Догнать Албанию. Зачем МВФ провоцирует Кабмин к убийству "упрощенки"

Контроль за "единоналожниками" нужно внедрять, но не раньше, чем за трансфертным ценообразованием для крупного бизнеса
Фото: УНИАН

Судьба малого бизнеса не дает покоя отечественным реформаторам. Так, Кабмин, принял постановление с замысловатым названием "Об утверждении перечня групп технически сложных бытовых товаров, подлежащих гарантийному ремонту (обслуживанию) или гарантийной замене, в целях применения регистраторов расчетных операций". Принят он, правда, с оговоркой - "доработать перечень", чем сделан реверанс в сторону Государственной регуляторной службы, которая не согласовала проект, подготовленный МЭРТ.

Несмотря на замысловатость названия, суть документа предельно проста: через месяц после опубликования постановления любым субъектам хозяйствования, в том числе физлицам-предпринимателям, работающим по упрощенной системе налогообложения, можно будет заниматься реализацией попавших в перечень товаров только с использованием регистратора расчетных операций (РРО).

Само постановление стало лишь заключительным актом грамотно разыгранной Кабмином партии по принуждению "единоналожников" к использованию РРО. Решающее же сражение в этой партии состоялось еще 20 декабря прошлого года, когда Верховная Рада приняла Закон "О внесении изменений в Налоговый кодекс Украины и некоторые законодательные акты Украины относительно обеспечения сбалансированности бюджетных поступлений в 2017 г.". Тогда многие почему-то не обратили внимания на изменения, внесенные в Законы "О защите прав потребителей" и "О применении регистраторов расчетных операций в сфере торговли, общественного питания и услуг".

В соответствии с изменениями в первый из двух упомянутых законов было:

1) дано определение технически сложных бытовых товаров - это "непродовольственные товары широкого потребления (приборы, машины, оборудование и др.), которые состоят из узлов, блоков, комплектующих изделий, соответствуют требованиям нормативных документов, имеют технические характеристики, сопровождаются эксплуатационными документами и на которые установлен гарантийный срок";

2) предусмотрено, что "требования потребителя относительно технически сложных товаров рассматриваются после предъявления потребителем расчетного документа (т. е. фискального чека. - "ДС"), предусмотренного Законом о РРО...".

В Законе же о РРО статью 9, в который описаны случаи, когда применение РРО не обязательно, во всех возможных случаях дополнили словами "кроме технически сложных бытовых товаров, подлежащих гарантийному ремонту".

Сам же перечень товаров до 1 апреля должен был утвердить Кабмин, что в итоге вроде бы и сделал. "Вроде бы", потому что оговорка о его принятии с учетом доработки перечня может сильно отсрочить опубликование документа. А вступает он в силу через месяц именно после опубликования.

Причины

В принципе власть уже очень давно пыталась заставить "упрощенцев" использовать РРО. Указ Леонида Кучмы 1998 г., которым вводилась "упрощенка", оставил широчайшие возможности для работы без РРО, а соответственно и получения теневых доходов в наличке. В 2000 г., с выходом новой редакции Закона о РРО, Кабмин попробовал в первый раз ограничить эти возможности. Столкнулся с протестами, и получилось не очень. Впоследствии такие попытки предпринимались неоднократно, главным образом путем осуществления попыток внесения законодательных изменений, но получалось по-прежнему плохо. Все из-за тех же протестов. А все, видимо, потому, что власти пытались действовать в лоб и ограничивать "безкассовую" продажу, например, по видам деятельности или даже товаров (импортные/отечественные). В прошлом же году кто-то догадался пойти обходным путем - через ограничения на гарантийный ремонт.

Довольно изящно, ничего не скажешь. Фирмы, осуществляющие гарантийное обслуживание, теперь просто не смогут оказать соответствующие услуги без наличия фискального чека, так как при любой проверке фискалы просто не примут расходы, не подтвержденные такими чеками.

Сам перечень оказался по размерам будь здоров - 19 страниц убористого текста. Может быть, по итогам доработки он и уменьшится. Но пока в него попали, например, даже весы кухонные и напольные, вентиляторы, кофемолки, фены и т. д. - то есть товары, цена которых может стартовать от очень небольших величин и которые в нижнем ценовом сегменте никто и не пытается нести в гарантийную мастерскую. Однако фишка в том, что найденный "изящный" вариант решения проблемы де-факто не отменяет возможности купли/продажи таких товаров, если на них не распространяется гарантия.

Соответственно, теоретически можно будет купить по-старому, без фискального, чека и любую более дорогую продукцию - от электронной книжки и МР3-плэера до стиральной машины, холодильника или сервера. Другое дело - многие ли решаться на такое? Но формально предложенный вариант предполагает свободу выбора для продавцов, которую будут заинтересованы ограничивать покупатели.

Следствия

Приведет ли это к подорожанию товаров? Безусловно. Быть может за исключением описанного выше низкоценового сегмента. Как из-за дополнительных расходов на покупку РРО и его обслуживание, так и из-за частичного "обеления" теневого оборота. Но вряд ли стоит ожидать радикального подорожания. В условиях сокращения контроля со стороны фискальных органов, которое имеет место объективно ввиду сокращения сотрудников службы и перераспределения функций между ее уровнями (в частности, контрольные функции на районном уровне ликвидированы), наверняка появятся варианты ухода от полного учета доходов. Например, путем вмешательства в действие зарегистрированной РРО или путем выдачи покупателю чека с незарегистрированного РРО (последний вариант, вероятно, может стать востребован при покупке в интернет-магазинах с доставкой через почтовые сервисы) и т. д. Со временем государство, конечно, будет вынуждено предпринимать какие-то новые меры, а бизнес искать новые лазейки, чтобы их обойти.

Но говоря о частичном "обелении" теневого оборота мы как раз и подошли к той проблеме, вследствие которой МВФ так возбуждается по поводу необходимости отмены "упрощенки". А периодически такое же возбуждение охватывало и украинскую власть. Ниже речь пойдет не обо всех "единоналожниках", а о возможностях использования упрощенной системы в целях ухода от уплаты налогов.

Во-первых, практически сплошной фискальный контроль свойственен всем европейским и многим неевропейским странам. В этом вопросе мы отстаем лет на 10 даже от Албании. Почему власть заинтересована в нем, очевидно: розничные продажи товаров за кэш одновременно: а) легализуют контрабанду, b) позволяют продавцу занижать налогооблагаемую базу (в нашем случае - доход "единоналожника") плюс еще и c) способствуют неконтролируемому движению кэша.

Во-вторых, существование двух параллельных систем налогообложения неизбежно приводит к тому, что деньги из одной (с большей налоговой нагрузкой) перетекают в другую (с меньшей). После внедрения "упрощенки" в 1998 г., когда, напомню, размер единого налога в месяц составлял лишь 200 грн, инструменты контроля наличного оборота практически отсутствовали, а при проведении через "единоналожника" даже миллиарда гривень по безналу отсутствовала какая-либо ответственность, эти финансовые перетоки (речь идет именно о безнале) стали расти дикими темпами. В первую очередь ими пользовалась торговля, сфера услуг и разного рода средний бизнес. Перетоки осуществлялись главным образом в целях уменьшения нагрузки на оплату труда (ухода от уплаты НДФЛ и социальных взносов), а также сокращения объема налогооблагаемой прибыли. С тех пор многое поменялось - ставка единого налога теперь выражена в процентах от дохода, появились минимальные обязательства по уплате ЕСВ, существуют ограничения по работе с "единоналожниками" и т. д. "Единоналожники" теперь используются средним бизнесом по большей части для получения кэша. Для выплаты зарплат "в конвертах", для возможности дать взятку чиновникам и т. д. То есть, казалось бы, введение более плотного фискального контроля - дело правильное, поскольку направлено на сокращение вышеописанных злоупотреблений.

Но это не совсем так с точки зрения справедливости. По сути, в 1998 г. украинская власть предложила малому и среднему бизнесу новый общественный договор. Мол, олигархи и крупный бизнес уходит от налогообложения через "слепые трасты" (сиречь - офшоры), а вы кормитесь с упрощенной системы налогообложения. И вот в течение последних лет этот "общественный договор" власть начинает нагло нарушать: несмотря на формальное введение контроля за трансфертным ценообразованием, "слепые трасты" ничуть не пострадали - с помощью офшоров крупный бизнес как выводил прибыль из страны, так и выводит. А в результате как мог подкармливать чиновников, с которыми работает, так и может. А вот малому и среднему бизнесу руки при этом выкручивают так, что они вот-вот сломаются. При этом тот слой чиновников, с которым общается малый и средний бизнес, тоже хочет кушать и урезание "пайки" не понимает и не воспринимает! Да и конкурировать как с крупными игроками, так и с иностранцами, для которых власть максимально открывает экономику, в таких условиях малому и среднему бизнесу становится все сложнее. Что вполне может вызвать брожение народных масс и негодование среди мелких и средних предпринимателей.

Вывод прост: чтобы его избежать, нужные и в целом правильные действия по усилению фискального контроля за "единоналожниками" необходимо предпринимать  никак не раньше, чем появится хоть какой-то реальный контроль за трансфертным ценообразованием для крупного бизнеса. А почему МВФ в данном случае выступает в роли провокатора и не замечает описанного дисбаланса, вопрос к функционерам Фонда.