Первая в мире улица Ленина. Как большевики киевские улицы переименовывали
Только одно название из переименованных в 1919 улиц существует и сегодня — бульвар Тараса Шевченко.
Многие копья были сломаны в последние годы по вопросу о переименовании улиц Киева. Никуда не деться от факта: вопрос этот идеологизирован. Названия улиц звучат постоянно, в разнообразных контекстах, и напоминают жителям о том, кто или что в настоящее время считается достойным увековечения. Поэтому с изменением политического климата изменяются и названия улиц. 23 марта 1919-го в Киеве вступило в силу первое после свержения самодержавия решение о массовом переименовании улиц, площадей, бульваров, парков. Вспомним, что и почему изменилось тогда в киевской топонимии.
Идея переименования улиц и городов в революционный строй происходит оттуда, откуда и большинство подобных инициатив — от Великой французской революции. В апреле 1791 года писатель и политик маркиз Шарль де Вильетт переименовал набережную Театинцев в набережную Вольтера. Сделал он это простым к удивлению путем: стер надпись "Набережная Театинцев" на углу собственного дома и написал "Набережная Вольтера". Следующее переименование – рю Платрьер (Известковая) на улицу Жан-Жака Руссо – все-таки утвердили парижские власти. Революционерам это быстро пришлось по вкусу: просьбы о переименовании улиц стали поступать почти каждый день. Затем взялись за названия районов Парижа, а затем за города. "За недостаточно современный образ мыслей" лишились своих имен Тулон, Лион и Марсель. Новые топонимы частично исчезли во время термидорской реакции, частично отменены Наполеоном.
В Киеве первое систематическое переименование улиц и площадей произошло сто пятьдесят лет назад – в 1869 году. Одна из причин была вполне прагматичной: устранение дублирующих названий (например, Никольских улиц в Киеве в то время образовалось три, а Загородных – четыре!). Но именно тогда на карту впервые планомерно поместили имена "идеологически выдержанных" персонажей – главным образом императоров и императриц, киевских генерал-губернаторов и губернаторов. Так появились Екатерининская, Елисаветинская, Фундуклеевская, Безаковская улицы, Бибиковский бульвар, Царская площадь.
Свержение самодержавия побуждало к решительным действиям. Первые предложения о переименовании киевских улиц поступили уже в марте 1917; говорилось, естественно, об избавлении от названий, ассоциировавшихся со старым режимом. Интересно, что один из тогдашних "активистов" предложил переименовать Фундуклеевскую улицу в Шевченковскую, а Бибиковский бульвар — Украинский. Но эти предложения не были реализованы. В мае того же года группа солдат действующей армии обратилась к городскому голове с предложением переименовать Александровскую улицу в Английскую, Николаевскую — в Бельгийскую, Петровскую аллею — в Итальянскую, а Столыпинскую улицу — ни много ни мало, в Керенскую. И это, однако, ни во что не вылилось.
В конце октября 1917 года с похожей инициативой выступил украинский городской совет в Киеве. Ее проект можно назвать "украинизаторским": предлагались улицы Котляревского, Костомаровска, Драгоманова. Примечательно, что два из переименований, предложенных советом, были воплощены в жизнь: одно через полтора года, второе — через семьдесят два! Тогда Бибиковский бульвар предложили назвать бульваром Шевченко, а Александровскую улицу – улицей Сагайдачного. Именно под этими названиями мы сегодня их знаем. Но ни этот проект, ни предложение "Комиссии по восстановлению исторических и старинных названий улиц, площадей и урочищ г. Киева" (под эгидой Департамента искусства Министерства образования УНР, весной 1918 года), в котором также фигурировало несколько украинских топонимов (улица Ушинского, переулок в жизнь. Кроме всего прочего, власть в городе тогда менялась очень быстро.
И только в 1919-м большевики, вторично придя к власти в Киеве, подошли к топонимическому вопросу с характерной для них решительностью. Захватили Киев они 5 февраля, а уже в конце того же месяца был опубликован первый (насколько нам известно) советский проект переименования киевских улиц. Этот проект был выработан на совещаниях коллегии городского отдела Исполнительного Комитета, на которые были приглашены "представители фракций политических партий, стоящих на советской платформе, а также представители культурно-исторических обществ".
Главой коллегии стал Владимир Алгасов. Среди членов коллегии были профессор Киевского университета, фольклорист, этнограф Андрей Лобода, заведующий Киевским городским художественно-промышленным и научным музеем Николай Биляшевский (именем которого в 1968 году была названа улица в Святошине) и историк, этнограф, профессор Киевского университета, академик. Примечательно, что Беляшевский годом ранее возглавлял вышеупомянутую "Комиссию по восстановлению исторических и старинных названий" Министерства образования УНР. На этот раз большевики проявили большую выдержку, чем годом ранее, когда предъявителей удостоверений личности, выданных Центральной Радой, расстреливали на месте…
20 февраля 1919 года на совещании коллегии были выработаны принципы, которыми предстояло руководствоваться: "Новые названия будут присвоены прежде всего улицам, имена которых связаны с губернаторско-царским режимом последних десятилетий или носят названия в честь местных богачей. Наименование же улиц, но и только тысячи, связанные с тысячами приняты меры к восстановлению старых исторических названий".
О характере самых новых названий Левицкий высказался совершенно однозначно: "Новые названия будут связаны с именами тех из деятелей мировой, русской и украинской революции, которые в течение последнего столетия боролись за свержение старого порядка. Так же стоит вопрос этот в Петрограде и Москве, где имена Радищева, Бакунина и Маркса мыны уважены есть свидетелями".
На совещании 24 февраля "после оживленных дебатов" был выработан и представлен на утверждение Исполнительного Комитета конкретный проект. Всего предлагалось заменить 41 топоним – названия улиц, площадей и парков. Более половины новых названий имели отчетливо выраженный идеологический оттенок (Маркса, Энгельса, Коммунистическая, Революции, Советская…). Значительная часть улиц должна была получить имена украинских ученых, писателей и поэтов. Вот некоторые предложения, в конечном итоге, не воплощены в жизнь: Тарасовская — улица Ивана Франко; Паньковская — Коцюбинского; Караваевская — Драгоманова; Безаковская — Украинская; Назаровская – Антоновича; Терещенковская – Герцена; Кузнечная – Чернышевского; Прорезная — Радищева; Фундуклеевская – улица Освобождения Труда (!). Лишь три исторических названия планировалось восстановить: Кудрявскую улицу собирались переименовать в Кудрявец, Большую Подвальную — в Ярославов Вал, а для того участка Трехсвятительского, который сегодня называется Десятинной улицей, предлагалось интересное название — Княжий Двор. Кроме того, Николаевский парк должен стать Университетским. Наконец, четырем улицам, переименование которых обсуждалось, было решено оставить прежние названия: Крещатик, Пироговская, Ботаническая (т.е. Никольско-Ботаническая), Глубочица.
Окончательное решение было принято в конце марта. Переименование было официально оформлено постановлением Коллегии городского хозяйства, которое вступило в силу 23 марта 1919 года. Было изменено меньше топонимов, чем первоначально планировалось. Однако изменение проекта в течение предшествовавшего этому месяцу имело четко выраженный революционный характер: все предложения о восстановлении исторических названий и присвоении имен украинских деятелей, за исключением Тараса Шевченко, были исключены. Всего тогда было переименовано 36 улиц, площадей, бульваров, парков.
Все до единого новые топонимы подпадали под категорию "советские", хотя не все были большевистскими. Андрей Заливчий, Александр Зарудный, Леонард Бочковский были членами Центрального комитета Украинской партии социалистов-революционеров, весной 1919 года действовавшей в Киеве вполне легально. Тогда еще не считались врагами и российские левые эсеры, хотя они и разошлись с большевиками в феврале 1918 года по вопросу о Брестском мире. Соответственно, террористы Григорий Гершуни (один из основателей "боевой организации" Партии социалистов-революционеров) и Борис Донской (левый эсер, убийца Германа фон Эйхгорна) также были увековечены киевскими топонимами.
Что касается "канонических" большевистских названий, то, насколько известно, именно в Киеве появилась первая в мире улица Ленина, еще при жизни последнего. Интересно, что и его "предшественник" на карте Киева, Иван Фундуклей, тоже был жив, когда его именем назвали ту же улицу за полвека до этого (сейчас это улица Богдана Хмельницкого.)
Когда в августе 1919 большевиков выгнали из Киева, новые названия (которые и за них мало кто использовал) сразу же вышли из употребления. Вернувшись в декабре того же года, большевики подтвердили предварительный список переименований. Но и тогда новые названия не очень закрепились, а весной 1920-го пребывания в городе поляков, хотя оно и длилось менее месяца, снова способствовало его дебольшевизации. Через четыре месяца после последнего установления власти большевиков, в октябре 1920-го, в постановлении президиума Киевского губревкома, в пункте "О праздновании 3-й годовщины Великой Октябрьской Революции" было записано: "Предложить Коммунотделу восстановить революционные названия главных улиц города Киева".
И тогда, конечно, новые названия вошли в обиход далеко не сразу. Фундуклеевскую как называли Фундуклеевской, так и продолжали… В 1922-м, намереваясь выпустить новый план Киева, издательство "Пролетарская правда" решило указать на плане "наряду с новыми и все старые наименования улиц": очевидно, понимали, что иначе возникнет серьезная неразбериха. Действительно, на плане, предположительно датируемом 1922 или 1923 годом (судя по тому, какие улицы нанесены на него под новыми названиями), видим "бульвар Тараса Шевченко (Быбиковский бульвар)", "ул. Леонида Пятакова (Мар[иинско]-Благове")
Часть названий 1919-го (в частности, увековечивающие левых эсеров) сменили еще в раннесоветское время. Некоторые дожили до первой волны "декоммунизации" конца 1980-х — начала 1990-х годов. Последней "сдалась" Красноармейская улица: ей вернули историческое название Большая Васильковская только в 2015 году. И только одно название из переименованных тридцати шести существует и сегодня — бульвар Тараса Шевченко.
Следовательно, переименования не всегда вызваны революциями, но революции часто приводят к переименованию. Смена политических приоритетов и желание "подстроить" городское топонимическое пространство под новые приоритеты — дело довольно универсальное.