Единонеделимцы против поклонников автокефалии. Как Скоропадский хотел церковь в государство встроить
Гетман был заинтересован в создании украинского центра управления церковью и восстановлении национальных традиций в церковной жизни
Не являясь сторонником отделения церкви от государства, предпочитая сотрудничество с епископатом и соблюдение канонов, гетман настаивал на создании украинского центра управления ею и восстановлении национальных традиций в церковной жизни.
Лето 1918-го для активных участников процесса определения статуса православной церкви в Украине оказалось неспокойным. Не успели унять страсти вокруг хода выборов и кандидатуры Киевского митрополита, как тут же они разгорелись снова из-за подготовки к созыву и работе II сессии Всеукраинского поместного собора. В этот раз противники и сторонники автокефалии Украинской церкви соревновались за достаточно корректный надзор со стороны правительства гетмана Павла Скоропадского, заинтересованного в создании органа высшего церковного управления в Киеве.
Результаты I сессии (состоявшаяся в январе-феврале 1918-го) не удовлетворили ни одну из сторон. Ревнители "сохранения единой Родины и церкви", отчитываясь в Всероссийском соборе в своих оценках Всеукраинского, колебались от определения "самый низкопробный митинг" до "пародии". Восстанавливать соборные сессии единонеделимцы не желали, поскольку видели, что украинская сторона настроена действовать энергично и решительно и использует поддержку со стороны работников Министерства исповеданий. Поэтому на всякий случай в конце первой сессии они провели решение о том, что вторую сессию может созвать только комиссия во главе с Киевским митрополитом и с участием двух делегатов от каждой епархии. Датой возобновления работы Собора предварительно назвали 23 (10) мая 1918 г. (несколько православных церквей, в т.ч. РПЦ, до сих пор не перешли на отсчет суток по новому стилю, поэтому в рассказе о церковных делах храним двойную датировку).
Несмотря на большое напряжение сил и привлечение правительственных кругов на последнем этапе правления УЦР, для проукраинского крыла в церкви результат I сессии Собора с точки зрения автокефалии как цели оказался нулевым. Украинцы говорили о незаконном закрытии первой сессии и отсутствии каких-либо решений. Однако и сами не гнушались участием в "боях без правил". Под давлением и при их участии члены Департамента исповеданий УЦР, не спрашивая мнения патриарха, Всероссийского собора и местного епископата, взяли на себя функцию созыва в Киеве второй сессии Собора.
В обещаниях Департамента, разосланных в апреле 1918-го, Всеукраинский собор был назван Поместным, что было намеком на фактическую автокефалию церкви в Украине и прямо запрещено "антиукраинскую агитацию" во время довыборов делегатов. Открытие также планировалось на 23 (10) мая, но из-за сопротивления епископату попытка провалилась. Обратиться за санкцией на проведение сессии через главу местных епископов прямо в "вражеский центр" — патриарха Тихона — помешали оперативная реакция последних и политическая ситуация.
Еще в апреле шесть украинских находившихся на Всероссийском соборе архиереев решили отложить созыв ІІ сессии Всеукраинского на неопределенный срок. Убийство владыки Владимира (Богоявленского) поставило в повестку дня проблему выборов Киевского митрополита, а на смену Центральной Раде пришел гетман Павел Скоропадский.
Впрочем, после смены власти ни одна из сторон так и не смогла вздохнуть с облегчением. С одной стороны, гетманское правительство следовало традициям в отношениях с церковью, предпочитало сотрудничество с епископатом и соблюдение канонов. С другой — сразу заманифестировал, что в Украине церковь не отделена от государства и гетман заинтересован в создании украинского центра управления ею и восстановлении национальных традиций в церковной жизни.
Ученый комитет гетманского Министерства исповеданий намерен в ближайшей перспективе осуществить издание на украинском языке Библии, богослужебных и канонических книг, Украинской короткой богословской энциклопедии, короткого очерка истории Киевской духовной академии, создания житий святых, чья деятельность связана с историей Украины. Было намерение параллельно украинскому и русскому языку издать историю Украинской церкви. Планировалось публикация исторических документов, народной религиозной поэзии, церковной музыки, атласа украинской церковной архитектуры. Ставилась задача разработать проекты строительства новых храмов в украинском стиле.
Масла к огню добавляли коллизии вокруг выборов и признание украинскими властями кандидата на кафедру Киевского митрополита. Правительство считало, что митрополит, как глава всей церкви в Украине, должен избираться или, по крайней мере, утверждаться Всеукраинским собором, а не епархиальным.
Согласие на это означало бы, что Патриарх Тихон и Всероссийский собор не возражают как минимум против автономии, а то и автокефалии УПЦ. Ибо именно возможность самим выбирать и поставлять предстоятеля является признаком канонической самостоятельности. Руководителя зависимой церковно-административной структуры назначает или утверждает патриарх церкви-матери. Поэтому Киевский епархиальный собор, презрев предложение правительства, избрал митрополитом, по меткой оценке гетмана, "черносотенца старой школы, неспособного создать теплую церковную атмосферу" Антония (Храповицкого) и признал лишним его утверждение на Всеукраинском соборе.
Со своей стороны глава правительства Федор Лизогуб, а затем и гетман Павел Скоропадский, опротестовали эти выборы перед патриархом. В Собор украинские власти соглашались признавать Антония только тем, кем он был раньше — митрополитом Харьковским. Патриарх же пренебрег правительственным протестом и утвердил владыку Антония на кафедре. Противостояние достигло апогея.
В таких обстоятельствах потребность созвать Всеукраинский собор и "в конце концов решить все проблемы" стала неотложной. Борьбу за его созыв фактически возглавил министр Исповеданий Василий Зиньковский, настойчиво убеждая епископство. Преодолеть партию противников, возглавляемую епископом Никодимом, удалось лишь после личного вмешательства гетмана.
Пригласив епископов и министров на официальный прием, гетман Павел Скоропадский выразил свою заинтересованность в сохранении мира в церкви и надежде на "полное сотрудничество епископов по созыву Украинского собора". В ответ епископ Евлогий заверил, что "для поддержки нового строя епископы пойдут навстречу гетману". После такого "согласования" позиций сторон 3 июня (23 мая) специальное совещание епископов назначило возобновление соборных заседаний 20 (7) июня. Министр Василий Зиньковский настоял на государственном финансировании Собора и через Министерство исповеданий правительство выделило 1 117 600 руб. его потребности.
Восстановленная с таким трудом ІІ сессия Всеукраинского православного собора работала с 20 (7) июня по 11 июля (27 июня) 1918-го. Для участия сначала прибыл 251 делегат, через неделю участвовали в работе 429 человек, а всего было 502 делегата.
В день открытия перед делегатами выступил министр Василий Зиньковский с декларацией правительственной позиции по выборам митрополита и отношений церкви и государства. Понимая состояние готовности церкви к провозглашению автокефалии и введению украинского языка в богослужения, министр предложил не обсуждать эти проблемы немедленно, поскольку время еще позволяет подождать, но подчеркнул, что правительство стоит на национальной основе и будет поддерживать украинское национальное движение, поскольку без национального содержания государство не имело бы никакого. Далее, осудив патриарха за утверждение кандидатуры Киевского митрополита, министр настаивал на создании органа высшего церковного управления в Украине.
Как и следовало ожидать, вопросы отношений государства и церкви вызывали самые оживленные дискуссии. При том, что митрополит Антоний еще вечером 20 (7) июня письменно сообщил министру об утверждении Собором своей кандидатуры, несколько позже делегаты вернулись к обсуждению проблемы статуса избранного епархиальным Собором и утвержденного патриархом митрополита. Мнения разделились. С одной стороны, большинство выступлений были критическими к действиям правительства и осуждения министром решения патриарха. С другой раздавались голоса о незаконности епархиальных выборов, потому что не было двух третей голосов, а это "несуразица, с которой нужно бороться". В конце концов, решили просить гетмана и правительство признать "в государственном порядке Высокопреосвященного Антония митрополита Киевского и Галицкого".
"Положение о Высшем церковном управлении на Украине" (ВЦУ), делегаты приняли 8 июля (26 июня). Документ предусматривал образование церковной области с ограниченной самостоятельностью: за патриархом Собор оставил право утверждения Киевского митрополита, всех украинских епископов и суда над ними. Высшим органом церковного управления должен быть Собор (с периодичностью созыва раз в три года), между Соборами постоянное управление делами возлагалось на Собор правящих епископов (созывается ежегодно, между созывами действует Малый собор епископов с поочередным замещением) и Высший церковный совет, в составе мирян). Право быть посредником между церковью и светской властью было закреплено только за Киевским митрополитом. Документ вступал в силу после утверждения патриархом и лишь после этого должен был быть представлен "по уважению верховной государственной власти в Украине".
На второй сессии руководители единонеделимского большинства смогли с помощью различных манипуляций отстранить от участия в Соборе Всеукраинский православный церковный совет. Именно входящие в ее состав священники были инициаторами созыва Собора, активно отстаивали курс на автокефалию и украинизацию церкви. В отсутствие этого украинского ядра вся "украинизация" свелась к церковному пению и возможному изучению истории церкви. Учитывая "тысячелетнюю давность церковно-славянского языка, его богатство и пригодность выражать высочайшие истины Христовой веры, душевную потребность всех народов молиться на будничном разговорном языке, волю епархиальных съездов 1918-го, то, что со времен Кирилла и Мефодия церковно-славян народы", Собор постановил оставить на богослужебном языке в Украине церковно-славянский. Украинский же сочли возможным допустить только в проповедях по желанию прихожан.
Отбыв 16 пленарных заседаний, 11 июля (27 июня) ІІ сессия закрыла свою работу. Учитывая, что "Положение о Высшем управлении православной церкви на Украине" должно утвердить патриарх и потребность решить еще немало текущих внутрицерковных проблем, делегаты постановили собраться на ІІІ сессию 28 (15) октября 1918-го.
Следовательно, и эта сессия не оправдала надежд украинцев на получение автокефалии. Правительство негативно восприняло "Положение", сохранявшее над Украинской церковью юрисдикцию Московского патриарха и лишавшее государственные органы влияния на церковные дела. Однако складывать оружие было еще рано. В августе 1918-го председатель Совета министров Украинского Государства Федор Лизогуб и министр Исповеданий Василий Зиньковский обратились к патриарху Тихону со специальным письмом. В нем говорилось, что документ производился наспех всего за три недели и нуждается в доработке на возобновленной сессии Собора. Чиновники, признавая начала канонической зависимости Украинской церкви, просили, утвердив персональный состав ВЦУ в Украине, "во имя мира церковного отсрочить утверждение и приведение в действие вышеозначенных положений к их окончательному всецерковному разрешению в Украине".