Вне грифа "секретно". Заведет ли ОПК локомотив экономики военного времени

ВВП Украины в первом квартале 2026 г. сократился на 0,5% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года и на 0,7% — к предыдущему кварталу. Как может падать экономика во время войны и попытаемся разобраться.

Модель роста в период войны

Модель военного кейнсианства предполагает, что ВВП может сокращаться только на первом этапе боевых действий, когда мирная экономика еще не подстроилась под новые условия функционирования (не состоялась структурная перестройка). На втором – экономика стабилизируется и выходит на первые тренды роста. На третьем этапе зрелой структурной трансформации экономики оборонно-промышленный комплекс (ОПК) становится локомотивом роста с существенными темпами наращивания ВВП.

Возьмем, например, США во время Второй мировой войны как классическую модель военного кейнсианства. Тогда на начальном этапе структурной трансформации экономики в 1940 г. рост валового продукта составлял 1,7%. А на этапе зрелой трансформационной модели в 1944-м уже 37,9%. Это произошло, в частности, благодаря увеличениб оборонного заказа. Индекс Dow Jones отражал эти тенденции: с начала войны падение на 12%, которое в первые два года затормозилось до 1%, а уже с 1942 г. индекс вырос на 21%.

Среди прочего опыт США продемонстрировал, что в рамках модели военного кейнсианства не стоит беспокоиться из-за дефицита бюджета и относительно высокой инфляции. А нужно бояться нехватки снарядов и военной техники. Именно поэтому экономика США развивалась и в условиях дефицита, и в условиях достаточно высокой для Америки инфляции в 10% (которая при этом частично "сжигала" госдолг в виде военных облигаций).

Военные расходы Штатов во время войны составляли до 49% ВВП (в Украине сейчас 25% ВВП без учета внебюджетного финансирования). В целом ВВП США за период с 1939 г. по 1944 гг. вырос с $88,6 млрд до $135 млрд.

Украинская промышленность: характеристики падения

А что происходит сейчас в Украине? О падении ВВП мы уже написали. Теперь проанализируем динамику промышленного производства.

В январе 2026 г. индекс промышленной продукции в Украине по сравнению с декабрем 2025-го снизился на 14,8% (в годовом исчислении — падение 8,1%). Значительное влияние здесь, конечно, оказал энергетический кризис.

Наибольшее падение наблюдалось: в добывающей промышленности и разработке карьеров — индекс 90,3%, перерабатывающей промышленности — индекс 94%, поставках электроэнергии, газа, пара и кондиционированного воздуха — индекс 87,3%.

Но Госстат помимо индекса промышленной продукции публикует и индекс оборота промышленной продукции. Чем они отличаются? Первый оценивает физический поток, второй — финансовый. Точнее, в первом случае фиксируется физический объем и его динамика при производстве, а во втором — финансовый поток от реализации продукции.

Индекс оборота, таким образом, включает в себя инфляционный фактор: он растет, в частности, за счет ценовой составляющей. К примеру, если физический выпуск не увеличился и даже сократился, а цены существенно выросли, то индекс промышленного производства продемонстрирует нулевые темпы или падение, а индекс оборота — даже рост (в зависимости от ценового фактора). Реальные показатели таковы: в январе 2026 г. индекс оборота промышленной продукции вырос на 2,1%, а в феврале — уже на 7,3%.

Следовательно, имеем "экономическую шараду": ВВП упал на 0,5%, индекс промышленного производства в январе сократился на 8,1%, а индекс оборота промпродукции вырос на 2,1% (и в феврале его темпы ускорились в разы). Разгадку дает анализ промышленной инфляции: в январе 2026 г. индекс цен производителей вырос на 3,5% по сравнению с декабрем 2025 г. и на 11,2% в годовом исчислении, а в феврале текущего года – взлетел уже на 22,3% к предыдущему месяцу и на 34,5% в годовом исчислении. (Кстати, рост промышленной инфляции в феврале 2026 г. стал рекордным за период исследований с 1995-го!). Один из факторов — увеличение средней цены на электроэнергию на балансирующем рынке до 11,88 грн/кВт-ч (без НДС). Цены для промышленности выросли на 22,3%, если сравнивать с январем, в частности, из-за повышения прайскепов (то есть верхних предельных цен).

Это, кстати, свидетельствует об ошибочности монетарных настроек НБУ, мечтающего, во время войны не о росте промышленного производства на 5%, а о потребительской инфляцией до 5% за год. Как мы выяснили, во время войны потребительская инфляция может находиться в более широком коридоре: 10–15%.

Более важно таргетирование (установление целевых ориентиров) промышленных цен: но для этого во время войны нужно таргетировать цены на электроэнергию, природный газ, топливо, тарифы на железнодорожные перевозки и т.д. Но этого никто не делает. Конечно, стабилизация промышленных цен не может быть предметом заботы лишь Нацбанка — это общая цель правительства, НБУ и других регуляторов.

В то же время рост цен на электроэнергию на 22,3% в феврале не мог привести к увеличению промышленной инфляции в этом же месяце до 22,3%. Скорее всего, здесь "зашит" рост цен не только в энергетическом секторе, но и в контрактах на реализацию в секторе государственного заказа. Насколько этот рост был обоснованным, сказать трудно, но такая ценовая динамика аномальна.

Таким образом, рост цен реализации в промышленности становится причиной увеличения индекса оборота промышленной продукции, в то же время индекс производства промышленной продукции (физические объемы) и ВВП падают.

Что интересно, индекс оборота промышленной продукции начал стремительно увеличиваться с 2024 г. — тогда помесячные темпы роста составляли от 8,9% до 31,3%. В прошлом году этот процесс продолжился ростом в диапазоне от 6,2 до 25%. Но с начала этого года динамика индекса определенно затормозила, хотя ценовой фактор в виде промышленной инфляции увеличился. Основная причина — физические объемы стали падать более стремительно, чем расти ценовые. Даже с учетом ценового фактора добывающая промышленность в феврале упала на 11,8%, в то время как перерабатывающая выросла на 10,1%.

Оценка ОПК через смежные отрасли

Конечно, данные о производстве оружия в Украине засекречены, но есть смежные гражданские отрасли, динамика которых косвенно свидетельствует и о темпах развития ОПК. Проанализируем их в соответствии с данными открытых источников:

Оборот продукции в секторе производства одежды в феврале сократился на 4,6%. Но текстильная отрасль выросла на 26,7% (то есть часть продукции уходит за границу на предприятия, где выпускается готовая одежда). Технологическая цепочка здесь формируется так: полуфабрикатов в виде текстиля выпускают больше, а пошив одежды в Украине падает — производства переносятся за границу, в частности, вследствие нехватки и стоимости электроэнергии, а также состояния рынка труда.
Оборот в пищевой промышленности вырос на 18,9%.
Металлургия — падение в феврале на 13,9%. Хотя оборот в сегменте готовых металлических изделий показал рост на 4,7%.
Оборот в секторе выпуска машин, оптики, электроники и т. д. — рост на 6,9%. За счет каких подотраслей? Прежде всего "выпуск компьютерной техники" — рост на 28,8% (здесь зафиксировано и наибольшее повышение отпускных цен). Добавим подотрасль электротехники — рост в феврале на 35,1% и машин (кроме транспорта) — рост на 11,1%. //Ценовой фактор в подотрасли электротехники является максимальным среди родственных подотраслей//.
Оборот подотрасли ремонта продемонстрировал в феврале рост на 20,4%.

Итак, в Украине есть отрасли, оборот которых растет и даже двузначными темпами, но почему тогда они не разворачивают промышленный и общеэкономический тренд в сторону роста?

Ценовой фактор мы уже упоминали: оборот растет за счет не столько физического объема, сколько за счет цен. Но есть еще один фактор — стоимостный.

Для понимания, весь промышленный сектор в Украине в январе-феврале 2026 г. — это 723 млрд грн, или $17 млрд за два месяца.

На перерабатывающую промышленность приходится 378 млрд грн, или 52%. Добывающая постоянно падает, что закономерно (проблемы с логистикой и транспортировкой). Поставка энергии — 283 млрд грн, или 39%. Этот сектор, как и секторы добычи, находится в стагнации.

Отрасли, касающиеся ОПК, за январь-февраль текущего года продемонстрировали такие обороты:

пищевая — 166 млрд грн;
текстильная — 7 млрд грн;
выпуск пластмасс и резины — 25 млрд грн;
выпуск готовых металлических изделий — 24 млрд грн;
выпуск машин и оборудования — 54 млрд грн;
выпуск компьютерной техники — 9 млрд грн;
выпуск электротехники — 8,6 млрд грн.

Итак, эти отрасли ограничены по объему производства готовой продукции. Более всех к динамике общеэкономического роста может прибавить пищевая промышленность: фактически 99% пищевых продуктов для ВСУ можно обеспечивать за счет внутреннего производства.

А вот дальше все идет за нисходящим. Текстильная отрасль — всего 7 млрд грн в январе — феврале. Здесь есть огромная недоработка правительства, в частности относительно программ локализации пошива формы в Украине.

Отрасли готовых металлических изделий, электротехники и компьютерной техники демонстрируют высокую динамику, но абсолютные объемы производства остаются весьма ограниченными.

Правда, производство машин и оборудования на 54 млрд грн за два месяца — уже достаточно существенный эффект, но все еще недостаточный.

Следовательно, для существенного роста влияния указанных выше отраслей, потенциально родственных ОПК, нужно значительно, буквально в разы увеличить абсолютные (физические) показатели выпуска и одновременно минимизировать фактор роста цен, "съедающих" значительную часть госзаказа (за ту же сумму можно приобрести все меньше физических единиц товара).

Что делать: смена промышленной парадигмы

Очевидно, нужно менять промышленную парадигму, используя следующие ключевые элементы:

Промышленная политика по созданию малой индустриализации в виде рассредоточенных одно-двухцеховых производств.
Децентрализованная энергетика с учетом диверсифицированных источников энергии. Потому что старая базовая генерация рассчитана на мощное промышленное потребление энергии (феросплавные заводы, меткомбинаты, химзаводы и т. п.). Но такая модель уязвима в условиях войны. Она нужна для промышленного ядра первого уровня, но на втором уровне должна появиться сетецентричная промышленность в виде малой индустриализации.
Новая система технического и технологического образования из сети учебных центров.

Сама организация малой индустриализации должна происходить вокруг цифровых государственных платформ (заказчиков) или вокруг частного кластерного ядра по принципу: моделирование конечного продукта, субподрядчики и контрагенты.

Такой подход позволит во время войны увеличить долю промышленности в структуре ВВП с нынешних 17–18% до 30–35%. Что это значит в контексте? На фоне таргетирования промышленных цен совместными усилиями правительства и НБУ это позволит перевести рост ОПК на 20% в рост промышленности на 10% и, наконец, в 3% дополнительного прироста ВВП. И тогда темп роста экономики Украины будет составлять 5% в год.

Но это предложения. А сегодня должны констатировать, что влияние государственных расходов в секторе ОПК на общие тренды развития промышленности и экономики в целом остается крайне ограниченным.