Наследник Черчилля и Трумэна

Сенатор Джон Маккейн — по нынешним меркам динозавр. Как еще назвать политика, который не уклоняется ни от вызовов, ни от ответственности?
Фото: nydailynews.com

"Соединенные Штаты должны помочь Украине защитить свой суверенитет. Позор то, что администрация США продолжает отказывать Украине в предоставлении военной помощи, в которой она крайне нуждается после того, как ее расчленил президент Владимир Путин и оккупировали российские войска. Украина борется за свой суверенитет и территориальную целостность", - заявил сенатор Джон Маккейн, комментируя для СМИ результаты визита в США Президента Украины Петра Порошенко.

Голосом Маккейна говорит сегодня настоящая Америка: куль­тура людей, достаточно ре­шительных, чтобы пересечь океан, вышвырнуть вон присланных вслед за ними королевских сборщиков налогов, установить свои законы и, подав личный пример, заставить уважать эти законы всех, кому случилось жить ря­дом. Дикарей, неспособных жить по их закону, истребить или загнать в резервации. Именно так выглядит история Соеди­нен­ных Штатов. И это - при не­пред­взя­том взгляде на нее - история успеха великой страны.

Это величие построили миллионы Маккейнов, грубоватых, не слишком умных, но непреклонных и отважных. За два столетия они расчистили площадку и обустроили на ней крепкий и безопасный мир. И только потом, когда этот мир был выстроен, в нем мало-помалу начали возникать и множиться политкорректные типажи, задающие се­годня тон в американской политике. У всех этих типажей, а их немало, есть общая черта: в естественных условиях их число ог­раничивает популяция хищников. Зато в уютном американском мире, построенном усилиями героев Фронтира, они парадоксальным образом оказываются гораздо живучее и конкурентоспособнее его строителей.

Но такая идиллия может длиться лишь до тех пор, пока на горизонте не возникнет новый хищник, угрожающий смести хрупкое политкорректное благополучие.

Сегодня западная цивилизация, во главе которой стоят США, столкнулась с новым и очень опасным вызовом. На мировую сцену вышла мафия бывших советских спецслужб - новый рыцарский орден, по­рож­денный рухнувшим СССР и современной Россией, живущей на его обломках. Символ веры этого ордена - принципиальное отрицание демократии и прав личности в противовес неограниченному праву Вождя и Го­су­дарства. Его оружие - не столько ядерные бомбы (хотя в крайней ситуации и они будут без колебаний пущены в ход), сколько технологии захвата и косвенного контроля, отработанные при переделе собственности распавшегося СССР, многолетний опыт работы с компроматом и тесная связь с мировыми криминальными структурами. Огром­ные средства, выведенные из Рос­сии, но остающиеся под его контролем, позволяют ему вкладывать крупные суммы в формирование общественного мнения на Западе и в банальный подкуп западных политиков. Полная независимость от мнения российского населения и равнодушие к его судьбе обеспечивают ордену неуязвимость к санкциям. А пра­г­матичное отсутствие принципов и моральных запретов позволяет вступать в союз с любыми антизападными силами.

Маккейн - один из немногих политиков Запада, в силу уникального личного опыта глубоко осознающих масштаб проблемы: конфликт вокруг Украины - лишь частный случай куда более серьезного противостояния и под угрозу поставлены базовые ценности всей западной цивилизации

Иными словами, впервые со времен Второй мировой Запад столкнулся с действительно опасным противником. Этой опасности не видят и не осознают благополучные маклеры и адвокаты, видящие мир лишь в цифрах доходов, расходов и котировок. Они не допускают даже мысли о том, что столкнулись с ситуацией, когда возможна потеря всего. Напротив, в их рядах царит уверенность в том, что с окружением Путина возможен торг, а его амбиции можно утолить, пожертвовав Украиной или ее частью. Оценить масштаб противостояния, суть которого в борьбе двух ценностных систем, не способных мирно ужиться в рамках одной эпохи, могут только такие люди, как Маккейн.

Как раз по этому вопросу Маккейн с наибольшей жесткостью и оппонирует своему давнему противнику Бараку Обаме. Пройдя Вьетнам, не сломленный в плену, зная из личного опыта, что противостояло Западу сорок лет назад, он в отличие от Обамы куда более реалистично оценивает завтрашние перспективы. Это понимание и превращает его в продолжателя дела Уинстона Черчилля и Гарри Трумэна, ли­деров, не убоявшихся бросать вы­зов диктаторам. Одна из диктатур рухнула и была сметена. Вторая понесла урон, от которого так и не оправилась окончательно. Мир получил отсрочку на 70 лет. Однако искалеченное, но выжившее чудовище дало ещеболее чудовищное потомство, с которым Западу неизбежно придется сойтись в схватке - причем победа не обещает быть ни скорой, ни легкой.

Собственно говоря, победа над Путиным, точнее, над тем явлением, публичной вывеской которого стал бесталанный отставной подполковник, вообще никак и ничем не гарантирована. Гло­баль­ный демократический мир, построенный на принципах уважения к личности и к личной собственности, получил глобального же оппонента, концептуально эти принципы отвергающего. И если элиты Китая поставили себе целью эволюционировать до мирового уровня, то Путин и его окружение видят свою миссию в том, чтобы отбросить мир до уровня России, по крайней мере, в том, что касается гражданских прав и свобод. Для Запада это означает откат примерно на полтысячелетия назад.

В сложной и опасной конфигурации сил, сложившихся в современном мире, сенатор Джон Маккейн занимает одну из ключевых позиций. Во-первых, он побывал в роли кандидата в президенты США. Выход на последний этап президентской гонки означает успешное прохождение столь серьезного отбора, что проигравшие претенденты выступают в роли авторитетных и квалифицированных критиков власти, выражающих позицию значительной части влиятельных лю­дей Америки. Во-вторых, Мак­кейн - один из немногих политиков Запада, в силу уникального личного опыта глубоко осознающих масштаб проблемы: тот факт, что конфликт вокруг Украины - лишь частный случай куда более серьезного противостояния и что под угрозу поставлены базовые ценности всей западной цивилизации. Маккейн не отделывается, как Обама, дежурными фразами о том, что "США снимут санкции в том случае, если Москва встанет на путь мира и дипломатии". Он видит проблему во всей ее полноте и не питает по поводу России никаких иллюзий. Впрочем, здесь, вероятно, лучше дать слово самому Джону Маккейну.

Обращаясь к россиянам, он писал: "Президент Путин и его окружение не верят в эти ценности. Они не уважают ваше достоинство и не признают вашу власть над ними. <...> Когда я критикую ваше правительство, я делаю это не потому, что я настроен против России. Я делаю это потому, что вы заслуживаете такое правительство, которое верило бы в вас, уважало вас и было бы вам подотчетно. Я надеюсь увидеть тот день, когда это произойдет". Я тоже хотел бы увидеть этот день. И то, что на Западе есть еще политики такого уровня, как Джон Маккейн, дает мне надежду, что это случится.

Физрук в женском педколлективе

Заявление Маккейна было похоже на глоток кислорода в слишком разреженной для дыхания атмосфере. Современный Запад давно уже живет в политкорректном до полной виртуальности мире, превыше всего ценя собственный покой. Вознесший на свои знамена "Бремя Белых и Пушистых", этот мир охотно заполняет собой любой объем, не заботясь о полученной концентрации. В результате возникает стерильно чистая пустота. Решительные шаги, еще возможные 15-20 лет назад, вроде слома хребта зарвавшемуся режиму Милошевича или умножения на ноль уверовавшего в свою неуязвимость Саддама Хусейна, кажутся здесь невозможными. Западный мир осуждает насилие в Газе - но отнюдь не со стороны ФАТХ. Он осуждает Израиль, прибегающий в ответ на ракетные обстрелы к грубой военной силе вместо терпеливого увещевания террористов. Максимальной карой для возмутителей спокойствия видятся осторожные экономические санкции, по сути, даже не лишение, а лишь уменьшение порции сладкого, причем постепенное. Но даже такие шаги вызывают сомнения - а надо ли? Нет ли тут излишнего насилия?

Если обратиться к знакомым аналогиям, то Старый Свет и США стали похожи на женский педколлектив, никчемное, но амбициозное сборище морализирующих теток, которые, упиваясь своей мудростью, советуют затравленному гопниками подростку "быть выше" своих мучителей. И только физрук, да и то не всякий, взглянув на ситуацию с реалистичной прямотой, порекомендует жертве издевательств, не задумываясь о последствиях, разбить на голове самого наглого из мучителей первый же попавшийся под руку цветочный горшок. Такой совет, конечно, вызовет ужас в дамском обществе и будет заклеймен как непедагогичный, воспитывающий склонность к насилию. Но у такой линии поведения есть один весомый плюс. В отличие от дамских рассуждений в духе "главное, чтобы не было войны" сила и жестокость реальны. Как следствие, они оказывают вполне ощутимое, отнюдь не эфемерное воздействие.

Заявление Джона Маккейна, назвавшего решение Барака Обамы "позором", выдержано именно в таком жестко-реалистичном ключе. Впрочем, и все предыдущие за всю политическую карьеру публичные выступления сенатора Маккейна были по духу и сути такими же.

Настоящий Маккейн

Сенатор от штата Аризона, экс-кандидат на пост президента США и один из самых ярких политиков-республиканцев, Джон Маккейн родился в 1936 г. на базе ВВС США "Коко-Соло" в районе Панамского канала. Его отец и дед были адмиралами ВМС США.

В 1958 г. окончил Военно-морскую академию в Аннаполисе, в 1958-1960 гг. получил квалификацию летчика ВМФ, служил на авианосцах. В октябре 1967 г. был сбит над Ханоем. В плену провел пять с половиной лет, держался очень твердо, несмотря на непрерывные издевательства: зная, что отец Маккейна командует противостоящей им группировкой американских войск, вьетнамцы пытались сломить его для использования в пропагандистских целях, но не преуспели в этом. В марте 1973-го, с заверше­нием войны, был освобожден, из-за последствий многолетних избиений в плену передвигался на костылях.

В 1973-1974 гг. учился в Нацио­наль­ном военном колледже, одновременно проходя курс реабилитационной терапии, после чего смог обходиться без костылей и восстановить квалификацию пилота. В 1974 г. принял командование учебной эскадрильей, затем был морским офицером связи при сенате США. Вышел в отставку в 1981 г. по состоянию здоровья в чине капитана I ранга. В 1982-м начал политическую карьеру: был избран в Палату представителей Конгресса США от штата Аризона от Республиканской партии. В 1986, 1992, 1998 и 2004 гг. избирался сенатором от штата Аризона. В 2000 г. предпринял первую попытку побороться за кресло президента США, но уступил на праймериз Джорджу Бушу. В 2008-м стал кандидатом от республиканцев, проиграв на выборах демократу Бараку Обаме.

Маккейн - сторонник создания "Лиги демократий", которая, по его мнению, могла бы объединить порядка 100 демократических государств и координировать их совместную политику, минуя ООН, подверженную влияниям со стороны России, Китая и других недемократических стран. Он выступает за укрепление военного потенциала США, увеличение численности американских вооруженных сил и развертывание системы ПРО в качестве страховки от потенциальных угроз, является сторонником либерализации иммиграционного законодательства и действий по предотвращению глобального потепления. В отличие от большинства коллег по партии голосовал в сенате против запрета однополых браков и за федеральное финансирование программы исследования стволовых клеток.