• USD 27.9
  • EUR 33.8
  • GBP 38.9
Спецпроекты

Виктор Бойко: «Все обвинения в моей причастности к продовольстве

Реклама на dsnews.ua

Госкомитет по государственному материальному резерву постоянно находится в центре внимания благодаря «мясному», «сахарному» и «бензиновому» кризисам, периодически потрясающим страну. Неудивительно, что это ведомство частенько попадает под огонь критики — как со стороны правительства, так и недоброжелателей из предпринимательских структур. Да и «наследие прошлых времен» периодически дает о себе знать. Буквально на прошлой неделе был предан огласке конфликт «в благородном семействе», с которого мы и решили начать нашу беседу с председателем Госкомрезерва Виктором Бойко.

Борьба за деньги по-госрезервовски

Виктор Алексеевич, руководители ряда предприятий, входящих в структуру Госрезерва, обвинили вас в захвате киевского комбината «Прогресс». С чем вы связываете этот выпад?

— По результатам плановой проверки ГлавКРУ на комбинате были выявлены факты неуплаты в госбюджет порядка 5 млн грн. и нецелевого использования 380 тыс. грн. За эти средства комбинат должен был построить локомотивное депо, но вместо этого сделали столовую. После этого заключения КРУ милиция открыла уголовное дело, которым сейчас занимается Генпрокуратура. Согласно законодательству, если против руководителя открыто уголовное дело, я должен назначить и.о. директора, что и было сделано. Однако когда мой заместитель с соответствующим приказом прибыл на предприятие, руководитель «Прогресса», который сразу взял больничный, чтобы его нельзя было уволить, организовал сопротивление.

Те же люди также предъявили вам более масштабное обвинение в причастности к продовольственному кризису…

— Все обвинения в моей причастности к продовольственному кризису надуманны. Если кто-то считает, что Госрезерв имеет отношение к «сахарному» кризису, то хочу сказать, что есть два секретных постановления Кабмина, которые мы выполняем. И если кто-то не знает об их существовании, то это не мои проблемы.

В каком состоянии вы приняли Госрезерв?

Реклама на dsnews.ua

— После назначения на эту должность я добился распоряжения Кабмина о комплексной проверке деятельности Госрезерва. КРУ, СБУ, МВД сначала обнаружили «дыру» в 3,5 млрд грн., дальнейшее расследование показало сумму в 7 млрд грн. Но затем смотрю — парни обмякли, дальше уже не копают. Я думаю, им сказали: тише, хлопцы. А потом начали проверять сегодняшнюю работу, поступило распоряжение из МВД произвести выемку документов по недавним сахарным и зерновым сделкам, вызывают начальников управлений, бухгалтеров. Те, кто раньше руководил Госрезервом, сейчас занимают посты в правительстве. В итоге я работаю со старой командой, без первого заместителя, без заместителя, который вел бы мобилизационный резерв. А чтобы привести нового человека, нужно четко определить ему фронт работы. Как я могу это сделать, если не знаю, что там у нас есть?

Вы можете назвать количество предприятий, задействованных под хранение в системе Госрезерва? Все ли они нужны государству?

 — Это более 2,5 тыс. предприятий разных форм собственности, и многие из них уже по три раза меняли собственников! О каком ответственном хранении материальных ценностей может идти речь? Практически на 70% предприятий, где хранится матрезерв, установлены факты злоупотреблений. И самое главное, смогут ли эти предприятия выпускать запланированную продукцию в особый период, когда вместо металлообрабатывающих станков стоят линии по разливу шампуня? У нас есть государственные комбинаты, такие, как «Южмаш» или завод им. Малышева. На них и нужно держать стратегические запасы, а от всего остального избавляться, ведь мы тратим большие деньги на хранение. Мы уже подготовили распоряжение Кабмина, которым пересматривается номенклатура запасов в госрезерве. Зачем там ведра, свечи, буржуйки, заложенные еще в 1950-е годы? Если это нужно МЧС, то пусть он этим и занимается. А Госрезерв должен заниматься стратегическими вещами.

Как можно исправить положение?

 — Предложения по реформе Госрезерва мы пытаемся вынести на Совет национальной безопасности и обороны еще с мая. Наконец до нас дошла очередь, и в ближайшее дни этот вопрос будет рассмотрен на заседании СНБО. Главное в реформе — обозначить приоритеты нашей деятельности. На мой взгляд, наиболее важные — энергетическая и продовольственная безопасность. Для этого нужно пересмотреть весь спектр товаров, хранящихся в Госрезерве, определить, от чего нужно отказаться. Например, на наших складах хранится 7 млн т угля, 1,5 млн т мазута. Но половина электричества вырабатывается атомной энергетикой, и я считаю, что в Госрезерве должно быть на 3-4 энергоблока ядерного топлива. Чтобы не держать огромные склады, терриконы с углем, которые только провоцируют злоупотребления. Еще один аспект реформы — финансирование. В прошлом году нам было выделено из бюджета 800 млн грн., в 2003 г. — 1,2 млрд грн. А в этом году — всего 29 млн грн.! При этом обязательств нам только добавляют. А раньше никто не думал о стабилизирующих фондах, хотя в прошлые годы была хорошая ценовая ситуация, и сахара в Госрезерве было много — 250-300 тыс. т. В три раза больше, чем хранится сейчас, было светлых нефтепродуктов. Поэтому на следующий год мы ставим вопрос о выделении порядка 7 млрд грн. Я буду драться за эту цифру и дам конкретные предложения, где взять деньги.

И где именно?

— Например, долги перед нами различных структур. Из общей суммы в 7 млрд грн. уже подтверждены судами 2,8 млрд грн. К сожалению, в Украине до сих пор бытует стереотип, что долги отдают только трусы. Хотя речь, в основном, идет о небедных компаниях, таких, как «Нафтогаз України», который должен нам 1,5 млрд грн. со времен премьерства Анатолия Кинаха. Уже ведется исполнительное производство по взысканию этого долга. Еще 1 млрд грн. должен «Укртрансгаз». В подземных хранилищах находилось 6,5 млрд куб. м нашего газа. В 2001 г. его отдали теплоэнергетикам, не было чем рассчитаться с Россией — снова взяли из Госрезерва. Всего было сожжено 2,5 млрд куб. м газа, 7,5 млн т угля. Такое количество не могло раствориться в воздухе… В свое время этим вопросом занимался вице-премьер Клюев, и ничего нельзя было сделать. Я, конечно, могу стать в позу и пойти по судам банкротить всех должников или продать семимиллиардный долг Чубайсу за 12 млрд…

Почему именно ему?

— Мне звонили из РАО «ЕЭС России» относительно нашей деятельности по взысканию долгов энергетиков. Но, я думаю, этого не произойдет. Понимая, что у энергогенерирующих компаний сразу забрать долг невозможно, ведь так их можно вообще обанкротить, мы предлагаем выпустить ценные бумаги под долги ликвидных компаний с дальнейшим размещением в банке. Например, расписать 7 млрд грн. на десять лет. Это даст нам 700 млн грн. ежегодно. И даже если кто-то перекупит у банка долги энергетиков, то он сможет погасить их только по окончании этого срока.

Вы уверены, что инициатива по взиманию долгов таким оригинальным способом будет одобрена?

— Оппонентов у нашей схемы хватает. Например, как уговорить «Нафтогаз» рассчитываться? Они (новое руководство во главе с Алексеем Ивченко — прим. «ВД») утверждают, что не знают, что делается в их подземных хранилищах. Мол, тоже изучают ситуацию… Однако к руководству такой структурой нужно приступать подготовленными. Я, например, за полтора месяца до назначения знал, что буду в Госрезерве и заранее изучал обстановку.

Если ваши начинания на ниве реформирования Госрезерва не найдут поддержки на высшем уровне, что будете предпринимать?

 — 12 июля я подал в секретариат Верховной Рады заявление о сложении депутатских полномочий. В то же время я — «мажоритарщик», и по закону не могу слагать депутатские полномочия за год до выборов. К тому же есть некоторые обстоятельства, которые не дают мне возможности сделать окончательный выбор. Например, пришло письмо за подписью Юрия Луценко (министр внутренних дел — прим. «ВД») — сделать выемку документов по последним закупкам зерна, сахара. Понимаете, трудно работать в правительстве, где нет единой команды, где все смотрят друг на друга волками.

Энергетическая безопасность в бездействии 

 Весной была создана комиссия по стабилизации рынка нефтепродуктов, куда вошли представители Кабмина, частных нефтяных компаний, но не было Госрезерва. Хотя он, очевидно, должен быть одним из крупнейших игроков на этом рынке…

 — Мы должны сделать Госрезерв крупным игроком. Представителей комитета нет в комиссии, потому что там работают люди, которые решают свои бизнес-вопросы, а государство, по их мнению, слишком крупный конкурент.

Решен ли вопрос со стратегическими запасами нефтепродуктов?

 — На сегодняшний день Госрезерв, в связи с отсутствием достаточного финансирования, закупил всего около 70 тыс. т светлых нефтепродуктов. Согласно указу Президента на следующий год будем закладывать на уровне 10% годового потребления нефтепродуктов, это в пределах 850-880 тыс. т. Львиную долю будет занимать дизтопливо — около 550 тыс. т, остальной объем приблизительно поровну распределим между авиационным, высоко- и низкооктановым горючим. Номенклатура и объемы будут доведены нам распоряжением правительства. Исходя из динамики роста цен, на закупку потребуется около 3,5 млрд грн.

Достаточно ли имеющихся ресурсов для хранения стратегического запаса топлива? Не рассматриваете ли вы возможность использования в этих целях нефтехранилищ в Южном и Бродах?

— У нас семь нефтебаз, и если мы заложим планирующиеся объемы, то они будут заполнены на 50-60%. Поэтому об использовании других объектов речь не идет.

Некоторые страны сейчас формируют стратегические запасы нефти, консервируя скважины. Рассматривается ли сегодня такой вопрос в Госрезерве, Минэкоресурсов?

 — Мы изучаем опыт США, Германии и будем предлагать эту практику в Украине. Сегодня газ хранится в хранилищах НАК «Нафтогаз України» и находится на балансе Госрезерва. Было бы неплохо, если бы «Укрнафта» так же держала в своих нефтехранилищах необходимый запас нефти, газа.

Ранее в Госрезерве хранился запас нефти для АПК. Как изменились его объемы по сравнению с предыдущими годами?

 — Я слышал о деятельности Госрезерва по привлечению нефтепродуктов для предприятий АПК. Сегодня проводятся проверки по этому поводу и, думаю, что кроме негатива это ничего не дало. Пропала нефть, остались только долги.

Как вы относитесь к идее создания стратегического резерва за счет НПЗ, которые могли бы хранить часть своих объемов в резерве?

 — Они могли бы 10-15% своих объемов переработки хранить у нас. Но для этого нужно принять политическое решение на высшем уровне. Ведь нефтепереработчики не являются резидентами Украины и с ними тяжело договариваться. У «Укрнафти» нет ни одного НПЗ, который бы она полностью контролировала. И что взять с НПК «Галичина», работающего на российской нефти? Если в России перекроют кран, он будет плясать так, как скажут.

Агроперспектива

Юлия Тимошенко говорила, что ее муж работает в агросекторе. Вы у него ничего не покупали?

 — Нет. Мне вообще все равно, кто приходит с товаром. Даже если Ющенко — сдать мед. Ему придется участвовать в тендере и снижать цену. Как только я вступил в должность, ко мне очередь из депутатов выстроилась, пытались продать что подороже…

Что вы можете сказать об Аграрном фонде, о котором много говорят, но присутствие которого пока никак не ощущается на рынке?

— Этот вопрос возник еще в бытность вице-премьером по АПК Леонида Козаченко… Не понимаю, зачем нужна эта структура, у которой нет элеваторов, складов. Идет только распыление бюджетных средств, а это порядка 1,2 млрд грн. Если бы эти деньги дали Госрезерву, мы бы за год закрыли все вопросы. Когда идет рассмотрение вопроса на заседании Кабмине, то от Аграрного фонда остается только название. А все поручения даются Госрезерву: купить, поставить, реализовать.

А что произошло с закупками мяса, по которым вам ставили большие задачи?

 — Мы провели более 20 тендеров, и каждый раз объявляли закупку 10-20 тыс. т. Сначала пытались покупать по 11 грн., потом подняли цену до 18 грн. за кг. Но покупали всего лишь по 200-400 т, потому что в Украине сегодня выгодно держать одну свинью стоимостью 2 тыс. грн., а не десять — по 600 грн. Поэтому у нас отсутствует внутренняя конкуренция, и в стране просто нет мяса. Если дать возможность закупать по 24 грн., то к нам пойдет импортное мясо. Наши специалисты ездили в Аргентину, Бразилию, просертифицировали там заводы, СЭС дала позитивное заключение. Но в итоге нам не позволили импортировать мясо. Кстати, в одесском порту мясо в контейнерах стоит 9 грн. А после таможенной очистки и прочего — 23 грн. Я в шоке!

Расскажите о действиях Госрезерва на рынке сахара, также «взорвавшемся» этим летом.

— Всего из Госрезерва реализовано 55 тыс. т сахара, в том числе 40 тыс. т — произведенного из сырца. Но при ежемесячном потреблении 400 тыс. т эти объемы — как укус комара. На днях заканчиваем эту реализацию, потому что подходит сахар нового урожая. Остатки заложим в Госрезерв. Всего мы переработаем около 105 тыс. т сахара-сырца. Обязательно будем закладывать и свекловичный сахар нового урожая. Готовы купить 300 тыс. т, которые необходимы для уровня накопления, но все зависит, опять-таки, от финансирования.

Сколько зерна вы планируете экспортировать в этом году?

— Согласно плану освежения запасов 450 тыс. т оставляем на хранение, а остаток можем направить на экспорт. Попытаемся продать за рубеж около 400 тыс. т зерна урожая 2003-2004 гг. Уже экспортировали 210 тыс. т — третий класс по $125 за т, четвертый — по $112 за т. Заключены контракты с Алжиром и Ираном. Еще 300 тыс. т зерна направим на наши предприятия для переработки на муку.

Кстати, как обстоят дела с зернопереработкой?

— В сутки на наших мощностях производится 5 тыс. т муки. Она выходит по 0,7 грн. за 1 кг, однако хлеб дешевле не стал. Цена остановилась после 2003 г., когда мука была по 1,6 тыс. грн. за т. Были попытки Минагрополитики, ГАК «Хлiб України» заполучить 29 наших элеваторов в управление. Но мы ничего не отдадим.

Как ведет себя Госрезерв на внутреннем рынке зерна?

 — План по закупкам на этот урожай — 1 млн т. На биржах покупаем зерно третьего класса по 620 грн. за т, на четвертый класс цена поднялась с 486 до 510 грн. за т, так как качественные показатели в этом году высокие. Это несколько расходится с нашими планами, поэтому, наверное, снизим цену на $3-4. Мы и так платим за тонну зерна почти на 100 грн. дороже рыночной цены, чтобы удержать внутренний рынок от обвала. Мы покупаем зерно на биржах и на тендере. На тендере было заявок на 200 с лишним тыс. т, однако купили только 50 тыс. Ведь к продавцам выставлены жесточайшие требования — чтобы был сельхозпроизводитель, справка сельсовета о наличии у него земли… Всего 17 документов нужно иметь! В итоге пришлось отбросить массу фирм — тот бумажку не довез, тот еще что-то. Если у нас стоит задание выкупить излишки зерна, чтобы не упал рынок, то какая разница у кого закупать?

Вы предлагали изменить эти условия?

 — Нефтяники и газовики по сравнению с аграрным лобби — щенки (смеется — прим. «ВД»). Почему я ничего не могу добиться в Минагрополитики? Александр Баранивский (министр аграрной политики — прим. «ВД») уперся — хоть кол на голове теши. Говорят, посредники покупают зерно за наличные. Так создайте условия, чтобы аграрий мог сдать товар на биржу! Пусть СБУ или КРУ на полях ловят посредников с чемоданами налички. Ведь рынок на дворе! При чем здесь Госрезерв?

На днях Кабмин отменил Госрезерву и ГАК «Хлiб України» льготы при экспорте зерна. Что это, попытка вытеснить с рынка госструктуры?

 — Кабмин не отменил льготы, а ввел такой же режим для частных трейдеров, уравняв позиции всех участников рынка. Чтобы быть игроком, нужно круглый год работать на рынке — и во время жатвы, и в период пиковых цен в мае. Для этого нужно привлекать предприятия системы Госрезерва. Если у нас будет достаточно зерна, которое можно будет выбросить на рынок в пиковые периоды…

А у вас достаточно?

— Да, но это вопрос закрытый. Обычно запас зерна делается на уровне трехмесячного потребления, или 10% годового оборота.

Первый вице-премьер Анатолий Кинах выразил неудовлетворение работой государственных агентов по закупке зерна — Госрезерва и ГАК «Хлiб України». Мол, из 5,5 млн т закуплено только четверть.

— Мы начали работать на закупки только в августе, так как Кабмин долго не мог определиться с ценой. Чтобы выполнить план по закупкам, достаточно четверти закупленных объемов. Тем более что темпы закупок увеличиваются, мы ежедневно проплачиваем по закладке зерна 10-20 млн грн. Думаю, что за месяц-полтора план выполним. К тому же массовая сдача раннего урожая началась только недавно. И мы уже готовы за него заплатить!

Закрома Родины — в розницу

Юлия Тимошенко говорила о планах по созданию магазинов, в которых будут продаваться дешевые продукты из Госрезерва…

— Сейчас мы готовим постановление Кабмина, которое обяжет местные администрации предоставить место для строительства магазинов или в аренду по низкой цене помещения гастрономов. Я думаю, это будет сеть из более 4 тыс. магазинов по всей Украине. Скорее всего, она будет называться «Комора» или «НЗ» — неприкосновенный запас.

Можно ожидать, что проект стартует до выборов?

— Возможно. Тем более что для этого не нужны бюджетные средства. Пусть у Госрезерва будет 51% акций, а остальные — у инвестора, который заплатит за магазины. Ведь у нас нет бюджетных средств на это. Мы уже поработали с заводами в Харькове и Днепропетровске, производящими блочные магазины, есть интересные проекты магазинов площадью 40-50 кв. м. Есть предложения и от иностранных инвесторов. Будет объявлен тендер. По предварительным подсчетам, на проект необходимо $80 млн.

Чем там будут торговать?

— Цель государства, как и у всех — зарабатывать деньги. Но у магазинов есть еще одна цель — стабилизирующий фактор. Меня не интересует, что инвестор захочет продавать, у него будет обязательный перечень товаров с фиксированной ценой — всего 30 позиций. Главное, чтобы в этом магазине наша мука по 0,7 грн. за 1 кг не продавалась по 1,3 грн.

Беседу вел Юрий Николов

 P.S.
Когда верстался номер, стало известно, что МВД усматривает признаки причастности председателя Госкомрезерва Виктора Бойко и чиновников комитета, а также сотрудников других государственных и коммерческих предприятий к совершению экономического преступления, в результате которого у государства было похищено 20 млн грн. Главным следователем управления МВД возбуждено уголовное дело по ч. 5 ст. 191 УК «Присвоение, растрата имущества или овладение им путем злоупотребления служебным положением».

    Реклама на dsnews.ua