Неуловимое облако. История атамана Чернолесского полка

"Имя Тучи переходило из уст в уста как нечто священное и приковывало умы многих из молодёжи. Кулачество разных мастей боготворили Облако. Везде и всюду делали ему хорошие встречи, а отряд его кормили как можно лучше… "Спрашивай" писал об авторитетном предводителе, атамане Чернолисского полка Филиппа Хмару, который в августе 1920 г. поднял на восстание против большевиков села, расположенные вблизи Черного и Чутянского лесов в самом центре Украины

Юрий Горлис-Горский, который видел Хмару своими глазами, в романе "Холодный Яр" оставил описание атамана: " Был это стройный, крепко выстроенный мужчина лет 28-30. Одет был в темно-зеленую чумарку черкесского кроя, с дорогой серебряной саблей. подстаршина-конник, пылкий националист, довольно хороший организатор и командир…"

Кем был Хмара до того, как стал атаманом Чернолесского полка? Данные о нем довольно скупы. Местом его рождения считают село Цветное (ныне Александровский район Кировоградской области), расположенное совсем близко к Холодному Яру. Филипп Афанасьевич Облако происходил из бедной семьи, участвовал в Первой мировой войне. По воспоминаниям современников был искусным кавалеристом, во время конного боя рубил из двух рук, прокладывая себе путь сквозь ряды вражеской конницы. К повстанческому движению присоединился в 1920 году — так, Горлис-Горский вспоминал о его участии в совещании атаманов в Холодном Яру в феврале 1920 г. Во время великого антибольшевистского восстания, разразившегося на Елисаветчине в августе 1920-го и продолжавшегося до ноября, Хмара.

Он стал одним из ведущих повстанческих предводителей Центральной Украины, которого другие атаманы с уважением называли "чернолесским медведем" и "царем горшечного царства". Первая характеристика объясняется расположением Цветной, родной деревни Хмары, среди Черного леса, на территории современной Кировоградской области (в начале ХХ ст. этот населенный пункт находился в составе южной части Киевской губернии). Большое, богатое село Цветное славилось своим гончарством и керамикой на всю Киевщину. Большевистский агент "Неспрашивай", который в течение 1920 — 1921 гг. был "засланным сказочком" в составе повстанцев Хмары, писал, что в начале ХХ ст. Цветное насчитывало 1400 дворов, а его "кулаки имели огромные капиталы".

Большевистский сексот, анализируя причины восстания, в написанном в 1931 г. отчете, который в архиве отложился с претенциозным названием " История банды Облака", писал , что именно местные кулаки стали "застрельщиками будущего августовского восстания ". Они обратились к бедняку Филиппу Облаку с предложением принять атаманство, чтобы оградить себя от большевистских реквизиций скота, урожая и мобилизации. Неизвестный "Неспроси" оставил интересную характеристику Облака: " Облако один из многих неполитических людей которых имело и каких имеет настоящее время ( т.е. 1931 г. – прим. авт ) каждое село ".

В середине августа 1920 г. зажиточные цветнянские крестьяне Сиденко помогли Облаку объединить отряды, воины которых избрали его атаманом. Центром повстанчества Черного леса стало большое и богатое село Цветное. Сам Хмара считал, что расположение села неудачное и делает его уязвимым для большевистских бронепоездов, потому что оно расположено вблизи железных дорог Знаменка и Цыбулево. Поэтому на всеобщее восстание, утверждал он, село может пойти в случае, "или как уж очень допечут, или если бы кто-то гнал уже красных из Украины".

Именно такая ситуация возникла в Центральной Украине в августе 1920 г. Тогда Холодный Яр под колокола Мотронинского монастыря объявил всеобщую мобилизацию, на которую согласились несколько тысяч повстанцев — по традиции на Спаса освятили оружие. На соседней Елисаветчине разразились восстанием сотни сел, возмущенные "вымогательством", то есть грабительской большевистской политикой и жестокими расправами большевиков над крестьянами, которые отказывались даром отдавать урожай. Размах восстания был таким, что Елисавет (Елисаветград) был в осадном состоянии несколько месяцев, а ситуацию вокруг города большевики сравнивали с "кипьим котлом". Благоприятным фактором для восстания было пребывание на степных территориях Центральной Украины Александрийской дивизии Костя Пестушка Голубого.

Одной из задач повстанцев был также срыв мобилизации в Красную армию. Именно такова была цель операции отряда Тучи, когда 19 августа 1920 г. они устроили успешную засаду на красноармейцев. "Непитай" вспоминал: "Выигрыш подбодрил банду с одной стороны, а с другой этот бой потянул новую силу в состав банды, которая начала расти не по дням, а по часам. Первая победа одушевила зажиточное население Гутницкой и Цвитной и новых людей в большинстве обломки григорьевской и коцуровской банд".

В 1919 г. села Центральной Украины были важной социальной базой григорьевского движения, а атаман Свирид Коцур, разгромленный большевиками весной 1920 г., действовал совсем рядом с Цветной в соседних селах Чигиринщины. Поэтому активные участники повстанчества 1919–1920 гг. влились в состав отряда Филиппа Облака. В конце августа 1920-го после нескольких побед над большевиками, освободившими жителей десятков деревень от исполнения продовольственной диктатуры, отряд численно возрос. А после объединения с другими повстанцами Черного и Чутянского лесов отряд Тучи стали называть " Первым Чернолесским полком ", действовавшим под лозунгом: " Да здравствует свободная наша мать самостоятельная Украина ".

"Непитай" оставил описание структуры Чернолёсского полка, который возглавлял Филипп Облако: " Банда Облака увеличивалась изо дня в день. К концу августа уже числилось до 450 душ вооружённых винтовками, обрезами, бомбами, при двух "Максимах" на тачанках. дорогу и всякие сооружения имеющие какое-либо стратегическое значение.

В течение сентября 1920 г. чернолесский полк возрос до 2,5 тыс. воинов!

Горлис-Горский оставил описание операции "рельсовой войны", в которой ему пришлось лично участвовать: "Мастера", развинтив стыки и разорвав линию, ломами, кайлами и дрючками взвешивали с земли шпалы вместе с рельсами. За короткое время несколько метров линии были демонтированы. Тогда ломами, палками, шнурами, задетыми за рельсы, начали гнуть конец колеи в одну сторону. Рельсы не подвергались. Облако послал еще за казаками. Вырубили более грубые и более длинные "весы". Наконец, демонтированный конец железной дороги занял желаемое направление: из насыпи – прямо на сосны. Казаки сбежались в лес к коням. Облако еще осматривал "работу". Вскоре большевистский поезд попал в ловушку.

Но лучшей частью "Чернолесского полка" была конница, которую значительно усилил Николай Бондаренко из Лукового (соседнего с Цветной села с гайдамацкими традициями близ Чутянского леса – прим. авт.), которого повстанцы называли "Кибцем". "Непитай" вспоминал так о нем: "из деревни Цыбулёво прибыл целый отряд в сто человек под руководством Бондаренко, назвавшего себя "Кибцом". Все прибывшие были хорошо вооружены, было много бомб и разных взрывчатых веществ".

Горлис-Горский писал, что "партизаны Кибца выглядели импозантно. За счет будьоновцев отряд хорошо "подлатался": ребята имели первоклассные лошади, седла и оружие, все хорошо одеты, в шинелях и рогатых буденовках. Только Кибец был в кожаном комплекте. Малого роста, с расставленными в езде локтями, острым носом и острым взглядом, Кибец действительно напоминал малого степного хищника кибца, который был ужасом мирных пернатых обитателей степи".

Итак, повстанческий полк Филиппа Облака был организован вроде регулярной части, равно как Холодноярская бригада и Александрийская (Степная) дивизия Костя Пестушка (Голубого). Высокий уровень организации украинских повстанцев и их сходство с регулярными подразделениями отметил даже Семен Буденный, когда двигался с польского фронта на врангелевскую территорию Центральной Украины. Он вспоминал, что когда они шли " по этой идиотской Украине ", то вели сложные бои с повстанческими частями, организованными наподобие регулярных: "Борьба с бандитами была трудной. Несколько отрядов. Каждый действовал в своем районе. В большинстве случаев бандитами командовали бывшие офицеры царской армии, имевшие солидный опыт.

Однако большой проблемой повстанческих отрядов была их "привязанность к крыше", то есть локальность, рассеянность, попытки действовать не объединяясь. Шанс исправить ситуацию и образовать мощный повстанческий кулак возник в сентябре 1920 г., когда в Холодный Яр прибыла дивизия Костя Пестушка, избранный атаманом Холодного Яра и военным руководителем всех повстанческих отрядов. Прибыл в Медведевку и Филипп Хмара, который во время марша степняков в Холодный Яр помогал им отбиваться от красных. Горлис-Горский писал, что "Облако со своими тремя сотнями сабель мог значительно усилить конницу", но чернолесский атаман отказался присоединяться к объединенным отрядам под командой Костя Пестушка повстанческих отрядов.

Почему?

Сам Хмара мотивировал отказ тем, что присоединение к дивизии только свяжет ему руки, а толку от такого сведения вместе повстанческих сил он не видит. Однако отметил, что пойдет на это только тогда, когда все объединение направится на запад, чтобы пробиться через фронт и присоединиться к украинской армии.

Другой причиной отказа мог быть конфликт между Костем Пестушко и Филиппом Облаком, возникший в сентябре 1920 г. во время боев с красными, когда их подразделения объединились.

Октябрь-ноябрь 1920 г. Облако провело в боях с частями Первой и Второй конной армии, которые двигались из Галиции в Крым, а также были брошены красными для подавления повстанческого движения. Обескровленный потерями в боях с красными Пестушко отдал приказ о демобилизации Степной дивизии. Облако продолжало борьбу до середины декабря 1920 г., а затем тоже распустил своих воинов, потому что морозы всегда охлаждали повстанческий дух.

К зиме тучи подготовились хорошо. В Черном лесу они раньше времени выкопали землянки для себя и лошадей. Сам Хмара тоже времени зря не терял — овладел грамотой, письмом, математикой, потому что имел плохое образование, что ставило его в неудобное положение перед своими казаками, когда приходилось подписывать приказы. Повстанцы восстанавливали силы, ждали весны, тепла и продолжения борьбы.

В марте 1921 г. Облако принимал участие в совещании холодноярских атаманов, а затем совместно с частью холодноярцев, среди которых был и Горлис-Горский, попытался воплотить свой замысел и прорваться на мероприятие для соединения с украинским войском. Повстанцы не имели точной информации о ситуации на фронте, и ничего не знали о примирении большевиков с поляками и интернировании воинов УНР, поэтому поверили слухам, что на западе численное и вооруженное украинское войско успешно воюет с большевиками. Рейд продолжался от Центральной Украины до Подолья, пока в Винницкой области, возле Красного, повстанцы не перестрелили интернированного воина УНР. Он скрылся из лагеря в Ланцуте и искал повстанцев, чтобы продолжить борьбу с большевиками. Узнав судьбу украинского войска, они прекратили рейд и вернулись домой.

В апреле 1921 г. Облако оставалось влиятельным повстанческим предводителем, хотя численность его полка, который осенью 1920 г. насчитывал несколько тысяч повстанцев, теперь значительно уменьшилась. В одном из яростных боев с большевиками он получил ранения, после чего среди повстанцев Хмару больше не видели. Без атамана Чернолесский полк прекратил свое существование.

Какова же была его дальнейшая судьба? По одной из версий Облака, раненого в бою, нашли и убили большевики. Однако "Неспроси", который в условиях второй волны коллективизации, в 1931 г. получил новую задачу сообщить о судьбе повстанцев, привел другую, подтвержденную несколькими свидетелями версию о том, что Филипп Хмара выжил и эмигрировал за границу. И даже привел интересные детали этого бегства. Атаман Хмара оказался хорошим конспиратором. У него было немало документов большевистских воинов, захваченных во время боев с красными, и денег, на которых иногда ставил свою печать с фамилией "Облако", рядом с которым были ружье и трезубец. После ранения скрывался на хуторах, дождался амнистии и уехал в Киев. А оттуда с документами красноармейца выехал на большевистскую часть Волыни, откуда перебрался в Польшу. Дальнейшая судьба Филиппа Облака неизвестна.

Сейчас в селе Цветное Кировоградской области, своеобразной столице атамана Чернолисского полка, есть памятник Филиппу Хмари, расположенный неподалеку от места, где находился его дом. В 2014 г. один из потомков Филиппа Облака активно участвовал в Революции Достоинства — по словам тех, кто видел портрет Филиппа Облака, потому что его фото не сохранились, он очень похож на своего предка-атамана.