Бардак с беспилотниками. Почему армейские бригады на Донбассе используют разные типы БПЛА для разведки

Центр внедрения и сопровождения автоматизированных систем оперативного (боевого) управления, который подчинялся Войскам связи и кибербезопасности, расформирован в сентябре 2020 г.

Военнослужащий запускает беспилотный летательный аппарат / УНИАН

Как показала война в Нагорном Карабахе и вообще конфликты последних лет, одним из важных факторов успеха для любой армии является наличие парка беспилотной авиации. Причем аппараты должны быть самого разного назначения – от разведывательных до ударных.

Насыщение отечественных вооруженных сил подобными аппаратами с 2014 г. идет ударными темпами, особенно если учитывать тот факт, что на момент начала войны на Донбассе на вооружении были только крайне устаревшие аппараты советского производства "Рейс". Первоначально поставкой беспилотников в армию занялись волонтеры и очень часто качество таких аппаратов, условно говоря "гаражной сборки", было явно недостаточным для реалий войны.

Однако со временем армия стала получать специализированные серийные аппараты армейского назначения с соответствующими возможностями, уже от серьезных компаний. Прежде всего речь идет о дронах-разведчиках, по ударным машинам было принято решение закупать их за рубежом (по крайней мере пока – по состоянию на осень 2020 г.)

И вот на днях произошло без сомнения выдающееся событие – впервые к эксплуатацию был допущен беспилотный авиационный комплекс мультикоптерного типа Windhover от частной одесской компании "Спайтек". Компания хорошо известна военным – уже пять лет она поставляет беспилотники Sparrow, которые отлично себя зарекомендовали на Донбассе.

Аппарат Windhover массой до 12 кг может находиться в воздухе до одного часа и передавать данные на расстояние до 8 км. Аппарат приспособлен для аэроразведки, картографирования местности с возможностью передачи оперативной информации. Для этого у него установлена видеокамера с 18-кратным оптическим зумом на гиростабилизованной по трем осям платформе, а также тепловизор 4-го поколения с 4-кратным цифровым зумом.

Такие аппараты вертолетного типа имеют серьезные преимущества перед дронами самолетного типа, которые составляют основу нашей беспилотной авиации. Прежде всего они могут вертикально взлетать и приземляться на практически неподготовленные площадки, а также имеют возможность снижения скорости почти до нуля во время полета.

Фактически такие аппараты могут быть успешно применены по крайней мере в выполнении двух задач. Первая задача – это мониторинг событий вблизи места старта, когда полет со значительными горизонтальными скоростями не требуется. Аппарат либо выполняет полет с малой горизонтальной скоростью, либо зависает. То есть, условно говоря, может использоваться на передовой, когда расстояние до противника небольшое. Ныне для этого на фронте используются коммерческие аппараты китайского производства, которые, с одной стороны, дешевы, но с другой, их возможностей явно недостаточно ввиду использования камеры с небольшой разрешающей способностью (за тепловизоры даже говорить не стоит).

Причем при мониторинге переднего края обороны противника использование беспилотников самолетного типа является, во-первых, избыточным, во-вторых, требует исключительной подготовки оператора, что не всегда возможно в условиях фронта.

Вторая задача, которую могут выполнить только беспилотники вертолетного типа – наблюдение за обстановкой в некотором квадрате с расстояния не ближе 50-70 метров, загоризонтальное целеуказание для артиллерии и ретрансляция сигнала (например, для беспилотника самолетного типа).

Стоит сказать, что это не первая попытка ВСУ взять на вооружение аппараты вертолетного типа – еще в 2015-2016 годах проводились сравнительные испытания австрийского многоцелевого аппарата Schiebel Camcopter S-100. Этот аппарат может осуществлять передачу данных в режиме реального времени на расстоянии до 180 км и при собственном весе 110 кг может нести различную полезную нагрузку массой до 50 кг. Аппарат достаточно распространенный в мире, есть он и на Донбассе – именно беспилотники этого типа составляют основу парка Специальной мониторинговой миссии ОБСЕ в Украине.

Однако тогда что-то пошло не так и S-100 не получили "добро" от военных испытателей. Вполне вероятно еще одной причиной стала достаточно высокая стоимость аппарата.

Однако наполнение армейских частей беспилотной техникой – только одна сторона вопроса. Необходим государственный подход к использованию дронов. За 2015-2019 гг. в этом направлении было сделано очень много – так, например, в армейских бригадах появились штатные подразделения, были запущены курсы подготовки операторов БПАК. В тоже время не удалось решить вопрос с унификацией парка – фактически ныне каждая бригада эксплуатирует свой тип беспилотника с соответствующими вопросами обслуживания и индивидуальной подготовки оператора.

А сейчас на волне "оптимизации" штатного состава ВСУ добавилась и другая проблема – генералы из Генштаба в первую очередь сокращают специализированные части, которые занимаются внедрением новых образцов. Так, например, под каток попал Центр внедрения и сопровождения автоматизированных систем оперативного (боевого) управления, который подчинялся Войскам связи и кибербезопасности. Это было без сомнения легендарное подразделение, созданное волонтерами как "Аэроразведка" в 2015 году. Основной изюминкой являлось развитие и поддержка систем боевого управления – от их создания до боевого применения.

Но в сентябре 2020 г. центр расформировали, разбросав людей по другим структурам – так, аэроразведку и наблюдение передали в строевые подразделения разведки, айтишников – в научные подразделения связи и кибербезопасности, родственные им по направлению деятельности.

Насколько это правильное решение, покажет только время, но уже сейчас очевидно, что огромный боевой опыт подразделения как цельного воинского организма потерян, а необходимость в профессиональном сопровождении внедрения новых образцов беспилотников осталась.