Нано, лазеры и пулеметы. Зачем Путин сжег восемь европейских спутников на орбите

Действия спутника РФ — это тот повод, который нужен правительству Макрона для оправдания своей амбициозной космической программы
Иллюстрация: NASA

Министр обороны Франции Флоранс Парли в четверг, 25 июля, пребывая на авиабазе Лион-Мон-Верден, упомянула о российском спутнике "Луч-Олимп", сообщив, что он оставил "визитную карточку" на восьми сателлитах: отслеживал их работу, сжигал или ослеплял. Чьи спутники пострадали от действий России, госпожа Парли не сообщила. Но очевидно, что речь идет о европейских, в том числе французских. В сентябре прошлого года французский министр уже поднимала этот вопрос, заявив о попытках аппарата "Луч-Олимп" в 2017 г. перехватить сигналы франко-итальянского сателлита Athena-Fidus.

Что кроется за заявлением Флоранс Парли помимо очередной констатации враждебного поведения России, в том числе и в безвоздушном пространстве? С одной стороны, есть такая традиция в оборонных ведомствах списывать расходы и провалы на происки соперников или, в общем, на геополитических изгоев и тиранов. С другой стороны, прозвучали обвинения весьма громко. Учитывая линию поведения, проводимую уже больше десяти лет Кремлем, истово пытающимся выглядеть мощной военной сверхдержавой, слова Парли, скорее всего, были правдивы. И российский спутник действительно шныряет на орбите в рамках некой тайной операции, целью которой является отработка методов космической войны.Так что франко-российский дипломатический скандал, вероятно, не за горами.

Но пассаж министра обороны Франции следует рассматривать более широко. А именно — в качестве формирования четкого образа угрозы-объяснения ответной политики Парижа. В данном случае это инструмент, объясняющий активизацию участия Франции в космической гонке, вовлечение в которую анонсировал 13 июля президент Эммануэль Макрон. Однако подготовка велась, очевидно, еще по меньшей мере с сентября 2018 г., когда Парли впервые заговорила о "Луче-Олимпе". Составляющей же этого процесса подготовки, к примеру, был парламентский доклад о космической обороне, опубликованный в январе. Члены Национального собрания Оливье Бехт и Стефан Тромпиль подчеркивали в документе, что космические державы сегодня рассматривают космос "как театр войны". Почему Франция должна стоять в стороне?

К слову, Бехт входит в число законодателей, поддерживавших возвращение России в Парламентскую ассамблею Совета Европы. А тут доклад его авторства фактически стал одним из кирпичиков в основе обвинений в адрес Москвы со стороны Парли. Странно ли это, вроде как расхождение во взглядах? Нет. Как говорится, just business.

Россия — по-прежнему пугало на мировой арене, чем не грех воспользоваться в собственных интересах. "Сейчас для армии космос — это последняя граница. Последняя технологическая граница, которую мы должны перешагнуть", — объявила 25 июля Парли. И фактор России позволит Франции перешагнуть упомянутую "технологическую границу".

К аналогичной методе, заметим, ранее прибегнул и президент США Дональд Трамп, объявив о создании Космических войск. Правда, в его списке угроз состояли Россия и Китай, но ввиду, скажем так, куда более теплых отношений между Парижем и Пекином упоминание первой только РФ легко можно понять. Франция выволокла это пугало на огород, когда момент настал — когда Макрон очертил космические амбиции своей страны. Поэтому Франция раньше помалкивала о несчастных сожженных и слепых спутниках, заботливо собирая данные в папочку.

Наноместь

Флоранс Парли детально расписала будущее военно-космической программы Франции.

Во-первых, что забавно, Военно-воздушные силы (ВВС) Франции трансформируются в Воздушно-космические силы (ВКС), как в России. Командование сил, ответственных за оборону в космосе, которое будет подчиняться ВКС, появится уже 1 сентября. Операционный штаб численностью 220 человек (на первом этапе), по словам Парли, разместится в районе Тулузы.

Во-вторых, будет презентован законопроект, изменяющий нормативно-правовой акт 2008 г., регулирующий действия в космосе. Новый документ расширит возможности французских вооруженных сил.

В-третьих, до 2025 г. будут полностью обновлены все спутники ВС Франции, на что дополнительно — к уже заявленным 3,6 млрд евро — выделят еще 700 млн.

Что касается конкретных мер, точнее, технического аспекта укрепления обороны Франции в космосе, то Парли поделилась рядом задумок и проектов. Например, она заявила о планах с 2023 г. начать создавать наноспутники, задачей которых будет патрулирование с целью защиты "наиболее ценных спутников".

Второе. Это уже ведущаяся разработка нового радара, который сможет засекать спутники "размером с коробку из-под обуви" на расстоянии 1,5 тыс. км.

Третье. Для проведения ответных ударов, в частности, для ослепления вражеских сателлитов, Париж намерен использовать мощные лазеры, разработка которых также уже ведется. Планируется, что они будут размещаться на основных и наноспутниках.

Кроме того, есть еще один механизм выведения спутников из строя. Парли о нем не сообщила, но об этом на условиях анонимности рассказал источник AFP в правительстве — пулеметы, способные вести огонь по солнечным панелям сателлитов. Правда, не ясно, на какой стадии разработка такого оружия.

Итоги подведем

Если рассматривать космические амбиции с точки зрения цифр, то планы Франции пока не впечатляют. Для сравнения: Соединенные Штаты ежегодно тратят $50 млрд на космическую отрасль, Китай — 10 млрд, а Россия — 4 млрд. Франция же выделила 4,3 млрд евро на четыре года — с 2021 по 2025 гг. Однако очевидно, что это лишь начало, своего рода задел на будущее. И по мере продвижения будут расти и штат, и финансирование.

Тем более что решение поучаствовать в "звездных войнах" на равных с американцами, китайцами, россиянами, индийцами является также элементом внешней политики, используемой Макроном для повышения собственных рейтингов во Франции. Да и в Европе в контексте создания единой армии ЕС с ведущей ролью Франции, которая будет располагать крупнейшей армией в Европе после Брекзита. Да, этот проект, включая укрепление обороноспособности в космосе, Париж вынашивает вместе с Германией, но Берлин сейчас уже де-факто переживает процесс передачи власти, что открывает окно возможностей для Макрона.