императора Нумериана. На глазах всего войска гвардейский командир собственноручно казнил убийцу, которого звали Апром (то есть по латыни «кабаном»), после чего был единогласно избран новым властелином Римской державы и тут же приступил к срочному «ремонту» оной.

Дело было сложным и новый монарх вскоре назначил себе помощника-соправителя. Старый друг генерал Максимиан сначала получил титул «цезаря» (кесаря), а вскоре — и «августа», равнозначного званию самого Диоклетиана. Ему было поручено управляться с делами в западных землях империи со столицей в Медиолане (нынешнем Милане). Восточные территории, более богатые и менее пострадавшие от войн и кризиса, Диоклетиан оставил за собой, избрав столицей малоазийскую Никомедию. Несколько лет спустя императорами было решено назначить себе еще двух подчиненных-соправителей в ранге «цезарей» и таким образом разделить управленческие обязанности на четверых. Ими стали генералы Галерий (на востоке) и Констанций Хлор (на западе). Наглядным символом этой формы власти (тетрархии) являются дошедшие до нас своеобразные скульптурные группы, изображающие четырех императоров, которые выглядят… как близнецы.

В ходе административной реформы тетрархи поделили империю на 100 провинций, объединенных в составе 12 областей (диоцезов). Официальная столица — Рим был объявлен особым административным округом, вроде нынешнего округа Колумбия в США. Каждый монарх отвечал за порядок в своей части единой империи.

Лечение «порченых» денег

Первоочередной задачей экономических реформ Диоклетиана было оздоровление денежной системы государства. К концу III в. римляне давно забыли, как выглядят полновесные деньги. В докризисную пору главной римской валютой была серебряная монета — денарий, введенная в обращение еще в доимперском республиканском Риме, особым постановлением сената от 268 г. до Рождества Христова.

Поначалу республиканские и даже раннеимперские денарии чеканились из хорошего серебра. Они имели законодательно фиксированный вес, эквивалентный массе четырех серебряных сестерциев (монеток, весивших около 1 г). Именно такая «деньга» увековечена в евангельской притче о «денарии кесаря».

Искушаемый провокаторами-фарисеями, спросившими о том, следует ли евреям платить налоги оккупантам-римлянам, Господь Иисус Христос указал на монету с портретом императора (кесаря) и заповедал: «…Итак, отдавайте кесарево кесарю, а Божие — Богу». В эпоху Христа — на рубеже новой эры серебряный денарий был полноценной массовой международной валютой, обращавшейся не только в пределах империи, но и охотно принимаемой соседями римлян: германцами, сарматами, персами и другими народами.

Однако инфляция денария была уже не за горами. Расходы новорожденной империи постепенно перестали сходиться с доходами, и хитрые кесари начали «портить» хорошую монету.
Первой ласточкой стал указ печально известного гонителя христиан — императора Нерона (середина I в. н.э.), велевшего уменьшить вес денария до 3,41 г. Но этот новый «похудевший» имперский денарий все-таки продолжал считаться полноценным, так как оставался почти чисто серебряным на протяжении полутора веков.

Новый виток девальвации стал первым симптомом разрушительного кризиса империи III в.н.э. Он связан с финансовой политикой императора Каракаллы, начавшего «порчу» денария путем постепенного уменьшения в нем содержания чистого серебра. Потребительский рынок не замедлил откликнуться: в обращении сразу же начали разграничивать старые полноценные денарии I-начала II вв. и инфляционные «каракалловки». Первые стали припрятывать. Постепенно их «вымывало» из обращения внутри империи. Кроме того, соседи римлян продолжали признавать только старые денарии и отказывались использовать в расчетах новые.

Чтобы смягчить последствия этой операции, тот же император повелел чеканить новую серебряную монету повышенного веса — так называемый антониниан, тянувший 4,7-5,3 г. Однако после его смерти, в процессе нарастания кризиса, началась и деградация — порча антониниана. Сначала он превратился в биллоновую монету (сплав меди и серебра в примерно равных долях), а к середине столетия — в чисто медный номинал с ничтожным содержанием серебра, которое наносилось на поверхность монеты в виде осветляющего покрытия и быстро стиралось в процессе обращения на рынке. Стремительное обесценивание антониниана привело к тому, что их начали уже считать не поштучно, а сначала горстями и, наконец, мешками. Между прочим, это явление стало «выбивать» из оборота традиционные медные или латунные монеты римской чеканки: ассы и дупондии (двойные ассы, некогда составлявшие 0,5-часть сестерция). Их просто перестали чеканить: сначала в провинциях, а потом и в самом Риме.

Вот такую денежную «систему» застал солдат Диоклес, поступивший в армию при императорах-соправителях Валериане и Галлиене. Валериановские антонинианы содержали не более 11% серебра. Гигантские объемы инфляционной чеканки Галлиена, практиковавшиеся после катастрофического разгрома римской армии в Иране (260 г.) и гибели Валериана в персидском плену, довершили валютную катастрофу, окончательно подорвавшую хозяйство разлагающейся империи. От Рима начинают отпадать провинции на западе и востоке, где местные самопровозглашенные императоры чеканят собственную монету.

Офицерская и генеральская карьеры будущего Диоклетиана приходятся на период тяжелейших войн за сохранение целостности державы, которые крайне неудачно пытался вести Галлиен и более успешно его преемники — Аврелиан и Проб, назначивший нашего героя наместником дунайской провинции Мезия, неподалеку от его родных земель.

Взойдя на престол, не слишком образованный, но умный и практичный Диоклетиан начал экономические реформы именно с «ремонта порченой монеты». В 301 г. н.э. он издает закон, регламентирующий монетное дело и строго карающий любую «порчу». Практически восстанавливается «докризисный» серебряный денарий, весом около 3,5 г. Кроме него, обращалась золотая монета — новый ауреус, весом около 5,5 г.

Судьба эдикта

После валютной реформы настало время для попытки стабилизировать рыночные цены и заработную плату. Согласно «Эдикту о ценах» пшеница должна была продаваться не дороже чем по 100 денариев за модий (8,754 л). Аналогичные цены устанавливались на ячмень, пшено, чечевицу, очищенные от стручков бобы, горох и очищенную полбу. Вдвое дешевле ценилось просо и почти также рожь. Зато знаменитый (по сказкам «Тысяча и одной ночи») масличный сезам (симсим) максимально ценился по 200 денариев за модий. Дороже пшеницы также были горчица и семена репы, льна, клевера, мака и тмина…

А вот как выглядели некоторые лимиты заработной платы из того же указа. Батраки, погонщики скота, водоносы, чистильщики клоак (канализаций) получали не более 25 денариев за день на хозяйских харчах; вдвое дороже ценился труд каменщиков, плотников, столяров, кузнецов, пекарей (также с хозяйским столом); и втрое — живописцев-художников. Адвокат за составление судебной жалобы мог заработать 250 денариев; учитель начальной школы или арифметики — по 75 денариев за каждого ученика ежемесячно; преподаватели гимнастики — по 50, зато учителя латыни и греческого языков зарабатывали таким же образом до 200 денариев, а ритор (учитель красноречия) или софист (философ, преподававший искусство спора и дискуссии) — до 250.

К наиболее дорогим формам труда символично относилось производство судебного следствия, ценимого до 1000 денариев за дело.

«Диоклетиан вызвал различными несправедливыми мероприятиями громадную дороговизну и пытался особым законом установить цены на все товары. Тогда по ничтожным поводам было пролито много крови; товары, страха ради, скрывались; дороговизна стала гораздо большей, пока закон, в силу самой необходимости, после гибели многих не был отменен».

Так оценивал судьбу «Эдикта о ценах» младший современник нашего героя христианский писатель Лактанций. Насколько он был прав, сказать трудно. Но объективно реформы Диоклетиана в целом открыли новую страницу истории Римской империи, заложив основы почти столетнего периода стабильной жизни великой мировой державы.

    Реклама на dsnews.ua