Кровавый след Первой конной. Как будьоновцы устраивали еврейские погромы в Украине

Прибывшая делегация была очень мощной. Кроме Калинина, там были другие важные персоны советской России: главнокомандующий вооруженными силами Сергей Каменев, нарком юстиции Дмитрий Курский, нарком здравоохранения Николай Семашко, нарком образования Анатолий Луначарский, секретарь ЦК РКП(б) Евгений Преображенский. Их лично встречали руководители Первой конной Семен Буденный и Клим Ворошилов.

Такой представительной большевистской делегации Елисаветград больше никогда не видел. По официальной версии представители тогдашней советской верхушки прибыли на Елисаветчину с чисто лекторскими задачами. На заседании уездного исполкома они рассказывали о международном и внутреннем положении страны Советов, выступали на конференции секретарей партийных организаций, фабзавкомов и профсоюзов. В других источниках советской истории указано, что Калинин вдохновлял речами бойцов 1-й Конной армии перед их отправкой на врангелевский фронт и агитировал крестьян дать советской власти хлеба. Буденный даже упоминал о таких выступлениях в мемуарах:

"С докладами в частях выступали также нарком образования Луначарский и нарком здравоохранения Семашко. Каждый из них освещал вопросы международного и внутреннего положения Советской Республики, военные и политические проблемы, рассказывал о делах, касающихся тех отраслей, которыми он руководил. Луначарский посещал школы детишек Семашко встречался с медицинскими работниками".

Буденный в своих мемуарах скрыл, что агитация населения за коммунистическое строительство, сопровождавшаяся обещанием амнистии для повстанцев, была далеко не главной целью пребывания делегации в "Елисаветградской губернии", как он ошибочно окрестил Елисаветчину. Основная задача большевистских лидеров заключалась в надзоре за расследованием преступлений буденовцев на территории Украины, ведь кровавый след Первой конной стелился от Волыни до Центральной Украины.

В октябре 1920-го Первая конная армия находилась на переходе на врангелевский фронт с советско-польского фронта, где потерпела сокрушительное поражение. Отступление буденовцев сопровождалось массовыми грабежами крестьянства и еврейскими погромами. Доставалось и комиссарам, иногда пытавшимся прекратить подобный беспредел. Среди бойцов 6-й кавалерийской дивизии, сформированной в Ставропольской губернии весной 1920 года в основном из пленных деникинцев и люмпенизированного населения, был распространен лозунг "Бой жидов и комиссаров".

Факты погромов зафиксированы в походном дневнике Исаака Бабеля, который в 1920 году под именем Семен Лютов был военкором в составе Первой конной. Один из друзей Бабеля вспоминал: "Запомнился его рассказ… Когда Кинармия откатывалась под давлением поляков в Киев, казаки устраивали еврейские погромы в городках… Бабель мог бы рассказать и о том, как был убит комиссар 6-й кавдивизии Шепелев, пытавшийся в попытках пытаться в громыхавших".

Одиозный командарм Семен Буденный объяснял причины такого поведения тем, что "когда 1-я Конная армия переходила с польского фронта на врангелевский, бойцы получили много писем от своих родных с Дона, Кубани, Ставрополья, Северного Кавказа. В этих письмах нередко родные сообщали своим сыновьям и родителям о своих сыновьях и отцах хлеб, скот, фураж, лошадей. Естественно, это беспокоило бойцов: чем жить родным и как будет дальше? заниженными ценами и т. д. – подтвердились".

Комиссары перед отправкой Первой конной на польский фронт пропагандировали скорую и легкую победу над польскими господами и обещали красным конникам щедрые достижения после той победы. Вместо трофеев буденовцев ждал разгром под Варшавой и Замостьем от союзных украинско-польских сил. Так что обещанные "богатства" пришлось брать с населения городов и сел Украины, через которые проходили кинормейцы.

Эту информацию подтверждали отчеты чекистов. В частности, на имя председателя ВЧК Дзержинского поступила телеграмма за подписью начальника Особого отдела 1-й Конной армии-уполномоченного ВЧК Роберта Зведериса:

"Новая погромная волна прокатилась по району... Нельзя установить точное количество убитых... Отступающие части Первой Конной армии на своем пути уничтожали еврейское население, грабили и убивали. Это новые страницы еврейских погромов в Украине. Все указанные места совсем разграблены".

Прямым виновником произвола Первой конной в Украине Зведерис считал Клима Ворошилова – влиятельного члена Реввоенсовета Первого конного:

"В Армии бандитизм не будет изжит до тех пор, пока существует такое лицо, как Ворошилов, потому что человек с такими тенденциями, ясно, является лицом, у которого находили поддержку все эти полупартизаны-полубандиты".

Даже командиры Первой Конной в приказе № 89 от 9 октября 1920 года признавали: "Там, где прошли преступные полки недавно еще славной 1-й конной армии, учреждения советской власти разрушены, честные труженики бросают работу и разбегаются при одной лишь известии о приближении бандитских частей. правильное снабжение и руководство красных армий, которые борются на фронте.

Пытаясь избежать справедливого наказания, некоторые будьоновцы объясняли, что убивали и грабили местечковых евреев, ибо они в синагогах проклинали Троцкого, прося для него "херему" (анафему), поскольку для них он был "шруцим", то есть ничтожества, о которых в Талмуде сказано людям: ".

После одного из таких погромов начальник 6-й кавалерийской дивизии Иосиф Апанасенко немедленно созвал общее собрание всех командиров и военкомов дивизии. Из протокола собрания видно, что все ораторы говорили не о погромах в целом, а о том, что нездоровая обстановка в дивизии была вызвана действиями врагов. Вот что сказал начальник штаба дивизии Шеко: "Агенты Петлюры и Врангеля проникают в нашу среду и разлагают дивизию. Нам, всем сознательным, необходимо объединиться, чтобы раз и навсегда добиться победы над врагами революции".

Буденный тоже считал, что его "идейные" бойцы совершали преступления под влиянием обстоятельств и плохого отношения к кинармийцам в тылу:

"Проходили эту идиотскую Украину, где везде лозунг "бей жидов!". И, кроме того, бойцы очень недовольными всегда возвращаются из лазаретов. Плохо ведут себя в лазаретах, нет помощи на станциях при возвращении. И вот, обратившись к одному коменданту-еврею, к другому и они не получили всякой заботы, поэтому, возвращаясь в строй, они вносят разлад, рассказывая об оскорблениях, говорят, что мы здесь сражаемся, жизнь отдаем, а там никто ничего не делает".

В октябре 1920 г. Буденовцы на две недели задержались в Елисаветграде, где были значительные запасы провианта и фуража, а другие отделы расположились в бывшей столице Григорьева Александрии и окрестных селах. А 18 октября 1920 г. в Елисаветград прибыла комиссия, возглавляемая Калининым, для расследования преступлений Первой конной: еврейских погромов, грабежей, убийства комиссара Шепелева и т.д. "Всероссийском старости" Буденный и Ворошилов устроили теплый прием, что повлияло на решение комиссии.

По приговору ревтрибунала, состоявшегося 21-23 октября 1920 года в Елисаветграде, было расстреляно по одним данным 40, по другим — 153 кинормейцев. Командир 6-й дивизии Иосиф Апанасенко и комбриг дивизии Василий Книга также были приговорены к расстрелу, который был заменен лишением свободы на пятнадцать лет. Но вместо наказания их отправили на обучение в военные академии.

Отчет комиссии Калинина содержал также негативную характеристику чекиста Зведериса, который, мол, "не обращал никакого внимания на внутреннюю политическую жизнь, не принимал необходимые меры, благодаря чему политическая жизнь в армии протекала ненормально, и всякий уголовный элемент мог свободно осуществлять свои темные дела". В решении комиссии отмечалось: "Начальника Особого отдела 1-й Конной армии, тов. Зведериса, отстранить от занимаемой им должности: как не отвечающего своему назначению и человека, который не хотел интересоваться той огромной работой, которая на него возложена".

Зведрис свое увольнение объяснял конфликтом с членом Реввоенсовета Первого конного Ворошиловым: "Ворошилов, самодур по натуре, решил, что дальнейшее усиление Особого отдела может иметь плохие последствия персонально для многих высоких "барахольщиков…".

Устранение Зведериса, участвовавшего в расследовании преступлений кинормейцев, было одним из последствий визита комиссии Калинина в Елисаветград. Вместо Зведериса, дальнейшая судьба которого неизвестна, должность начальника Особого отдела Первой конной армии временно занял Михаил Фриновский, в 30-е годы являвшийся правой рукой наркома НКВД СССР Николая Ежова, став вместе с этим "наркомом страха" символом репрессий. Замена неудобного Зведериса окончательно укрепила позиции Буденного и Ворошилова как руководителей Первой конной, части которой вскоре после Елисаветградского трибунала (материалы которого в Отраслевом Государственном архиве СБУ помог отыскать историк Василий Даценко), отправились на Крымский фронт для борьбы с Врангелем.